Вярнуцца: Калубовіч Аўген

Восемь волн белорусской эмиграции


Аўтар: Калубович Евгений,
Дадана: 06-07-2016,
Крыніца: Калубович Евгений. Восемь волн белорусской эмиграции // Неман. 1992, № 2. С. 136-150.



Перевод с белорусского.

Автор написал эту статью в США в 1954 г. Ее текст, который мы публикуем в переводе и с некоторыми сокращениями, опубликовал журнал «Беларускі сьвет» (США) в 1988 г., уже после смерти автора. При переводе статьи мы опус­тили почти все ссылки на источники. Единственное уточнение: yпoтpeбляя термин Великое Княжество Литовское, автор имел в виду Беларусь, которая и была ядром ВКЛ. Современную Литву Калубович называл Летува.

НАШИ ПРЕДШЕСТВЕННИКИ

Двина! Река моей отчизны!..
Соседка голубого Немана... вскормленная в одной колыбели с Днепром!
Это я - твой сын, крещенный твоей водой, от пеленок до юношества возлелеянный твоим дыханием,
наученный твоей речи, круговертью судьбы-завистницы оторванный от тебя - из чужого мира шлю тебе привет...
Прими его, матушка.
(А. Рыпинский. Лондон. 1850-е гг.)

Время корректирует смысл этого слова - «наши». Эмиграция становится неотделимой частью белорусского народа, созданные ею культурные ценности вливаются в нашу общую культуру. Все эти годы многое из того, что было запрещено здесь, делалось там. Подобно закону сохранения материи действовал закон сохранения нации. И знание, которое запрещалось здесь, - обязательно выходило на поверхность где-то в другом месте. Оно сохранялось до того времени, когда будет востребовано своим народом. И это время пришло.

Уже давно наша волна эмиграции оставила Беларусь. Этот факт вызывает много размышлений. В том числе и вопросы: кто были наши предшественники? Что заставило их эмигрировать? Какова их судьба?

До конца XVIII века белорусские эмигранты - это единичные люди. Великое Княжество Литовское было правовым государством, его граждане свободно выезжали за границу. Это право, впервые зарегистрированное привилегией великого князя Казимира 1457 года, вписано в Статут 1529 года:

«...абы княжата и Панове хоруговные, шляхта и бояре преречоные и каждый человекъ рыцерскій и всякого стану мели вольную моц выйти с тех земль наших Великого князьства... для набытья лепшого щастья своего и навченя... до всяких земль чужих, кром неприятелей наших».

Сотни белорусов, особенно студенческой молодежи, ездили в Германию, Италию, Швейцарию, Францию, Голландию, Чехию... и свободно возвращались назад. Правда, были и эмигранты, некоторых из них мы можем назвать:

Ивана Литвина, основателя книгопечатания в Лондоне, который научился полиграфии в Риме у Иоганна Булье из Бремена. В 1480 году в английской столице он издал индульгенции папы Сикста IV против турок, книгу Антона Андре «Quaestiones super XII libros metaphyaicae Aristotelis» [1], в 1481 году - комментарий к псалмам Т. Валензиса. Около 1482 года, уже вместе с другим печатником, Уильямом из Мечлина, - еще пять книг

А в 1483 году он куда-то уехал. Возможно, что в Краков, где в том же году открылась типография Швайпольта Феоля и его компаньона - какого-то Ивана, которого С. Старовольский в библиографической работе «Гекатонтас» в 1625 году назвал Иваном Талером, стремившимся «классические науки, на разных языках и разными буквами отпечатанные, распространять для северных народов», а польский исследователь Я. Птасьник - Иваном Яклем.

Мы не знаем, действительно ли Иван Литвин и компаньон Ш. Феоля - одно и то же лицо; мы не знаем также с точностью, кто он, лондонский первопечатник - то ли один из бывших послов православного митрополита ВКЛ Михаила к папе Сиксту VI в 1476 году - Иван, младший брат Александра Солтана (который мог остаться в Риме, научиться там полиграфии и выехать в Лондон), то ли Иван Богданович или Иван из Полоцка (оба во 2-й половине XV века окончили философский факультет Пражской академии), - но его происхождение из ВКЛ доказывают английские историки;

славного Франтишека Скорину из Полоцка, который столько сделал для своего народа и так любил свой край, а в 1534 году по невыясненным до сих пор причинам оставил Беларусь и с семьей отправился в эмиграцию, в Чехию, где служил садовником у короля Фердинанда Габсбурга, основал около Праги на Градчанах королевский парк и умер в 1540 году;

ученого, писателя и печатника Илью Капиевича, «недосека» из Мстиславля, который окончил Слуцкую кальвинистскую коллегию, неизвестно когда и почему выехал в Голландию (Амстердам) и был там протестантским пастором. С 1699 года в типографии Яна Тесинга, а с 1701 года в основанной им самим типографии Капиевич издал более 20 книг, реформировал кириллицу. Во время Северной войны он вернулся в Витебск, откуда Петр I привлек его со своей типографией в Москву. Печатать ему там не позволили, а типографию отобрали; после этого он, разочарованный, несмотря на глубокую старость (около 80 лет), вместе с дочерью Капиевич выехал назад в Амстердам и там в 1714 году умер;

- философа Степана Аскерку, сына Новогородского каштеляна [2], который после Слуцкой кальвинистской коллегии продолжал обучение в Кёнигсберге и Берлине. В 1733 году, будучи послом на сойм от Мозырского повета, выехал в Варшаву на коронацию нового короля. Августа III. В дороге, однако, изменил план, пересек немецкую границу, выдав себя за студента, едущего во Франкфурт. Таким образом, он эмигрировал в Пруссию будто бы от преследования иезуитов, как он сам написал об этом в Берлине в 1734 году в книге своих мемуаров. Там со временем он попал на службу к королю Фридриху II, был его юридическим советником, за что в предместье Берлина получил двор Лихтенберг В 1762 году в Бернберге издал по-немецки свой философско-экономический труд «Unmassgeblicher Plan» [3], в котором высказал идеи, позже развитые Анри Сен-Симоном, Шарлем Фурье, Робертом Оуэном.

Были и другие немногочисленные эмигранты.

Массовые же волны политической белорусской эмиграции начались со времени завоевания и присоединения Беларуси к Российской империи в конце XVIII в. Причины, вызвавшие их национально-освободительное восстание 1794 года, наполеоновская война 1812 г., антироссийские восстания 1831 и 1863-64 гг., падение БНР (Белорусской Народной Республики), национальные, политические и религиозные преследования. Жестокая эксплуатация Беларуси как колонии вызвала и экономическую эмиграцию, дополнительно выгнав многих на поиски работы и лучших условий жизни. В результате - сотни тысяч белорусов вынуждены были покидать Беларусь и отправляться в чужие края.

Исторические документы свидетельствуют, что массовое бегство белорусов из-под владычества России, но еще в пределах Беларуси на неотторженные земли, началось с конца XVII века. Уже после Андрусовского мира 1667 года, когда от ВКЛ была оторвана Смоленщина, смоленский воевода князь И. Репнин сообщал в Москву:

«...крестьяня и бобыли многие из Вельского уезду бегут в Литовскую сторону... Апреля ж де против 19-го числа (1668 г. - А. К.) в ночи витебской мещанин Куземка Коровай собрався со многими Вельского и Ржевского уездов с беглыми крестьяны с пищальми и з бердыши розбили... заставу и провезли на плотах со всеми крестьянскими животы в Литовскую сторону, а было де больши 20 плотов. И по них де, стрельцах (посланных князем Репниным. - А. К.) ис пищалей стреляли... И в прошлом де во (1667) году... многие де крестьяня и бобььяи из Вельского уезду нынешней зимою выбежали в Литовскую сторону».

Новгородский губернатор Я. Сиверс (позже - посол Екатерины II в Варшаве) писал царице, что российские помещики, «управляемые необузданной жадностью, облагают своих подданных такими тяжкими оброками, что из-за этого тысячи беженцев из Российской империи заполняют Литву и Польшу». В 1763 году в одном только Мстиславском воеводстве (из других воеводств мы не имеем данных) их было с отторгнутой Смоленщины около 50.000. На протяжении 20 лет после 1772 года из Мстиславского, Витебского и Полоцкого воеводств границу перешло более 30.000 крестьян. 9 марта 1793 года министерство иностранных дел России в ноте Австрии и Пруссии жаловалось:

«...в Речи Посполитой российские подданные, жители пограничья... принимаются после их бегства. Количество их оценивается в 300.000 голов, не считая потомков от того времени, как имеет место эта неразумная эмиграция. Нужно еще взять во внимание, что большая часть этих беженцев не была охвачена учетом» [4].

ПЕРВАЯ ВОЛНА

Восстание 1794 года под руководством генерала Тадеуша Костюшки в Польше началось 24 марта. Великое Княжество Литовское присоединилось к нему месяцем позже. Для руководства восстанием в Вильне был создан повстанческий центр ВКЛ - Верховный Совет.

Регулярные войска ВКЛ и созданные повсюду повстанческие отряды атаковали российские оккупационные гарнизоны. Сначала они одерживали победы. В ночь на 23 апреля был разгромлен гарнизон российских войск в Вильне. Повстанцы захватили арсенал, начальника гарнизона генерала М. Арсеньева, взяли в плен около тысячи российских солдат. Остаток гарнизона под командованием майора М. Тучкова спасался бегством. В конце апреля - марте были освобождены Браслав, Ошмяны, Лида, Новогородок, Гродно, Слоним, Волковыск, Брест, Кобрин... и Пинск, который по 2-му разделу Речи Посполитой в 1792 году уже был присоединен к России. Одновременно генерал Язеп Беляк, князь Сапега и Зайончек через Слоним пришли с войсками в Столовичи и сняли российский пост на границе около Ляховичей. А отряды генерала гвардии ВКЛ С. Грабовского дошли до Бобруйска.

Универсалом Верховного Совета ВКЛ от 24 апреля и Т. Костюшки от 7 мая крестьянам ВКЛ и Польши была объявлена личная свобода. В стране поднялось патриотическое движение. Однако после поражения повстанцев под Солами Ошмянского повета (25 июня) и повторного захвата российскими войсками Вильни (12 августа) повстанцы начали с боями отходить на запад. В Польше российская армия с помощью прусской подавила восстание к 16 ноября.

После подавления его и наступившего вслед за тем в 1795 году 3-го раздела Речи Посполитой вся территория Беларуси была присоединена к Российской империи (только Белостокский округ с западной Гродненщиной были отданы Пруссии). Это вызвало в 1794-95 гг. первую волну массовой эмиграции из Беларуси, Летувы и Польши на Запад - во Францию, Саксонию, Венецию, Ганновер, а оттуда некоторых - в США. В большинстве это были не попавшие в плен, а затем в российские тюрьмы и ссылки (куда было брошено 12.000 повстанцев) государственно-политические деятели, руководители и активные участники восстания, офицеры и солдаты (20.000 их было интернировано в Австрии, 3.000- в Пруссии), гражданская интеллигенция. Среди эмигрировавших оказались:

- один из «главных литовских сепаратистов» князь Михал Клеофас Огинский, посол Четырехлетнего (1788-92 гг.) и Гродненского (1793 г.) соймов, подскарбий ВКЛ в 1793-94 гг. [5] (известный и как композитор - автор оперы, многих произведений других музыкальных жанров, в том числе Марша повстанцев 1794 года). Во время восстания он входил в повстанческий центр ВКЛ, за свой счет сформировал и вооружил батальон уланов, которым сам командовал в боях против российских войск. После упадка восстания вынужден был эмигрировать (сначала в Вену, откуда переехал в Венецию и Париж);

- обозный ВКЛ, маршалок Трибунала в 1787 году, также член Верховного Совета в Вильне Кароль Прозор из Речицкого повета;

- полковник войск ВКЛ Язей Котел, посол Четырехлетнего сойма от Ошмянского повета, член Верховного Совета в Вильне, связной его с Т. Костюшкой и Верховным Советом в Варшаве. Эмигрировал в Венецию, а после в Париж;

- князь Казимир Нестор Сапега, генерал артиллерии ВКЛ с 1773 года, брестский посол на соймы 1778-88 гг., маршалок генеральной конфедерации ВКЛ с 1788 года. Vмep эмигрантом в Вене в 1798 году.

После этой массовой волны в эмиграцию шли и индивидуально:

- В 1796 году после освобождения из Петропавловской крепости в Петербурге повторно в США эмигрировал главный руководитель восстания 1794 года в Речи Посполитой Тадеуш Костюшка (белорус из двора Меречевщина около Косова), бывший (в 1776-83 гг) участник войны за независимость США, которого американский Конгресс 13 октября 1783 года назначил бригадным генералом. В 1797 году в Филадельфии Т. Костюшка сблизился с Т. Джефферсоном, будущим (в 1801-1809 гг.) президентом США. В следующем году он вернулся в Западную Европу и в 1817 году умер в Швейцарии. Именем Костюшки в США назван город в штате Миссисипи (Kosciusko).

- Павел Бжостовский, писарь ВКД с 1762 года, референдор в 1774-87 гг. [6] Б своем имении Павлово (на речке Меречанке возле Вильни) он в 1769 году даровал крестьянам личную свободу, освободил от крепостного права, заменив его оброком. Имение, к которому принадлежали местечко Павлово и 14 деревень, превратил в автономную крестьянскую республику - т. н. Павловскую Речь Посполитую. Власть в ней под своим контролем передал крестьянскому сойму и правительству с самостоятельным судом, деньгами и банком, основал школу, больницу, аптеку, из жителей местечка - гвардию безопасности,

В восстании 1794 года крестьяне Павловской Речи Посполитой выставили 150 повстанцев в отряды ВКЛ и на свой счет приобрели для них две пушки. А сами выкопали окопы и, вооружившись, трижды отбили отряды российского войска. С приходом в конце концов российской власти Павловская Речь Посполитая была уничтожена, а крестьян вернули назад в крепостничество, как и по всей Российской империи. Разочарованный П. Бжостовский в 1798 году продал имение и выехал в эмифацию (в Дрезден, потом в Рим).

ВТОРАЯ ВОЛНА

24 июня 1812 года армия Наполеона Бонапарта пересекла границу Российской империи и несколькими путями двинулась на восток вслед за спешно отступавшим российским войском. Половину 420-тысячной армии составляли французы, вторую половину - португальцы, итальянцы, немцы, австрийцы, швейцарцы, хорваты, поляки, представители других народов европейской коалиции французского императора.

28 июня Наполеон уже был в Вильне, а еще через три дня, 1 июля, с его согласия было восстановлено Великое Княжество Литовское, независимое от Герцогства Варшавского (созданного в 1807 г.). Лишь 17 лет как ликвидированное, ВКЛ сразу вступило в коалицию Наполеона. Было создано временное правительство во главе с графом С. Солтаном (в состав правительства вошли и эмигранты 1794-95 гг. - граф Кароль Прозор и Франтишек Ельский).

В военных условиях началось восстановление государства. Организация администрации. Формирование армии ВКЛ: четыре полка кавалерии, пять полков пехоты, третий гвардейский уланский полк, шесть батальонов егерей (по 6 рот в каждом батальоне), конно-егерский полк добровольцев, дополнительно - Могилёвский и Витебский полки, а также Национальная Гвардия во всех воеводских (губернских) и поветовых (уездных) городах.

Восстановленное ВКЛ существовало всего полгода. Отход армии Наполеона из России, новая оккупация ВКЛ российскими войсками в декабре, начавшиеся аресты и ссылки патриотов - сторонников коалиции Наполеона - стали причиной 2-й волны массовой белорусской эмиграции на Запад.

Вместе с французами в Дрезден, а из Дрездена в Лейпциг выехало временное правительство ВКЛ, где продолжало свою работу до 24 июля 1813 года. Среди выехавших были: председатель правительства граф Станислав Солтан (генерал войск ВКЛ с 1782 года, маршалок надворный в 1791-93 гг.); руководитель отдела юстиции Франтишек Ельский из Пинского повета (бывший маршалок Трибунала в 1783-85 гг., член Виленского повстанческого центра в 1794 году); генеральный секретарь правительства Язеп Игнат Косаковский (сын Новогородского подстолия [7], бывший подчаший ВКЛ) и другие.

Ушли на Запад и военные формирования ВКЛ. В Западной Европе на стороне Наполеона они еще принимали участие в военных акциях 1813 года, в том числе в знаменитой «битве народов» под Лейпцигом 16-19 октября, после поражения в которой перешли Рейн и остались в эмиграции во Франции. Вместе с ними были высшие офицеры ВКЛ:

- начальник военного отдела временного правительства генерал Степан Грабовский из Новогородского повета, заместивший умершего в Деречине 8 сентября 1812 года князя Александра Сапегу. В восстании 1794 года во главе полка он 23 апреля участвовал в освобождении Вильни. Сражался под Неменчином. Полянами, Солами. 15 августа с отрядом в 1800 человек и с пятью пушками двинулся на занятую россиянами Минщину, но на обратной дороге из Бобруйска на Слуцк 4 сентября под Любанью капитулировал, был взят в плен и сослан в Унженский округ. Из ссылки его освободил по амнистии царь Павел I;

- генерал Ксаверий Неслуховский из Ляховичей, сын Новогородского воеводы Язепа. Как командир полка сражался в восстании 1794 года, после чего эмигрировал в Дрезден. В 1812 году - инспектор пехоты в армии ВКЛ, с отрядами которой в 1813 году ушел на Запад;

- двоюродные братья Косаковские - Язеп Доминик и Язеп Антон. Оба происходили из патриотических семей, стремившихся ослабить связь ВКЛ с Польшей. Когда принималась Конституция 3 мая 1791 года, которая отменяла конфедерацию Речи Посполитой, превращая ее в одну страну, и тем самым ликвидировала конфедеративное Великое Княжество Литовское, низводя его до одной из частей Польши, - отец Язепа Доминика Михаил, Браславский воевода (до того - Витебский) Конституцию эту принял враждебно. А братья отца, дядья двоюродных братьев, также противники Конституции (епископ Язеп Казимир Косаковский - за «свои сепаратистские по отношению к Польше устремления» и гетман Симон Косаковский - «один из главных предателей» Польши) в 1794 году были казнены. Поэтому полковник и ловчий ВКЛ Язеп Доминик, идейный противник Конституции 3 мая, не присутствовал при ее принятии.

С 1793 года он - командир 2-го пехотного полка. В 1812 году по поручению временного правительства сформировал в Тимковичах Минский полк, с которым воевал против русских в Минске (12 октября), под Койдановом, Борисовом (21 ноября), Студёнкой и Стаховом (28.ноября). 4 декабря с 341 солдатом, оставшимся в полку, дошел до Вильни, а б декабря двинулся на запад.

- Генерал Язеп Антон - командир 3-й кавалерийской бригады ВКЛ в восстании 1794 года. После подавления восстания эмигрировал в Париж, где познакомился с Наполеоном. В 1812 году Наполеон взял его к себе в Почетную Гвардию и адъютантом в свой штаб. С 3 августа он командовал Полоцким пехотным полком, с которым ходил на Смоленск, Можайск и Москву. Наполеон 29 сентября назначил его губернатором Москвы (в этой роли он пробыл три дня). При отходе из Москвы на Запад сражался под Березой (28 ноября), под Смолевичами, Борисовом, Стаховом, Вильней (10 декабря). В 1813 году вновь призван в качестве адъютанта французского императора. Был в битвах под Лютценом, Шпандау, Баутценом, Дрезденом, Лейпцигом и Ганау. В следующем году Наполеон присвоил ему графский титул.

Из других выдающихся личностей в эмиграцию ушли:

- Ян Гораин, сын Брестского воеводы, с 1782 года посол в сойм. В 1794 году он был одним из главных руководителей восстания на Брестщине. В 1812 году, после восстановления ВКЛ - бургомистр Вильни, откуда в конце того же года эмигрировал в Париж;

- князь Михал Клеофас Огинский, в 1802 году по царской амнистии вернулся на Беларусь и жил в одном из своих имений - Залесье около Сморгони. Предпринимал попытки восстановить хотя бы автономное ВКЛ под российским протекторатом. В 1811 году, после нескольких лет личных переговоров с Александром I, Огинский подготовил соответствующий проект, которым предусматривалось также на протяжении 10 лет дать крестьянам свободу: Казалось, что перед лицом угрозы войны с Наполеоном царь склонялся к проекту князя. 22 октября 1811 года уже был подготовлен текст царского указа. Но царь медлил, а война 1812 года проект этот перечеркнула. Огинский, потеряв всякую надежду на реализацию своей идеи, уехал во Флоренцию, где прожил 18 лет и умер в 1833 году. Незадолго перед смертью в Париже он издал в 4-х томах написанные им по-французски воспоминания о 1788-1815 гг.

Когда после разгрома первых попыток освободить родину из-под российской оккупации на Беларуси временно воцарился дух безнадежности, некоторые белорусы из чувств оппозиции к любому чужому господству и солидарности с каждым порабощенным народом оставляли свой край, чтобы сражаться против любого поработителя, шли туда, где загорался огонь борьбы.

В 1821 году поднялось вооруженное движение за освобождение Греции от турок. Подобно английскому поэту-эмигранту Джорджу Байрону и многим другим, активное участие в нем принимали эмигрант из Гродно капитан Янковский и полковник Вячеслав Гарновский из Краславки Двинского повета. О Янковском, оставившем Беларусь в 1820 году, сведений мы не имеем.

В. Гарновский, познакомившись с агентами греческой национально-освободительной организации гетеристов, в начале 1821 года тайно покинул Могилёв, перебрался в Италию, сформировал там уланский полк и три месяца в армии генерала А. Ипсиланти сражался со своим полком против турок. Разбитый 19 июня 1821 года под Драгошанами, перешел австрийскую границу, был интернирован и пять лет сидел в тюрьме. По требованию царя Александра I в 1826 году его выдали России, а там отдали под строгий надзор полиции. В 1837 году правительство свободной Греции заочно наградило его высшим Орденом Спасителя.

ТРЕТЬЯ ВОЛНА

Восстание 1831 года в августе было разгромлено уже во всех поветах Беларуси. С конца июня оно продолжалось только на юге (Пинск, Мозырь, Речица) и востоке (Могилёвская и Витебская губернии), в июле присоединились Новогородок и Слоним. Главные его силы (с Гродненщины, Виленщины и Минщины - 20.000 повстанцев из всех 35-40 тысяч) были разбиты российскими войсками в бою под Вильней 19 июня.

В середине июля более 10.000 повстанцев, отступавших из-под Вильни, перешли около Мемеля (ныне Клайпеда) прусскую границу и были разоружены прусским правительством. Их разместили в лагере города Фридлянда, в окрестных местечках и селах. Незначительная часть повстанцев осталась в Пруссии, основная же масса в ноябре «колоннами» по 150 человек из Фридлянда двинулась во Францию. Ехали два месяца на подводах через всю Германию до города Безансон около швейцарской фаницы.

Французское правительство для опеки над эмигрантами создало под руководством генерала Лафайета специальный Комитет Помощи и ассигновало на пенсии для эмигрантов 3 миллиона франков в год.

Из Безансона они за год расселились по Франции (Париж и другие 24 города), а позже некоторые выехали в Швейцарию (Женева, Цюрих), Бельгию (Брюссель), Англию (Лондон), Италию, США,

Сегодня еще недостает многих фактов (для выяснения их понадобится изучение разноязычных публикаций того времени и архивов), но известно, что, попав в среду революционно-освободительных движений Западной Европы (главные центры которых были в Париже и Лондоне), белорусские эмигранты 3-й массовой волны, вместе с эмигрантами польскими, венгерскими, итальянскими и другими, присоединились к разным общеевропейским организациям. Прежде всего это «Молодая Европа» (основанная в 1834 году) и «Интернациональный союз народов» (основанный в 1846 году), возглавляемые Джузеппе Мадзини, Лайошем Кошутом и другими. Они участвовали в движении карбонариев, венгерской революции 1848 года, в других войнах и революциях, ставивших своей целью национальное освобождение народов и социальное освобождение крестьян. Они держали постоянную связь с Отечеством, помогая в планировании и подготовке там новых освободительных выступлений, или служили ему, способствуя развитию национального искусства и науки. Среди них было немало выдающихся личностей:

- новогородский маршалок Язеп Кашиц, руководитель восстания в Новогородском и Слонимском поветах;

- учитель Виленской гимназии, белорусский историк Гиполит Климашевский, отыскавший «Летопись Быховца» и в 1830 году впервые опубликовавший отрывок из нее;

- художник Винцент Дмаховский из Ошмянского повета, создатель романтических пейзажей «Родина» («Имение в Новогородовичах»), «Озеро Свитязь», «Верки», «У переправы», «Пожар в лесу» и др. (Он был как раз из тех немногих, что остались в Восточной Пруссии, и в 1833 году вернулся домой);

- график и композитор Наполеон Орда из Пинского повета, автор широко известных рисунков и акварелей «Новогородок», «Кревский замок», «Городня», «Свислочь», «Минск», «Асвея».., а также - мессы и ряда других музыкальных произведений. Эмифировав сперва в Австрию, Швейцарию, Италию, в конце 1830-х годов он в Париже совершенствовал свой художнический талант в студии П. Жирара, а музыкальный - у Ф. Шопена;

- поручик повстанческого отряда на Витебщине поэт Александр Рыпинский, который 21 ноября 1839 года в Париже по приглашению Польского литературного общества читал для его членов реферат о Беларуси, ее языке, литературе и фольклоре. Издав эту работу (в расширенной редакции с приложениями) в следующем году отдельной книгой (А. Rypinski. Biaiorus. Paryz, 1840. Книга была запрещена цензурой в России), он тем самым один из первых распространил во Франции и вообще на западе Европы сведения о своем порабощенном крае. Польский исследователь Ф. Герман отмечает, что «любовь к Беларуси привела (в Париже. - А. К.) к сближению и крепкой дружбе А. Рыпинского и Адама Мицкевича».

Переехав в Лондон, Рыпинский стал учителем французского языка и рисования в Eagle House School и где-то около 1852 года вместе с другом с Новогородчины Игнатом Яцковским (который в книге воспоминаний сохранил для истории белорусской литературы сведения о поэте Павлюке Багриме и опубликовал единственное известное его стихотворение «Зайграй, зайграй, хлопча малы...») основал в своем доме (Grove Place, 5) небольшую собственную типографию. В ней в 1853 году отдельными книжечками тремя изданиями он опубликовал написанную им в Лондоне балладу «Нячысьцік».

- Михаил Волович из имения Поречье Слонимского повета, который в начале 1833 года тайно из Франции был послан на Беларусь для подготовки нового восстания. Созданное им из крестьян партизанское соединение было разбито российским отрядом, а сам он, схваченный, 21 июля 1833 года погиб на виселице в Гродно;

- магистр права Генрик Дмаховский из имения Заболотье Дисненского повета. Он также в 1833 году выехал из Парижа для революционной работы в родных краях, но по дороге, в Австрии, был задержан и заключен в тюрьму (1834-41 гг.). По освобождении вернулся назад в Париж, там окончил школу скульптуры, а в 1851 году уехал в США, где для Конгресса в Вашингтоне сделал бюсты Т. Костюшки и Т. Джефферсона.

ЧЕТВЕРТАЯ ВОЛНА

Наибольшую политическую активность эмиграция развернула накануне и во время восстания 1863-64 годов, особенно в Париже и Лондоне.

Защита национальных позиций Беларуси наилучшим образом отразилась в воззвании «К русскому, польскому и всем славянским народам» Михаила Бакунина, близкого к польским и белорусским эмигрантам в Лондоне. Об этом воззвании, опубликованном в герценовском «Колоколе», российские историки (любящие ссылаться на этот журнал и цитировать его) обычно не вспоминают. Бакунин писал:

«Поляки, возможно, будут требовать слишком много... не ограничатся на Царстве Польском, а выскажут исторические претензии на Литву, Беларусь... и всю Украину... В таком случае они допустят большую ошибку. Я думаю, что... Украина... и Беларусь будут самостоятельными членами общеславянского союза.

Я требую только одного, чтобы каждому народу, каждому малому и большому племени, были даны возможности и права самим решать свою судьбу: хочет он слиться с Россией или Польшей - пусть сливается; хочет быть самостоятельным - пусть будет таким. Наконец, хочет он совсем отделиться ото всех и жить совершенно отдельным государством... пускай отделяется. Бог с ним, с величием петровским, екатерининским, николаевским, заставившим российский народ исполнять роль палача... Мы искали силу и славу, а нашли бесславие, заслужили ненависть и проклятие у придушенных нами народов. Слава богу, наша двухвековая тюрьма - петровская держава - наконец, рушится. Мы и сами подтолкнем ее в бездну. И воля нам; воля героической Польше, воля Белоруссии, Литве, Укргшне!..».

Центральный повстанческий комитет в Варшаве посчитал обязательным издать, по примеру «Молодой Европы» в Лондоне, свою декларацию, в которой заверял, что по освобождении из-под власти России каждому народу будет гарантировано равенство «без какой бы то ни было гегемонии какого-либо из них».

Эмигранты активно распространяли в западноевропейской прессе информацию о ходе восстания (поступала она на Запад из Вильни через зарубежного агента восстания в Кёнигсберге Ахилло Банольди и на адрес мистера Альберта в Париж (Hotel St. Germain, w. 88); переправляли оружие для повстанцев (на английском корабле «Ward Jackson» в марте 1863 г.); вербовали из эмигрантов добровольцев (так называемая лондонская морская экспедиция 1863 г.); пытались организовать повстанцев в начале 1864 года в Пруссии; что особенно важно - готовили политических и военных руководителей.

Последнее делалось в основном с помощью центра «Молодой Европы» и лично Джузеппе Гарибальди, который в 1861-63 годах принимал белорусских кандидатов в свои военные школы в Генуе и Кунео в итальянском Пьемонте. Здесь учились, например:

- Феликс Вислоух из Речицкого повета, бывший студент Московского и Киевского университетов, друг К. Калиновского и В. Малаховского. Прибыв из Кунео в начале восстания, он был назначен в Трокский повет, сначала командиром повстанческого отряда, а с 8 июня 1863 года - военным начальником повета. После подавления восстания вновь отправился в эмиграцию.

- Болеслав Колышко из Лидского повета. Командир организованного им Дубисского повстанческого отряда, с которым в ряде боёв сражался против российской армии. Разбит под Биржами 25-26 июня 1863 года, взят в плен и повешен в Вильне;

- Жигимонт Минейка из Ошмянского повета. По окончании школы в Кунео - военный начальник этого повета и командир объединенного повстанческого отряда, в котором сражался и его друг по Виленской гимназии поэт Ф. Богушевич. Потерпев неудачу под Расолишками, больной тифом, 3 июня 1863 года взят в плен и осужден на казнь, замененную 12 годами каторги. Из Сибири ему удалось бежать за границу. В 1897 году он еще воевал против турок за Крит, удостоился почетного гражданства Греции и дожил до 1925 года;

- Феликс Зенкович из имения Мокраны Пружанского повета. Прибыл из Лондона с морской экспедицией повстанцев-эмигрантов. С июля 1863 года - секретарь краевого повстанческого центра в Вильне. 7 августа 1863 года арестован, приговорен к расстрелу, но после сослан на 12 лет каторги в сибирк:кие рудники;

- уже знакомый нам Г. Дмаховский. Похоронив в Филадельфии жену, в 1861 году по собственной воле вернулся домой, включился в подготовку восстания; а когда оно началось, был военным начальником своего Дисненского повета. В апреле 1863 года он организовал повстанческий отряд в соседнем Лепельском повете, командовал им в бою у деревни Поречье Борисовского повета 26 мая 1863 года и, «пробитый 8 пулями, упал старец на руки молодежи».

Против повстанцев были брошены (по официальным российским данным на 1 января 1964 г.) 144.786 солдат, 146 пушек и 60 сотен казаков. Сегодня неизвестно, сколько повстанцев было убито и ранено, но осужденных военно-полевыми судами и «в административном порядке» (без суда) на 1 января 1865 года было 18.507 (из них 128 - на расстрел или виселицу, 853 - на каторгу, 11.502 - на ссылку в Сибирь и «внутренние губернии Империи», 6024 - «оставлено в крае... с подвержением некоторых из них административным взысканиям и... с отдачею на благонадежное поручительство и под надзор полиции других».

Когда залпы расстрелов и скрип виселиц еще не утихли, а звон оков гонимых в Сибирь висел над Беларусью, - очередная, 4-я волна массовой белорусской эмиграции покатилась на Запад. Согласно польским источникам, это были 7000 наиболее активных повстанцев из Польши, Беларуси и Литвы.

Одиночные и исключительные случаи этой волны датируются уже с весны 186S года. Осенью, когда начались заморозки и появился снег, держаться в лесу стало трудно, движение увеличилось. В этой волне эмиграции во Францию, Швейцарию, Англию и другие страны Запада ушли:

- Ян Козела (псевдоним - Скала) из имения Сервач Вилейского повета. Накануне восстания - один из основателей повстанческой организации в Минске. С осени 1862 года - член краевого повстанческого центра. Через год - военный начальник Гродненского и Августовского воеводств. Эмигрировал во Францию. Вернувшись в 1872 году на Беларусь, был арестован и до 1883 года отправлен в ссылку;

- инженер Владислав Малаховский из имения Маце Кобринского повета, близкий соратник К. Калиновского, повстанческий начальник Вильни (в феврале - августе 1863 года);

- художник Бронислав Залесский (Литвин) ид имения Рачковичи Слуцкого повета. В 1846 году за участие в подпольном антироссийском движении выслан в Оренбург, а через два года - в Аральский край, где отбывал ссылку вместе с Т. Шевченко. В 1856 году вернулся домой, а в 1863 присоединился к восстанию. Эмигрировал в Дрезден - Рим - Париж (где в 1880 году и умер). Был заграничным политическим представителем краевого повстанческого центра;

- полковник Болеслав Длуский из Виленского повета. С 1862 года - член краевого повстанческого центра в Вильне, с октября 1863 - военный представитель центра за границей. 16 декабря 1863 года ему из Вильни было поручено создать из новых эмигрантов, «которые перед тем были повстанцами и вынуждены были эмигрировать», военную комиссию, подготовить и издать строевой устав для повстанческих отрядов;

- повстанческий начальник Минского воеводства Корнель Пеликша;

- полковник Валерий Врублевский (впоследствии «генерал Парижской коммуны») из местечка Желудок Лидского повета. Соредактор газеты «Мужыцкая Праўда», военный начальник Гродненского воеводства;

- Игнат Арамович, учитель Белостокской гимназии, в восстании - адъютант Б. Врублевского. В январе 1864 года эмигрировал в Швейцарию, где опубликовал свои воспоминания о восстании с текстами белорусских повстанческих песен. По возвращении на Беларусь арестован, сослан в Казань, где в 1875 году умер;

- поэт Феликс Рожанский из Великой Берестовицы Волковысского повета. С 1861 в Гродненской революционной организации К. Калиновского. Соредактор «Мужыцкай Праўды», автор повстанческих песен на белорусском языке. С 1863 года - в повстанческих отрядах Врублевского. Эмигрировал в Австрию;

- врач Владислав Борзобогатый из имения Рутка Новогородского повета, повстанческий начальник этого повета, заочно осужденный на казнь;

- поручик артиллерии Ян Жуковский (псевдоним - Коса). По окончании Петербургского кадетского корпуса в 1853 году 10 лет служил в российской армии. С апреля 1863 года - повстанческий военный начальник Чериковского повета. Сформировал повстанческий отряд и двинулся с ним на Кричев, чтобы захватить там пушки неприятеля. После неудачи присоединился к повстанческому отряду Горецкого повета. В конце концов эмигрировал;

- подполковник Александр Ленкевич из имения Панюки Гродненского повета. 20 апреля поднял восстание в своем повете, 22 мая 1863 года у деревни Миловиды Слонимского повета объединенными отрядами гродненских, волковысских, слонимских и новогородских повстанцев разбил российские отряды. Военный начальник Гродненского повета, заочно осужденный на смерть;

- Жигимонт Буйницкий из Двинского повета, военный начальник инфлянтских поветов Витебской губернии. 15 апреля 1863 года он был арестован, заключен в Двинскую крепость, но из-за недостатка улик освобожден. Прячась от властей, 3 мая 1863 года письмом в Двинскую следственную комиссию пытался спасти графа Л. Плятера, заявив, что это он, а не Плятер, был организатором и руководил нападением повстанцев 13 апреля 1863 года на российский оружейный транспорт под местечком Краславка. (Захватив транспорт, повстанцы конфисковали три ящика оружия, а подводы сожгли. При этом были убиты трое российских солдат, а двое ранены). Уже будучи эмигрантом, он из газет узнал о расстреле Л. Плятера, и 3 июля 1863 года в письме из Парижа на имя российского военного начальника Витебской губернии генерала Э. Длатовского высказал свое возмущение. Письмо это закончил так:

«Я не должен был добровольно выдавать себя в руки враждебного нам правительства, я обязан был спасать себя для дальнейшей службы святому делу патриотизма. Во всяком другом случае меня ничто не сдержало бы от личного заявления российскому правительству о невиновности Л. Плятера, и я не содрогнулся бы от мысли о неизбежности своей гибели, дабы только спасти невиновного»;

- лесничий Ян Ванькович из имения Слепянка под Минском, сын художника Валентина Ваньковича, умершего в 1842 году в Париже. В 1862 году он в организации К. Калиновского готовил восстание на Гродненщине. 20 мая 1863 года вывел группу повстанцев из Минска. Командовал повстанческим отрядом в Брестском повете;

- Антон Трусов из Борисова, бывший студент Московского университета. Командир Минского повстанческого отряда;

- подпоручик артиллерии Станислав Лесковский, командир повстанческого отряда в Игуменском повете. Это против него 9 июня 1863 года в Игуменские леса были посланы 10 рот под командованием генерала Русинова; а его повстанцы 23 июля 1863 года под Игуменом захватили в плен начальника 3-й пехотной дивизии генерала Грунта, выехавшего из Игумена для инспекции своих войск;

- Антон Бранцевич из Ошмянского повета, подпоручик Либавского пехотного полка. В 1-й половине апреля 1863 года с группой офицеров белостокского гарнизона присоединился к восстанию. Командовал конным партизанским отрядом в Гродненской губернии. В январе 1864 года эмигрировал в Париж;

- землемер Константин Далевский из фольварка Кункулка Лидского повета. Друг Ф. Богушевича и Ж. Минейки. (Братья его - Тит, близкий помощник Калиновского, повстанческий начальник Вильни, в августе 1863 года был расстрелян на Лукишской площади; Франтишек, член краевого повстанческого центра, осужден на 20 лет каторги.) Раненный в боях, он эмигрировал в Швейцарию и Францию, откуда несколько раз возвращался назад, чтобы помочь перейти границу другим. В 1871 году, во время Парижской коммуны, расстрелян версальцами по ложному доносу, дескать, из окна дома, в котором он жил в Париже, кто-то стрелял в версальских солдат;

- подпоручик Павловского гвардейского полка Александр Стабровский с Минщины, 11 апреля 1863 года перешедший на сторону повстанцев. Командир 2-го повстанческого отряда в Трокском повете. Тяжело раненный в бою, подался за границу. В начале 1864 года ехал назад, чтобы продолжать борьбу, но на прусской границе был задержан;

- уже вне волны 1863-64 гг., в 1871 году в эмиграцию в Австрию уехал известный белорусский этнограф, археолог и литератор Адам Киркор, выдачи которого в 1882 году требовала Россия. В эмиграции, в Краковском промышленно-техническом музее, в 1873 году он читал лекции о литературе славянских народов, издав их в следующем году отдельной книгой. В этой книге Киркор сделал одну из первых попыток очерка истории белорусской литературы с ХП века;

- в 1874 году могилёвская полиция должна была арестовать бывшего студента Петербургского и Киевского университетов, включенного в список 53-х наиболее опасных для империи «политических преступников». Но он исчез. Потомок старого белорусского шляхетского рода Николай Судзиловский был активным членом народнических кружков и, как Игнат Гриневицкий, принимал участие в подготовке нескольких покушений на царя. В национальном вопросе он отстаивал идею:

«...каждый народ не только имеет право быть самим собою, но и должен быть самим собою, должен стремиться сохранить свои особенности, .эащнщать свою индивидуальность и самобытность».

Одиссея Судзиловского на протяжении 56 лет пролегла через 12 стран: Швейцарию, Англию, Румынию (здесь он закончил университет с дипломом врача), Болгарию, Францию, Италию, Испанию, США, Гавайские острова (где он организовал партию независимых полинезийцев конаков, был избран в Гавайский сенат, а в сенате - председателем), Филиппины, Японию и Китай. На перекрестках этого «путешествия» он сходился с М. Бакуниным, X. Ботевым, Г. Плехановым, встречался с К. Марксом и Ф. Энгельсом. На разных языках (он знал 8 европейских языков, а также канакский, японский и китайский) на политические и другие темы публиковал статьи, очерки, брошюры. В 1875 году в Лондоне выступал на митинге, посвященном 12-й годовщине восстания 1863-64 гг. Тоскуя по родному Фастову (имение отца в Мстиславском повете) и Могилёву, он мечтал вернуться домой и предпринимал попытки в этом направлении: еще из Сан-Франциско в конце 1880-х годов через своего пациента, царского консула; в 1917 году, после победы большевистской революции, через знакомого, врача Ульяновых А. Кудьяна, и последний раз - в начале 1927 года, непосредственно обратившись к правительству СССР. Ответа Судзиловский ждал более трех лет, но... не дождался, в 1930 году умер в Тяньзине.

Однако не все эмигранты в чужом мире служили своему отечеству. Часть их растворялась в новой нации и навсегда погибала для Беларуси. В лучшем случае упорным трудом для новой родины они прославлял и край своего происхождения.

- В Чили почитается имя Игната Домейко из имения Недьведка под Миром, который в Париже (куда как повстанец 1831 года из Пруссии он попал через Кенигсберг и Дрезден) в 1837 году окончил Горную школу. Правительство молодой Чилийской республики пригласило его, профессора химии и минералогии, в кодледж Какимбо, а позже в университет Сантьяго, где в 1867-83 гг. он неизменно избирался ректором. Его именем названы открытые и исследованные им один из горных хребтов Анд, минерал дамейкит, а также город на севере страны Дамейка и порт на юге Араукании - Пуэрта Домейка. Когда в 1889 году он умер, над его могилой выступал президент Чили. И. Домейка был объявлен национальным героем, и в Сантьяго ему поставлен памятник.

- Константин Ельский из Игуменского повета. По окончании Минской гимназии в 1853-56 гг. учился на медицинском факультете Московского университета, в 1860 году окончил математико-естествоведческий факультет Киевского университета. Будучи учителем киевской гимназии, принимал участие в подготовке восстания 1863-64 гг. Когда весной 1863 года в Киеве начались аресты, К. Ельский нелегально перешел румынскую границу. Работал зоологом в Турции и Франции. В 1865 году выехал из Парижа во французскую Гвиану. Плавал по местным рекам; исследовал и описывал жизнь тропических птиц, насекомых, животных, растений на прибрежных островах, лечил больных. В 1869 году переехал в Перу, где изучал фауну.

- Язеп Гракович из фольварка Михалево на Минщине. По окончании военной школы в Петербурге служил в полку, стоявшем в Витебске и Ченстохове. В 1863 году присоединился к восстанию, в следующем году эмигрировал в Париж. Там окончил инженерную школу и уехал в Болгарию, где строил железные дороги и мосты. В 1881 году подписал контракт на строительство железной дороги в Гаити. На французском острове Мартиника в Карибском море вел геологические поиски. Умер эмигрантом в 1912 году.

- Трое братьев Костровицких из имения Дорошковичи Новогородского повета участвовали в восстании 1863-64 гг. Двое из них были сосланы в Сибирь. Третьему, Аполлинару, удалось эмигрировать в Италию. В Риме в 1880 году его дочь Анеля родила внебрачного сына, с которым в 1899 году приехала в Париж. Сын стал оригинальным французским поэтом, Вильгельмом Костровицким, позже - Гийомом (и в честь деда) Аполлинером.

- Когда поэтическая звезда Г. Аполлинера восходила над Парижем, там доживала свой век Габриела Скаковская, единственная дочь белорусского писателя А. Вериги-Даревского, организатора восстания 1863-64 гг. на Витебщине. Она добровольно поехала за отцом в Сибирь, куда в 1865 году он был сослан. И пока отец отбывал каторгу на Усольской солеварне под Иркутском, на строительстве Кругобайкальской дороги, добывал золото на Олекминских рудниках в Якутии, - Габриела всегда была при нем, добивалась от властей перевода больного отца в Тюмень Тобольской губернии или в другое место с менее суровым климатом. И когда не добилась, а отец в 1884 году в Иркутске умер, похоронила его и навсегда покинула Российскую империю, эмигрировав в Париж (выйдя замуж в Сибири за повстанца, бывшего студента Горы-Горецкого земледельческого института Скаковского).

ПЯТАЯ ВОЛНА

В 1897-1914 гг от безземелья и безработицы в колониальном хозяйстве Беларуси в США и Канаду ушла 5-я волна массовой белорусской эмиграции, на этот раз экономической. Российская статистика скрывает ее губительные для белорусской нации показатели. Белорусский исследователь Аркадий Смолич оценивал ее приблизительно в 300-500 тысяч.

Из политических эмигрантов этой волны надо вспомнить Тётку (Э. Пашкевич) и Ф. Олехновича, эмигрировавишх в Австрию. Ф. Олехнович - будущий драматург и театральный деятель, после трехлетней эмиграции (1910-13 гг.) поверил в объявленную в 1913 году в честь 300-летия династии Романовых амнистию, вернулся домой, но царским правительством был посажен на год в тюрьму. (Позже советские власти на 7 лет сослали его на Соловки, а в 1944 году неизвестно кто застрелил в собственной квартире в Вильне).

ШЕСТАЯ ВОЛНА

После 1-й мировой вoйны, российской революции 1917 года и падения Белорусской Народной Республики, независимость которой Рада БНР объявила 15 марта 1918 года, Беларусь покинули 122.000 ее жителей из общего числа 2 млн противников советской власти, ушедших в эмиграцию со всей бывшей Российской империи. Это была 6-я волна массовой белорусской эмиграции. Частично она шла на восток - в Маньчжурию (Харбин, Хайлар, Мулин) и Китай (Шанхай, Тяньцзин, Пекин), но основная масса направилась на запад - в Финляндию, Прибалтику, Германию, Чехословакию, Францию, США.

К тому времени в западных странах Европы действовали признанные де-юре или де-факто дипломатические представительства, миссии, консульства БНР:

- Представительство БНР при правительствах балтийских государств в Ревеле (Таллине) во главе с инженером К. Душевским;

- Военно-дипломатическая миссия БНР в Латвии и Эстонии (шеф миссии - полковник К. Езовитов, советники - генерал П. Вент и полковник Шавков);

- Представительство БНР при правительстве Летувы (представитель А. Овсяник);

- Консульство БНР в Риге во главе с В. Пигулевским;

- Военно-дипломатическое представительство БНР при правительстве Финляндии в Хельсинки (представитель - генерал А. Корчак-Крыница-Васильковский, советник - полковник Ю. Эльвенир), позже - Представительство БНР с представителем К. Терещенко;

- Генеральное консульство БНР при правительстве Турции в Константинополе во главе с полковником Иваном Ермаченко;

- Представительство БНР в Болгарии и на Балканах (представитель генерал Голубинцев);

- Представительство БНР при правительстве Чехословакии (представитель М. Вершинин);

- Дипломатическая миссия БНР в Германии (адвокат Л. Заяц, позже - А. Боровский). В Берлине миссия БНР издавала на немецком языке еженедельный бюллетень «Известия Белорусского Пресс-бюро», а на белорусском - газету для военнопленных «З роднага Краю».

В Прибалтике временно находились также некоторые формирования БНР:

- в Северной Латвии и Южной Эстонии - Отдельный отряд (около 10.000 солдат) под командованием генерала С. Булак-Балаховича; отряд этот на основании договора между правительствами БНР и Эстонии, до времени выхода на свою территорию оставаясь отдельной военной единицей БНР, подчинялся Эстонскому главному командованию;

- в Летуве, согласно договору между правительствами БНР и Летувы от 11 ноября 1920 года, находились отступившие из Беларуси под натиском большевиков и поляков (либо новосформированные здесь) Белорусский пехотный полк. Белорусский эскадрон. Гродненский батальон бывшего Гродненского полка, 1-я и 2-я отдельные белорусские роты, отдельный батальон и другие; во главе их стоял генерал Кондратович, а после его демиссии - белорусские офицеры Лавришев, Глинский, Ружанцов и другие, для солдат издава.1ся журнал «Вайсковы».

В эмиграцию вынуждены были отправиться и высшие государственные органы БНР - Президиум Рады во главе с Петром Кречевским, Правительство БНР (кабинет Вацлава Ластовского), а также ряд советников и некоторые партийные центры.

Наибольшую активность в эмиграции они проявили до 1923 года. Сначала Правительство БНР уехало в Латвию и приступило там к консолидации национальных белорусских сил за границей для продолжения борьбы за независимость БНР. 20 октября 1920 года на политической конференции в Риге, в которой участвовали представители белорусских эсеров (В. Ластовский, Я. Мамонько, К. Душевский, А. Холовинский, А. Валькович), социал-федералистов (П. Кречевский, В. Захарко, Я. Воронко, К. Езовитов, Ю. Гадыцкий-Цвирко) и социал-демократов (А. Овсяник), было решено создать вокруг правительства Ластовского единый национальный блок.

Однако на основе мирного соглашения, подписанного 11 августа 1920 года между правительствами Латвии и РСФСР, с отдельным параграфом, по которому Латвия обязалась прекратить на своей территории деятельность Правительства БНР, его дипломатических институтов и всех других белорусских эмигрантских организаций, - дипломатические миссии БНР в Латвии прекратили свое существование, а Правительство БНР переехало в Летуву, куда в феврале 1921 года переехало и заграничное Бюро ЦК партии белорусских эсеров - Т. Гриб, П. Бодунова, Я. Мамонько.

Из Летувы Правительство БНР обратилось к правительствам Антанты, Прибалтики, Скандинавии и Германии с просьбой не допустить раздела Беларуси в Риге. К середине февраля 1921 года по этому делу было подано 26 мемориалов и деклараций. Через свою делегацию во главе с министром иностранных дел БНР полковником А. Ладновым в Париже Правительство БНР просило правительство Антанты поставить на порядок дня Версальской конференции «белорусский вопрос», помочь БНР удержать свою государственную независимость.

Западный мир остался глух к этой акции Правительства БНР. 18 марта 1921 года торг между РСФСР и Польшей был закончен, а Беларусь разделена. РСФСР получила больший кусок Беларуси, часть которого присоединила к России, а из остального выкроила БССР. Польша получила более 100 тыс. кв. километров с населением около 4 млн человек. Небольшие части Беларуси были присоединены к Латвии и Летуве. Не помогло и Слуцкое восстание 27.XI-28.XII. 1920 года - одно из наиболее крупных антисоветских восстаний на Беларуси.

Из Летувы Правительство БНР готовило восстание в Западной Беларуси и БССР. Летом 1921 года с этой целью был создан Центральный Белорусский Повстанческий Комитет (ЦБПК) во главе с членом ЦК партии белорусских эсеров (бывшим руководителем Слуцкого восстания) адвокатом В. Прокулевичем, засланным нелегально в БССР. И хоть до восстания не дошло, организованное ЦБПК партизанское движение на землях БССР - действия отрядов «Зеленого дуба» - беспокоило органы советской власти. По ее официальным данным, только в 6 уездах тогдашней БССР в мае 1921 года было несколько десятков отрядов «зеленых» с 2000 партизан, в июне количество партизан дошло до 3500. Борьбу против них вела «красная жандармерия» - ЧОН (части особого назначения).

Для большей консолидации белорусских национальных сил в эмиграции Правительство БНР созвало 25-28 сентября 1921 года в Праге более широкую Белорусскую национально-политическую конференцию, на которую приехали 37 представителей белорусских национальных и политических партий и организаций из Летувы, Западной Беларуси, Германии и Чехословакии. Конференция заявила о своей солидарности со Слуцким восстанием, приняла резолюцию против Рижского раздела Беларуси, подтвердила Акт 25 марта 1918 года, признала единственным законодательным органом Беларуси Раду БНР, а единственным исполнительным органом - Правительство БНР (кабинет Ластовского), призвав объединиться вокруг них все центры белорусской эмиграции.

10 апреля 1922 года по инициативе английского премьер-министра Д. Ллойд-Джорджа в Генуе была созвана международная конференция по экономическим и финансовым вопросам. В ней участвовало 29 стран. На обсуждение конференции ставился также вопрос о политическом упорядочении Восточной Европы. Поэтому Правительство БНР решило послать на конференцию и свою делегацию.

27 апреля туда прибыли премьер-министр Вацлав Ластовский и министр иностранных дел Александр Цвикевич. Они пытались поставить на порядок дня конференции «белорусский вопрос». 2 мая делегация БНР провела консультации с подобными делегациями Украины, Грузии, Азербайджана, Кубани и Восточной Галиции. В тот же день она имела беседу и с английской делегацией. На следующий день была принята председателем Генуэзской конференции, премьер-министром Италии Л. Фактом, и вручила ему меморандум Правительства БНР с просьбой поставить в повестку заседаний конференции вопрос об отмене Рижского договора и о признании БНР независимым государством. Текст этого меморандума был вручен затем всем делегациям.

Меморандум Правительства БНР был рассмотрен на заседании Политической комиссии конференции, где были заслушаны также и аргументы делегации БНР. Но из-за решительного сопротивления советской делегации (министра иностранных дел Г. Чичерина) вопрос о БНР не удалось включить в программу обсуждения на конференции, которая вскоре по вине советской делегации вообще развалилась.

2 ноября 1923 года, после отставки премьера В. Ластовского и реорганизации (23 августа) правительства БНР, Президиум Рады и Правительство БНР переехали из Ковно в Прагу (в Ковно остался только новый премьер А. Цвикевич).

Белорусская эмиграция 6-й волны (часто по инициативе и с помощью представительств БНР) сразу начала создавать свои эмигрантские центры и организации в свободном мире. Лучше ей это удалось в Латвии, Летуве, Чехословакии, США и Франции.

В Латвии (не считая общественного и Культурного движения на этнографических белорусских землях бывших Двинского, Люцинского, частично Режицкого и Дриссенского поветов Витебской губернии) с 1919 года она собиралась вокруг Рады белорусской колбнии в Риге, где были организованы Белорусское культурно-просветительное общество «Бацькаўшчына», Белорусский клуб. Курсы белорусоведения, издавался журнал «На чужыне».

Однако из-за упомянутого выше договора между правительствами Латвии и РСФСР все организации белорусских эмигрантов в Латвии были в конце 1920 года запрещены и только в 1924 году начали работать вновь. В Риге тогда снова появились белорусские просветительные общества «Рунь» (председатель - А. Щорс) и «Беларуская хата» (председатель - А. Демидов).

Общество белорусских учителей открыло и содержало в городе 4 белорусские частные школы и Белорусскую гимназию, издавало журнал «Школа i жыцьцё». Белорусское издательское общество в Латвии издавало белорусские книги, брошюры, ежемесячный журнал «Беларуская школа у Латвіі». Было основано также Белорусское научно-краеведческое общество. Под редакцией К. Езавитова в 1925-30 гг. выходила газета «Голас беларуса». В 1934 году, когда к власти в Латвии пришел диктатор К. Ульманис, почти все организации белорусских эмигрантов снова были запрещены.

В Летуве до 1927 года главным центром белорусских эмигрантов было Ковно (ныне Каунас). Белорусские эмигранты объединились вокруг Белорусского Национального Комитета (председатель - инженер А. Головинский), Белорусского культурно-просветительского общества и Белорусского издательского центра (руководитель - В. Ластовский). Здесь издавались белорусские книги, журналы «Беларускі Сьцяг» и «Крывіч».

В Чехословакии эмигрантское движение концентрировалось сначала вокруг Представительства БНР, позже - вокруг Белорусской Рады в Праге и других эмигрантских организаций - Белорусского культурного общества им. Ф. Скорины, Белорусского общества «Сокол», Объединения белорусских студенческих организаций в Праге (более ста белорусских студентов), Берлине, Риме, Мюнхене, Брюсселе, Лилле, Варшаве, Вильне, Риге и т. д. Объединение иэдашало свой «Бюлетэнь», а Общество им. Ф. Скорины - журнал «Іскры Скарыны». Здесь жили и работали белорусские поэты В. Жилка (1923-26 гг.) и Л. Гениюш (с 1938 г.).

В 1921 году был основан Белорусский комитет в Константинополе. Комитет поручил полковнику И. Ермаченко связаться с Правительством БНР в Летуве, куда он и выехал. По возвращении в Константинополь он представил свои аккредитивные бумаги председателю Турецкого правительства Тэффик Паше, а также комиссарам оккупационных властей в Турции - американскому, английскому, французскому, итальянскому и греческому. От представителей трех последних правительств вскоре были получены признания БНР де-факто. Американский и английский комиссары заявили, что не будут препятствовать Представительству БНР в его дипломатической деятельности. Дипломатическое Представительство БНР в том же 1921 году открыло консульства в Болгарии и Югославии.

В США возникли два центра белорусской эмиграции - в Нью-Йорке и Чикаго. В Нью-Йорке в 1921 году были созданы Белорусский Национальный Комитет и Комитет помощи рабочим и крестьянам Западной Беларуси. В Чикаго - Белорусско-Американский Национальный Союз (с библиотекой, просветительской комиссией и пресс-бюро) и Белорусско-Американский клуб. Деятельность этих организаций особенно оживилась, когда в США приехал бывший премьер Правительства БНР Я. Воронко. Он с октября 1926 года начал издавать в Чикаго газету «Беларуская Трыбуна».

Организованная жизнь белорусской эмиграции во Франции началась с 1926 года. Наиболее активизировалась она в 1930 году, когда из Праги сюда переехали инженеры Н. Абрамчик и Л. Рыдлевский, которые здесь основали «Хаўфус беларускай працоўнай эміграцыі» (Союз Белорусской трудовой эмиграции) с центром в Париже и пятью филиалами в провинции. «Хаўрус» издавал свой журнал «Рэха».

СЕДЬМАЯ ВОЛНА

В поисках работы и лучших условий жизни в 1924-39 гг. из Западной Беларуси двинулась 7-я волна массовой белорусской эмиграции. Меньше - во Францию (где вместе с эмиграцией б-ii волны количество белорусов дошло до 20.000), Бельгию и Канаду; больше - в страны Южной Америки, где, по приблизительным подсчетам Объединения белорусов в Аргентине, вместе с эмиграцией 4-й волны, их было около 350.000, 120.000 - в Бразилии, 100.000 - в Аргентине (из них около 60.000 в Буэнос-Айресе и его окрестностях), 60.000 - в Уругвае, 60.000 в Парагвае и 10.000 в Чили.

Из этой волны экономической эмиграции нам известны (кроме упомянутого «Хаўруса» по Франции) несколько белорусских общественно-культурных организаций В Аргентине (в Буэнос-Айресе и в провинции): Белорусское культурно-просветительное общество, возникшее в декабре 1934 года, Белорусское общество «Культура» с библиотекой имени Ивана Луцкевича, Белорусское общество «Белавежа», возникшее в октябре 1938 года.

ВОСЬМАЯ ВОЛНА

Летом 1944 года, перед новой оккупацией Беларуси Красной Армией и возвращением на белорусские земли российско-советского террора и деспотии, из Беларуси покатилась 8-я волна массовой белорусской эмиграции.

С нею на Запад двинулись различные национальные белорусские учреждения, организации и военные формирования - Белорусская Центральная Рада во главе с президентом Радославом Островским; Собор епископов Белорусской автокефальной православной церкви во главе с митрополитом Пантелеймоном; 10.200 членов Союза Белорусской молодежи со своим Главным штабом; Слонимский батальон «Беларускай службы Бацькаўчыне»; Минская белорусская офицерская школа; некоторые подразделения Белорусской краевой обороны. Белорусский железнодорожный батальон и т. д. Одновременно - ряд священников всех христианских вероисповеданий. Белорусская интеллигенция - поэты, писатели, композиторы, артисты, ученые, врачи, инженеры... и крестьяне.

Это была самая большая волна белорусской политической эмиграции в несколько сот тысяч человек (не считая военнопленных и насильно вывезенных на работу). Волна катилась в направлении Германии, Австрии, Чехословакии, Дании, Швеции, откуда позже, пережив ужасы неизведанной до того в истории насильственной репатриации (выдачи большой ее части правительствами США, Англии и Франции в СССР), она разлилась по всему миру. Кроме оставшихся в Германии и Швеции, больше всего уехало в Англию, Бельгию, Францию, Аргентину, США, Канаду, Австралию. Меньше - в Бразилию, Венесуэлу, Марокко. Небольшие группы - в Италию, Испанию, Индо-Китай, Новую Зеландию, Танганьику, на остров Мадагаскар...

Но эти факты уже выходят за пределы нашей темы, ибо 8-я волна эмиграции - не наши предшественники, а мы сами...



[1] Вопросы к 12 книгам метафизики Аристотеля» (латынь).

[2] Каштелян (от латин. Castellum - замок) - комендант замка или крепости в ВКЛ и Речи Посполитой. Позже - почётный титул.

[3] «Неверотный план».

[4] Цитаты и цифры взяты иэ книги: W Wielhorski Polska а Litwa. London, 1947.

[5] Подскарбий - высший чиновник ВКЛ, ведавший государственной казной.

[6] Референдор - советник великого князя.

[7] Подстолий - заместитель стольника. С XVI пека почётный титул.

 
Top
[Home] [Library] [Maps] [Collections] [Memoirs] [Genealogy] [Ziemia lidzka] [Наша Cлова] [Лідскі летапісец]
Web-master: Leon
© Pawet 1999-2009
PaWetCMS® by NOX