Вярнуцца: Краткая история евреев

Часть 2


Аўтар: Дубнов С.М.,
Дадана: 22-01-2013,
Крыніца: Дубнов С.М. Краткая история евреев.



Побиблейская история на востоке

От начала греческого владычества в Иудее до конца эпохи гаонов в Вавилонии (332 г. до хр. эры - 1040 г. послке хр. эры). Древняя история и эпоха Талмуда 1. Вступление. Древнейший (библейский) период своей истории еврейский народ пережил среди народов Востока, в соседстве с Египтом, Сирией, Ассирией, Вавилонией и Персией. Вавилония и Персия одна за другой утверждали свое владычество в еврейском государстве. Ассирия разрушила одну его половину - Израильское царство (время вавилонского пленения), а Персия двести лет держала Иудею под своей верховной властью. Но вот наступил конец и персидскому владычеству. Великий греческий завоеватель Александр Македонский разрушил персидскую монархию - и в Передней Азии установилось греческое владычество (332 г. до христ. эры).
С этого времени начинается древний (побиблейский) период еврейской истории, совпадающий с древним греко-римским периодом во всемирной истории. Еврейский народ, оставаясь на Востоке, в течение многих веков вращается преимущественно среди образованных народов Запада - греков и римлян. Он отчасти подвергается их культурному влиянию и в свою очередь влияет на язычников своей религией чистого монотеизма (единобожия), он борется с политическим гнетом Рима и, наконец, в неравной борьбе, совершенно теряет свою
государственную самостоятельность (70 г. христ. эры). С тех пор еврейская нация продолжает жить в качестве политически зависимой, но внутренне свободной народности, имеющей свое самоуправление (автономию). В двух главных ее центрах - Палестине и Вавилонии - руководителями самоуправления являются патриархи и экзилархи. В эту эпоху, включающую конец древности и начало средних веков (70-1040 гг.), созидается и вводится в жизнь Талмуд, второй после Библии духовный устой еврейства, отчего вся эпоха получила название "талмудической". В последние столетия этой эпохи евреи Палестины и Вавилонии живут уже под владычеством арабов, исповедующих религию ислама.

Глава 1
Иудея под греческим владычеством (332-167 гг. до хр. эры)

2. Александр Македонский. Двести лет продолжалось господство Персии в Иудее и во всей Передней Азии. Но наконец могущественное персидское государство, основанное Киром, распалось, и власть в Азии перешла к грекам. Великий греческий завоеватель Александр Македонский одержал победу над персами и подчинил себе все подвластные им страны, в числе которых были Сирия и Иудея (332 г.). Сначала евреи отказались подчиниться греческому завоевателю, не желая нарушить присягу на верность персидскому царю. Но когда Александр с отрядом войск приблизился к Иерусалиму, чтобы наказать его непокорных жителей, они убедились, что сопротивление грозному победителю будет напрасно. И вот евреи выслали навстречу Александру посольство для изъявления покорности. Предание рассказывает, что первосвященник Яддуа и другие священнослужители, все в великолепных храмовых нарядах, вышли из Иерусалима навстречу Александру. За ними следовали именитые представители иерусалимского общества. Увидев еврейское посольство, Александр сошел с коня и низко поклонился шедшему впереди первосвященнику. На вопрос своего полководца, почему он первый поклонился духовному начальнику евреев, царь ответил: "Когда я был еще в Македонии и мечтал о покорении Азии, явилось мне однажды во сне видение, весьма похожее па образ встретившего нас первосвященника, и предсказало мне,
что мое предприятие окончится победой и славой. Теперь, при виде иудейского первосвященника, вспомнил я о своем сновидении - и в его лице я поклонился Богу, жрецом которого он состоит". Предание прибавляет, что Александр в сопровождении первосвященника въехал в Иерусалим и посетил храм, где принес жертву Богу Израиля.
Присоединив Иудею к своим владениям, Александр Македонский оставил жителям внутреннюю их свободу: он позволял им исповедовать свою религию и управляться по своим законам, как было при персидском господстве. По тогдашнему обычаю, все подвластные Александру народы помещали его статуи в своих храмах, по евреи не могли поставить его статую в иерусалимском храме, так как религия запрещала им держать в храмах какие бы то ни было изображения. Взамен этого они оказали честь македонскому царю тем, что дали всем своим мальчикам, родившимся в течение одного года, имя Александр. Царь остался доволен этим и даровал евреям новые льготы. Он освободил жителей Иудеи от платежа земельных податей в "субботние годы" (шемита), когда поля не обрабатывались, молодых иудеев, служивших в его войсках, он освобождал от работ по субботам. - Иудея была включена в состав области Келесирия (Нижняя Сирия). Управлять этой областью Александр поручил своему наместнику Андромаху, который жил в городе Самарни. Враги иудеев, самаритяне, недовольные управлением Андромаха, возмутились и убили его. Узнав об этом, Александр жестоко наказал восставших самаритян, изгнал их из Самарии и населил этот город македонцами. Некоторые пограничные самарийские земли он подарил верным ему жителям Иудеи.
Завоевав Египет, Александр Македонский основал там, на берегу Средиземного моря, знаменитый торговый город Александрию, и населил этот город греками и евреями. Многие жители Иудеи добровольно переселялись в Александрию и пользовались там всеми гражданскими правами, наравне с греками.
3. Птолемей Лаги. Недолго просуществовала великая империя Александра Македонского, разбросанная в трех частях света - Европе, Азии и Африке. Когда Александр умер (323 г.), его полководцы стали воевать друг с другом из-за обладания покоренными землями. Один из главных полководцев Александра, грек Птолемей Лаги, взял себе Египет, но не довольствуясь этим, он вторгнулся с большим войском в Сирию и Иудею, вступил в Иерусалим и увел оттуда в Египет многих жителей. По рассказу летописцев, Птолемей так легко взял Иерусалим потому, что напал на пего в день субботний, когда евреи не могли сопротивляться врагу с оружием в руках вследствие закона о субботнем покос.
После многолетних смут земли Передней Азии и Северной Африки были разделены между двумя греческими полководцами: Египет и Иудея остались за Птолемеем, а Сирия, Малая Азия и Вавилония достались военачальнику Селевку. Птолемей основал в Египте царскую династию Лагидов и сделал своей столицей город Александрию; Селевк сделался родоначальником грекосирийских царей, столицей которых была Антиохия, в Малой Азии. Подвластные ему евреи Сирии и Вавилонии усвоили себе особое летосчисленис, начиная с года воцарения Селевка I (312 г. до христ. эры). В течение нескольких столетий употребляли они это летосчисление, особенно в письменных договорах и документах (оно поэтому называется в еврейских книгах "миниан шторот", т. е. эра договоров). Сирийские правители из рода Селевка не могли мириться с мыслью, что принадлежащая им по праву соседняя Иудея досталась египтянам, и всегда искали случая отвоевать эту землю. Но египетские цари еще долго держали Иудею под своей властью.
Птолемей I Лаги (304-283 гг.) обращался справедливо с покоренными им народами, и в том числе с евреями. Уведенных им раньше из Иудеи пленных он поселил в своей столице Александрии и предоставил им все гражданские права, наравне с греками. Способнейших еврейских воинов он назначал начальниками армии и вверял им охрану крепостей. Многие добровольно приходили из Иудеи в Египет и поселялись там. Но египтяне-туземцы враждебно относились к евреям, как к иноплеменникам, вторгнувшимся в страну вместе с покорителями-греками. В самой Иудее Птолемей оставил за жителями ту же свободу управления, какою они пользовались под владычеством Персии. Внутренними делами заведовал здесь первосвященник иерусалимский, при помощи совета старейшин ("герузия"). Первосвященник был представителем Иудеи перед египетским правительством, он обязан был вносить ежегодно в царскую казну подать от евреев в размере 20 талантов серебра (около 40000 рублей).
4. Птолемей II Филадельф. После Птолемея I царствовал в Египте его сын Птолемей II Филадельф (283-247 гг.). Положение евреев при этом царе еще улучшилось. Птолемей Филадельф, окружавший себя греческими учеными и поэтами, заботился о насаждении в своей стране наук и искусств. При его дворце в Александрии находился величайший в мире музей, где были собраны литературные и художественные произведения всех народов. Предание рассказывает, что Птолемей, узнав о высоких достоинствах еврейских священных книг, пожелал с ними познакомиться и получить точный греческий перевод их для своего богатого книгохранилища. Он написал письмо к первосвященнику Элеазару в Иерусалим и просил прислать в Александрию сведущих людей, способных перевести еврейские книги на греческий язык. Вместе с этим письмом царь прислал и щедрые пожертвования в пользу иерусалимского храма. Элеазар охотно исполнил желание Птолемея и отправил к нему ученых, в числе 72 человек, одинаково сведущих по-еврейски и по-гречески, которые повезли с собою для перевода подлинник Торы, или Пятикнижия. Переводчики удостоились в Александрии блестящего приема. Царь много беседовал с ними и удивлялся их мудрости. Им отвели особый дворец на острове Фарос, близ Александрии, и там, среди полной тишины, работали они над переложением Моисеевых книг на греческий язык. Предание прибавляет, что переводчики были размещены в 72 отдельных комнатах так, чтобы они не могли между собою сообщаться, каждый переводил самостоятельно текст Пятикнижия, - и тем не менее когда по окончании работ были сличены все переводы, оказалось, что они совершенно одинаковы во всех выражениях. Перевод был представлен Птолемею в присутствии старейшин египетских евреев. Эти старейшины испросили позволение списать копию с перевода для распространения в своих общинах, где евреи говорили погречески.
В позднейшее время были переведены на греческий язык и все остальные книги Библии. По этим переводам образованные греки и римляне знакомились с религиозной письменностью евреев. Греческий перевод Библии был известен впоследствии под именем "Септуагинта" (перевод 70 толковников).
5. Птолемей III и IV. Преемником Птолемея Филадельфа был Птолемей III Эвергет (246-221 гг.). При нем Иудее угрожала большая опасность. Сирийские цари из династии Селевкидов воевали тогда с Египтом и хотели отнять у него Иудею. Сирийцы склонили на свою сторону иерусалимскую знать и первосвященника Хония II, уговорив их отказаться от платежа дани египетскому царю. Птолемей Эвергет отправил в Иерусалим посла со строгим требованием - немедленно уплатить ежегодную подать в 20 талантов, грозя в противном случае наказать иудеев и раздать их земли греческим поселенцам. Жители Иерусалима разделились на партии; сторонники египетского владычества были недовольны поведением знати и первосвященника. Представитель этой партии, молодой племянник первосвященника Иосиф бен-Товия, отправился в Александрию, чтобы смягчить гнев Птолемея. Льстивыми речами и богатыми подарками Иосиф успел расположить к себе царя и убедить его в верности иудейского народа.
Птолемей назначил Иосифа главным сборщиком податей в Палестине. Отряд из двух тысяч солдат был отдан в распоряжение Иосифа для содействия ему в деле сбора податей. Двадцать два года заведовал Иосиф этим делом в Иудее и пограничных землях; он усердно исполнял свою обязанность и обогащал египетскую казну, но в то же время и сам обогащался. Как царский уполномоченный он имел большое влияние на ход управления в Иудее. При нем в стране завелись греческие порядки, евреи из богатых классов стали подражать образу жизни греков, предавались роскоши и праздности и все более утрачивали скромные еврейские нравы.
Враждебное отношение к евреям впервые проявилось при царе Птолемее IV филопаторе (221-205 гг.). При нем сирийцы снова попытались завоевать Иудею.
Сирийский царь Антиох III Великий уже завладел Галилеей и землями к востоку от Иордана, но вскоре явился Птолемей Филопатор, разбил сирийцев у Рафии и отнял у них завоеванные земли (217 г.). Послы от иудейского народа пришли поздравить египетского царя с победой. Царь изъявил желание посетить Иерусалим и принести жертву в храме. Войдя в передний покой храма, он захотел идти дальше, во внутреннее святилище (святая святых), куда по закону доступ разрешался только первосвященникам. Ни просьбы священнослужителей, ни ропот собравшегося народа не могли отклонить царя от этого намерения. Но едва только царь ступил на порог священного покоя - рассказывает предание - как вдруг ноги его подкосились, и он упал в изнеможении на пол, так что из храма пришлось его вынести на руках. С тех пор он возненавидел евреев и их веру.
Возвратясь в Египет, Филопатор издал указ, что тот, кто не участвует в языческом богослужении по греческому обряду, не может пользоваться гражданскими правами. В силу этого указа евреи в Египте лишились дарованного им раньше гражданского равноправия и были поставлены в унизительное положение.
Не довольствуясь этим, царь прямо преследовал евреев, не желавших исполнять языческие обряды. Однажды он велел согнать массу евреев на площадь и напустить на них диких слонов, но когда взбешенных слонов погнали на людей, последние испустили такой крик ужаса, что животные испугались, бросились назад и раздавили сопровождавшую их стражу и многих зрителей-египтян. Предание прибавляет, что это происшествие так подействовало на царя, что он после того перестал преследовать евреев.
6. Симон Праведный и Иошу" Вей-Сира. В то время в Иерусалиме жил первосвященник Симон Праведный (Шимон га-Цадик), преемник вышеупомянутого Хония II. Предание прославляет его как лучшего из первосвященников. Оно рассказывает, что Симон участвовал еще в деятельности Великого Собора в последнее время его существования. Немногие из них заботились так о благе своего народа, как Симон Праведный. Он был не только духовным руководителем евреев, но и мудрым светским правителем. Благодаря его неутомимой деятельности вокруг Иерусалима были воздвигнуты сильные укрепления для защиты города от неприятеля, а повреждения в здании храма были исправлены, в столицу была проведена, через подземные каналы, вода из загородных источников. Как высший духовный пастырь, Симон насаждал в народе веру и добрые нравы. В древней письменности сохранилось одно из его изречений: "На трех вещах держится мир: на учении Божием, на служении Богу и на добрых делах", т. е. на знании, вере и нравственности.
Иудейский мудрец Иошуа Бен-Сира (Сирахид), современник Симона Праведного, с восторгом вспоминает о славной деятельности этого первосвященника. Благочестивый Иошуа с горестью видел, как в еврейскую жизнь проникают испорченные греческие нравы, как чистая вера и нравственные добродетели евреев слабеют под влиянием эллинскою язычества. Для поучения соплеменников написал он свои замечательные "Притчи Иошуа, сына Сираха" (Мишле Бен-Сира), вошедшие в состав добавочных библейских книг (Апокрифы). В этой книге, составленной по образцу "Притчей Соломона", Иошуа дает мудрые правила на все случаи жизни. Он доказывает, что роскошь и высокомерие губят людей, что только жизнь скромная, чистые нравы и трудолюбие приносят людям счастье и покой; он прославляет знание, как источник высших благ. Он рисует образы великих царей, героев и мудрецов, вышедших из среды еврейского народа в прежние времена, и доказывает, что позднейшие поколения должны брать с них пример.
В поучениях Бен-Сиры заметно стремление противодействовать "эллинской мудрости", несогласной с началами иудаизма. Так, против учения греческих философов о "судьбе" или "роке", управляющем поведением людей, Бен-Сира выдвигает начало свободы воли и ответственности каждого за свои поступки. Вот его слова: "Не говори: из-за Бога я согрешил. Бог сначала создал человека, а затем предоставил его собственным побуждениям. Перед человеком жизнь и смерть, и что ему нравится - то ему будет дано". Автор "Притчей" советует воспитывать детей строго, приучать их к труду и сознанию долга, а не к забавам и веселью, как у греков. Он советует каждому быть умеренным в удовольствиях, заботиться о сохранении своего здоровья и ясности ума. - Книга Бен-Сиры, написанная по-еврейски, была впоследствии переведена на греческий язык. Этот греческий перевод сохранился, между тем как еврейский подлинник с течением времени затерялся [Сравнительно недавно найдены в Каире остатки еврейского подлинника "Притчей" Бен-Сиры в старинных списках.].
7. Начало сирийского владычества. Когда умер Птолемей Филопатор, сирийский царь Антиох III Великий, из рода Селевкидов, снова задумал отнять Иудею у Египта. На этот раз ему удалось достигнуть цели. Евреи, раздраженные жестоким правлением Филопатора, поддерживали предприятие сирийского царя, они доставляли продовольствие сирийским войскам, шедшим против Египта, прогнали из Иерусалима египетский гарнизон и облегчили Антиоху завоевание страны. После продолжительной войны Иудея сделалась провинцией Сирийского государства и перешла под власть Селевкидов (201 г.). Антиох Великий относился очень хорошо к евреям. Он дозволил им управляться по собственным законам, под главенством первосвященника и совета старейшин, уменьшил размер платимых жителями податей, позволил отстроить разрушенные во время последней войны стены Иерусалима и приказал выдавать ежегодно из государственной казны значительную сумму на нужды иерусалимского храма. К несчастью, Антиох вскоре затеял войну с могучей Римской республикой - и потерпел поражение. При заключении мира он обязался уплатить римлянам огромную денежную пеню. Нуждаясь в деньгах, Антиох задумал увезти сокровища, хранившиеся в языческом храме города Элиманды, в Месопотамии, но жители города, возмущенные этим, убили царя и его спутников (187 г.).
На сирийский престол вступил старший сын Антиоха, Селевк IV (187-175 гг.). В то время в Иерусалиме состоял первосвященником Хоний III, человек благочестивый, заботившийся о том, чтобы евреи исполняли законы своей веры и не подражали языческим нравам греков. Он изгнал из Иерусалима одного из надзирателей храма - Симона, поклонника греческих порядков, и его друзей-единомышленников. Изгнанные решили отомстить первосвященнику. Симон довел до сведения сирийского царя, что в иерусалимском храме хранятся несметные богатства. Селевк IV, нуждавшийся тогда в деньгах, немедленно послал в Иерусалим своего казначея Гелиодора с приказом забрать находящиеся в храме богатства. Напрасно убеждал Гелиодора первосвященник Хоний, что храмовая казна не очень велика и состоит большей частью из денег, которые отдавались на хранение вдовами и сиротами; Гелиодор отвечал, что обязан исполнить царский приказ. Но когда он приступил к исполнению своего бесчестного намерения, ему неожиданно что-то помешало. Народная молва гласила, что Гелиодор, переступив порог святилища, увидел высокого всадника на коне, сопровождаемого с обеих сторон двумя юношами чудной красоты. Конь наступил на Гелиодора и ударил его своими копытами, а юноши хлестали дерзкого язычника бичами. Еле живой от испуга, вышел Гелиодор из храма и вскоре удалился в Сирию. Между тем предатель Симон донес Селевку, что первосвященник виноват в неудаче Гелиодора. Боясь царского гнева, Хоний отправился в столицу Сирии, Антиохию, чтобы оправдаться перед царем, но по дороге узнал, что Селевк внезапно умер. На сирийский престол вступил младший брат Селевка, Антиох IV Эпифан.
8. Язон и Менелай. В то время раздоры между различными партиями в Иудее усилились. Сближение с сирийскими греками, которых много жило в Палестине, произвело большие перемены в старой еврейской жизни. Многие евреи, особенно из высших классов, увлекались веселым образом жизни и вольными нравами греков, их театрами и публичными зрелищами, и ради этого часто отказывались от своих народных обычаев. В жизни древних эллинов, коренных обитателей Греции, были наряду с дурными сторонами и хорошие, как например любовь к гражданской свободе, наукам, изящным искусствам, но среди позднейших греков, населявших во время Селевкидов Сирию и Малую Азию, эти лучшие качества были весьма слабы, а выступали наружу худшие, грубые языческие верования, распущенность нравов, погоня за наслаждениями, страсть к роскоши. Такие наклонности были противны духу иудаизма. Моисеевы законы предписывали евреям вести скромную жизнь, соблюдать чистоту нравов, воздерживаться от роскоши, не гнаться за удовольствиями, служить невидимому Единому Богу, творцу природы, а не идолам, изображающим разные силы природы. Таким образом евреи, подражавшие греческим обычаям, являлись отщепенцами от своей веры и народности. Эти евреи назывались эллинистами, т. е. любителями греческих порядков. Против них действовала партия правоверных под названием хасидеев (благочестивцы). Хасидеи были пламенными ревнителями еврейской веры и строгими исполнителями ее законов, они не позволяли себе никакого общения с язычниками и даже запрещали светское образование, которое называли "греческой мудростью". Хасидеи в свою очередь впадало в крайность, отвергая в эллинизме даже лучшие его стороны и воздерживаясь от всякого общения с иноземцами.
Во главе хасидеев стоял первосвященник Хоний III, а его родной брат Иошуа стоял во главе эллинистов. Иошуа переделал и свое имя на греческий лад, назвав себя Язоном. Он задумал отнять сан первосвященника у своего брата Хония и ввести в Иудее новые, греческие порядки. В то время вступил на сирийский престол Антиох Эпифан, жестокий правитель, стремившийся к тому, чтобы все народы его государства усвоили греческие обычаи. К этому закоренелому язычнику и врагу евреев отправился Язон и предложил ему значительную сумму денег за то, чтобы царь назначил его, эллиниста, первосвященником в Иерусалиме, вместо Хония. Антиох охотно исполнил его просьбу. Хоний был лишен сана, а Язон занял место первосвященника (174 г.). Тогда он стал вводить в Иудее новые порядки. Он изменил на греческий лад воспитание еврейского юношества и устроил в Иерусалиме "гимназию", где молодые люди занимались не науками, а только гимнастическим играми и упражнениями. Даже иные священники покидали службу в храме и принимали участие в этих играх. Однажды, когда в Тире происходили обычные у греков олимпийские игры в присутствии царя, Язон отправил туда посольство с большой суммой денег на принесение жертвы греческому полубогу Геркулесу.
Новый первосвященник недолго пользовался властью. В Иерусалиме жил хитрый и честолюбивый человек, из партии крайних эллинистов по имени Менелай. Однажды Язон поручил ему отвезти ежегодную дань царю Антиоху. Пользуясь случаем, Менелай лестью и хитростью приобрел расположение царя и выпросил у него для себя сан первосвященника, обещая платить больше дани, чем Язон. Антиох согласился, отнял у Язона сан первосвященника, а на его место поставил Менелая. Чтобы доставить царю обещанную дань, предатель Менелай забрал из иерусалимского храма множество драгоценных сосудов и отвез их в Антиохию. Здесь встретил его бывший первосвященник, старец Хоний, и уличил его в расхищении храмовых сокровищ. Тогда Менелай совершил новое злодейство; он подослал к Хонию одного своего приятеля - грека, который куда-то заманил старца и убил его. Весть о злодействах Менелая возмутила жителей Иерусалима. Разъяренная толпа убила брата Менелая, Лизимаха, расхищавшего храмовые сокровища. Послы от иерусалимцев поехали к Антиоху, чтобы жаловаться на Менелая, но жестокий царь велел казнить этих послов.
Вскоре Антиох отправился в поход против Египта. В Иерусалиме распространился ложный слух, будто царь убит в этой войне. Иерусалимцы обрадовались, они под предводительством Язона восстали против Менелая и убили многих из его приверженцев. Испуганный Менелай скрывался в иерусалимской крепости, под охраной сирийских воинов. Узнав о восстания иудеев, Антиох поспешил из Египта с многочисленным войском в Иудею, чтобы наказать жителей за бунт. Рассвирепевший царь ворвался в Иерусалим, разграбил храм, убил в городе несколько тысяч жителей, а многих загнал в другие земли, чтобы продать их в рабство (169 г.). Язон бежал в землю аммонитов. Менелай был снова утвержден в должности первосвященника.
9. Жестокости Антиоха. Усмирив восстание в Иерусалиме, Антиох Эпифан еще усилил свои жестокости против евреев. Антиох ненавидел не только еврейский народ, но и еврейскую религию и мораль иудаизма. Он понимал, что пока евреи будут держаться своих законов и нравов, они будут составлять особую народность, отличную от греческой. Поэтому он решил, что нужно насильственно обратить евреев в язычество и через это слить их с греками. И вот он издал указ, чтобы все евреи обязательно почитали греческих богов и не смели исполнять обрядов своей религии. Повсюду в Иудее устанавливались статуи языческих богов и алтари, на которых приносились в жертву нечистые, по Моисееву закону, животные, в особенности свиньи. Под страхом смертной казни запрещалось праздновать субботу и другие торжественные дни, соблюдать законы о пище и собираться для молитвы в синагогах. Свитки Священного Писания осквернялись и покрывались изображениями языческих богов, или совсем уничтожались. На священным алтаре иерусалимского храма была установлена большая статуя Зевса, главного бога греков, а в 25-й день Кислева 168 года началось богослужение перед этим идолом. Полицейские служители сновали по всей стране и наблюдали за точным исполнением царских приказов. Многие из эллинистов охотно подчинялись богохульным приказам, такие отступники получали почетные должности и щедрые награды. Большинство же народа отказывалось от измены своей религии. Хасидеи искали убежища у соседних племен или скрывались в ущельях Иудейских гор и в пещерах. Из этих убежищ выходили часто наиболее смелые из хасидеев, пробирались окольными путями в города и села и воодушевляли народ, укрепляя его в вере и ободряя колеблющихся.
Немало подвигов самопожертвования во имя веры и народности совершилось тогда в Иудее. Многие предпочитали умереть, чем подчиниться возмутительным приказам сирийского царя. Одного честного старца Элеазара сирийцы уговаривали съесть кусок мяса от животного, принесенного в жертву языческому богу, но старик упорно отказывался нарушить закон своей веры - и жестокие сирийцы мучили его, пока он не умер. Предание рассказывает, что одна мать и семеро ее сыновей содержались в тюрьме за то, что они не хотели отступить от еврейской веры. По приказанию царя их били палками и кнутами, требуя, чтобы они исполняли языческие обряды, но ни мать, ни дети не хотели изменить своей вере.
Когда царь потребовал, чтобы они отведали свиного мяса, старший из семи сыновей воскликнул: "Мы скорее удавимся, чем нарушим закон наших предков!". Царь разгневался и велел отрубить смелому юноше язык, руки и ноги и бросить его в кипящий котел в присутствии матери и братьев. Но братья не устрашились, один за другим отказывались они исполнять требования Антиоха - и подвергались мучительным казням. Когда шесть братьев уже были казнены и очередь дошла до седьмого, самого младшего, царь сказал его матери: "Уговори хоть этого сына, чтобы он слушался меня и тем спас свою жизнь!". Тогда мужественная мать обратилась к сыну со словами: "Не бойся этого злодея и умри добровольно, как умерли братья твои, за Бога и нашу веру!". Мальчик был казнен, а вслед затем была казнена и героическая мать.
Больше полугода продолжались эти зверства сирийцев в Иудее. Казалось, что жестокие враги готовили еврейскому народу окончательную гибель. Но в то время, когда бедствия народа достигли высшей степени, среди иудеев появились мужественные люди, которые решили вступить в открытую борьбу с жестоким врагом и освободить свою родину от рабства.

Глава 2
Освободительмые войны Хасмонеев (167-140 гг. до хр. эры)

10. Мататия Хасмоней. В нагорном городке Модеине, недалеко от Иерусалима, жил в то время престарелый еврейский священник Мататия (Матафия), из рода Хасмонеев. У него было пять сыновей: Иоханан, Симон, Иуда, Элеазар и Ионатан. Вся эта семья отличалась глубоким благочестием и горячей любовью к родине. Однажды в Модеин прибыли сирийские чиновники, воздвигли там языческий алтарь и стали принуждать жителей участвовать в языческом богослужении, согласно указу Антиоха. Некоторые нетвердые в вере или недостаточно смелые жители подчинились требованиям чиновников, но все остальные решительно воспротивились. Тогда чиновники обратились к Мататии, как самому уважаемому в городе лицу, увещевая его принять участие в языческом богослужении, так как государственная греческая религия обязательна для всех граждан Сирийской империи и ей подчиняются все иноверные народы. Но Мататия гордо отвечал: "Пускай все народы, находящиеся в подвластных царю областях, послушны ему, изменяя даже религии своих предков, - но я, мои сыновья и братья будем поступать согласно заветам наших предков. Мы не будем отступать от нашей веры ни вправо, ни влево!" - Когда же вслед за тем на городской площади выступил один иудей-изменник и подошел к языческому алтарю с целью принести на нем жертву, Мататия не мог сдержать своего негодования. Он бросился на дерзкого отступника и убил его на месте. Затем он, вместе со своими сыновьями и храброю горстью ревнителей веры, напал на главного царского чиновника, или начальника сирийского отряда (Апеллеса), убил его, а языческий алтарь в Модеине разрушил (167 г.).
Вслед затем старец Мататия кликнул клич: "Кто стоит за Бога и Его святое учение, пусть идет за мною!". На этот призыв откликнулись ревнители веры - хасидеи. Не имея возможности открыто воевать против врагов, эти люди скрывались в ущельях гор и в удобные моменты совершали оттуда внезапные нападения на сирийцев, разрушали языческие храмы и жертвенники. Хасидеи собирали своих единомышленников в синагогах и воодушевляли их чтением отрывков из Торы или книг пророков. Наталкиваясь по дороге на мелкие греческие отряды, повстанцы их уничтожали, при встрече же с более крупными отрядами они снова удалялись в свои неприступные горные ущелья.
Старец Мататия умер вскоре после своего славного подвига. Перед смертью он завещал сыновьям продолжать священную борьбу с врагами веры и родины. Тогда из сыновей Мататии выдвинулся храбрый Иегуда, или Иуда, получивший прозвище Маккавей (Молот). Иуда отличался воинственным духом и горел желанием освободить свой народ от иноземного ига. Он стал во главе еврейских храбрецов и вступил в открытую борьбу с сирийцами. Когда сирийский наместник в Палестине Аполлоний узнал о поднятом иудеями восстании, он двинулся из Самарии со значительным войском против мятежников. Иуда со своим отрядом пошел навстречу неприятелю и нанес ему сильное поражение, сам Аполлоний пал в бою. Иуда снял с него меч и прикрепил к своему поясу, с тех пор он во всех сражениях пользовался этим мечом, своей первой военной добычей. Еврейская рука разила греческим оружием. Другую победу над сирийцами одержал Иуда при Бетхороне, где еврейские воины сражались, как разъяренные львы. Эти первые две победы подняли дух народа, и восстание против Антиоха распространилось по всей Иудее.
11. Победы Иуды Маккавея. Когда царь Антиох получил известие о восстании в Иудее, он пришел в ярость. Он послал туда огромное войско с повелением - разрушить Иерусалим, истребить или изгнать жителей и населить страну другими народностями. Сирийская армия вступила в Иудею под предводительством двух знаменитейших военачальников - Никанора и Горгия. Сирийцы били так уверены в своей победе, что привели с собой в лагерь богатых купцов, чтобы продать им в рабство евреев, которые будут захвачены в плен. Страх охватил население при слухах об этом грозном нашествии. Народ собрался в Мицпе, где находился Иуда со своим войском. Здесь устроено было торжественное богослужение, народ горячо молил Бога о помощи. Тут же Иуда воодушевлял своих воинов на великий подвиг защиты веры и отечества. Он удалил из своего отрада всех робких и нерешительных, после чего у него осталось только 6000 отборных воинов, которые должны были выступить против гораздо большей неприятельской армии. Но иудейские воины были сильны своей горячей верой и сознанием, что он" сражаются за правое дело. Сирийские полководцы разделили свою армию на две части, с целью окружить иудейский отряд с двух сторон и сразу уничтожить его. Но Иуда Маккавей, узнав об этом, быстро двинулся со своими воинами навстречу передовой неприятельской армии. С кликом: "За нас Бог!", евреи бросились на сирийцев и нанесли им сильное поражение при городе Эммаусе (Хамат). Тут подоспела другая часть сирийской армии под начальством Горгия, но увидев поражение своего передового отряда, Горгий и его воины поспешно отступили (166 г.). Евреям достался весь лагерь неприятельский с богатой добычей, состоявшей из большого запаса оружия и денег, припасенных работорговцами для покупки иудейских пленных. Иудейский народ ликовал.
После этого войско Иуды увеличилось множеством новых добровольцев. Когда в следующем году против иудеев выступил из Антиохии главный военачальник начальник Сирии Лизий, с армией в 60000 человек, Иуда мог уже выставить в поле десять тысяч отлично вооруженных воинов, жаждавших боя. С этими храбрецами он бесстрашно напал при Бет-Цуре, к югу от Иерусалима, на неприятеля и нанес ему поражение (165 г.). Лизий вынужден был возвратиться в Антиохию, утешая себя надеждой набрать вскоре новое войско и окончательно усмирить восставшую Иудею.
12. Ханука. Первые победы расчистили маккавейскому войску путь к Иерусалиму. Туда двинулся Иуда со своей храброй дружиной. Они без труда заняли столицу с Храмовой горой, только цитадель Акра, в которой находился сирийский гарнизон, оставалась в руках неприятеля. Окружив эту цитадель вооруженным отрядом, Иуда держал там сирийцев в осаде и мог беспрепятственно приступить к восстановлению народной святыни в Иерусалиме. Печальная картина представилась глазам иудейских воинов, когда они поднялись на Храмовую гору. Они увидели полуразрушенный и разграбленный храм, оскверненный идолослужением главный алтарь, сожженные ворота, опустевшие внутренние покои храма и заросшие травой дворы. Видя это, Иуда и его спутники не могли удержаться от громких рыданий, но некогда было предаваться скорби о прошлом, надо было работать для будущего. Тотчас же было приступлено к очищению и восстановлению храма. Воздвигнутый над старым алтарем Иеговы жертвенник Зевса был совершенно разрушен, а камни его выброшены в "нечистое место", служивший же ему подставкой священный алтарь был разобран, и камни его сложены в особое место, "пока не явится пророк и не решит, что делать с ними". На его месте был построен новый алтарь из цельных камней, "которых не коснулось железо". Вместо расхищенных храмовых сосудов были изготовлены новые из золота и серебра, доставшихся еврейским воинам в добычу во время недавних походов.
Когда внутренние и наружные покои иерусалимского храма были прилично убраны, начался обряд "освящения". В 25-й день месяца Кислева (165 г.), в тот самый день, в который за три года перед тем было введено в храме служение Зевсу, совершилось торжественное богослужение с жертвоприношением Богу Израиля. Восемь дней продолжались празднества по случаю освобождения святыни. Каждый вечер преддверия храма освещались множеством ярких огней Предание прибавляет, что Иуда и его спутники нашли в одном из покоев храма только маленький сосуд со священным елеем, но этого елея, вследствие чуда Божия, хватило на зажигание лампад в течение восьми вечеров. В других городах Иудеи население также устраивало иллюминацию в своих домах. Было решено отныне ежегодно праздновать эти восемь дней в память избавления еврейского народа от ига язычников. Этот осенний праздник, соблюдаемый до сих пор евреями всех стран, носит название Ханука, то есть "праздник освящения". Во всех еврейских домах зажигаются в течение восьми вечеров хануки, лампадки с маслом или тонкие восковые свечки.
13. Смерть Антиоха. Перемирие. Вскоре после обновления иерусалимского храма умер жестокий гонитель еврейского народа, царь Антиох Эпифан (164 г.). Предание рассказывает, что он умер в страшных мучениях, в припадке сумасшествия. Ненавидевшие Антиоха иудеи переделали его прозвище Эпифан (Великолепный) в Эпиман (Безумный, Бешеный). На сирийский престол вступил малолетний сын умершего царя, Антиох V Эвпатор, но государством управляли от его имени высшие сановники. Один из этих сановников, главный военачальник Лизий, приготовился тогда к новому походу в Иудею. Он явился туда вместе с юным царем Эвпатором, во главе стотысячного войска; в сирийском лагере находилось 32 больших слона, приученных к войне. Близ укрепленного города БетЦура снова встретились иудейские и сирийские войска. Иудейские воины сражались храбро, но не могли осилить многочисленную рать неприятельскую. Тогда один из братьев Иуды, Элеазар, отважился на отчаянный подвиг. Видя перед собою в неприятельской армии огромного и роскошно убранного слона, на котором сидел верхом какой-то молодой военачальник, он принял этого всадника за царя Антиоха V. Элеазар пробился сквозь ряды сирийцев, убил мечом слона, но не успел убить всадника. Огромное животное грохнулось на землю и своей тяжестью задавило насмерть смелого бойца. Подобные геройские подвиги единичных лиц не могли, однако, доставить иудеям победу. Бет-Цур должен был сдаться неприятелю, а иудейское войско вынуждено было отступить обратно к Иерусалиму. Сирийцы вскоре появились у стен Циона и осадили крепость на Храмовой горе. Положение осажденных было опасное. У них обнаружился недостаток продовольствия, так как по случаю "субботнего года" (шемита) поля в Иудее не обрабатывались и количество хлебных запасов в стране было ничтожно.
Казалось, что с предстоявшим разрушением Циона все блестящие результаты восстания пропадут, и Иудея снова подпадет под тиранию сирийцев. Но случилось иначе. Близкий уже к победе Лизий вдруг услышал, что в Антиохии происходят смуты и что другой сирийский полководец захватил там верховную власть. Лизий поспешил заключить с иудеями мир на выгодных для них условиях и удалился в Сирию (163 г.). В силу этого договора иудеи получили внутреннее самоуправление, полную религиозную свободу, право беспрепятственно соблюдать свои законы и обычаи, с тем только, чтобы они признавали над собою верховную власть Сирии. В знак покорности и миролюбия жители Иерусалима должны были срыть укрепления Храмовой горы. Поставленный Антиохом Эпифаном первосвященник - предатель Менелай, находившийся тогда в сирийском лагере, был лишен своего сана. Вскоре, по свидетельству летописца, Менелай впал в немилость при дворе и был казнен по приказанию Антиоха V или Лизия. С его смертью партия эллинистов ослабела.
Таким образом, результатом пятилетней героической борьбы Хасмонеев были: отмена всех указов Антиоха Эпифана против иудаизма и восстановление того порядка вещей, который существовал до эпохи гонений.
14. Алким. Смерть Иуды. Между тем в Антиохии произошел государственный переворот. Дмитрий Сотер, брат Антиоха Эпифана, привлек на свою сторону часть сирийцев и, убив Лизия и своего племянника Антиоха Эвпатора, объявил себя царем Сирии (161 г.). Новый царь не признавал внутренней свободы, предоставленной иудеям после мира с Лизием, и готовился к борьбе с ними. Ослабленная на время партия эллинистов в Иудее вновь подняла голову. Вождь умеренных эллинистов, священник Алким (Элиаким), получил от царя Дмитрия звание первосвященника. Но хасидеи и борцы за свободу из партии Иуды Маккавея не хотели признать власть Алкима и не впускали его в Иерусалим. Тогда Дмитрий послал на помощь Алкиму отряд сирийских воинов, под начальством Бакхнда. Приблизившись к Иерусалиму, Алким стал уверять жителей, что он будет действовать в духе патриотов-хасидеев. Но когда народ ему поверил и впустил в город, Алким показал себя в настоящем виде. Он воздвиг гонения на хасидеев и велел казнить из них 60 человек.
Заняв с помощью сирийцев должность первосвященника, вероломный Алким внушил царю Дмитрию, что необходимо усмирить непокорных хасидеев и вождя их Иуду. Царь послал против Иуды своего полководца Никанора. Никанор хвастливо уверял, что сожжет иерусалимский храм. У селения Адассы произошло 13-го Адара (в марте 161 г.) сражение, где евреи снова одержали блестящую победу. Никанор пал в этой битве, а его войско разбежалось. Победители отрубили Никанору голову и повесили ее у ворот Иерусалима. День этой победы (канун Пурима) еще долгое время праздновался в Иудее и назывался "днем Никанора".
Но вскоре евреи лишились своего храброго вождя. Узнав о поражении Никанора в Иудее, Дмитрий отправил туда 20-тысячную армию под начальством Бакхида. Быстрыми переходами Бакхид приблизился к Иерусалиму. Иуда не успел еще приготовиться, ибо не ожидал такого быстрого натиска неприятеля, и поэтому мог выставить только 3000 человек. Большинство этих воинов не решилось вступить в открытое сражение с сирийцами и настаивало на отступлении с тем, чтобы набрать более сильную армию. Но неустрашимый Иуда не хотел и слышать о позорном отступлении. "Если, - говорил он, - пришла нам пора умереть, то умрем мужественно за наших братьев, но не наложим пятна на свою честь!". Из всего отряда только 800 самоотверженных бойцов согласились идти за ним. С этой горсткой храбрецов ударил он, при Адассе, на неприятеля. Мужественная маленькая дружина Иуды билась отчаянно, но ряды се все больше редели. Наконец, пал в бою с мечом в руках и ее великий вождь (весною 160 г.). Братьям Иуды удалось отыскать только его труп, который они перевезли в Модеин и там похоронили в фамильной гробнице Хасмонеев. Вся Иудея горячо оплакивала смерть своего славного героя, спасителя народной свободы.
15. Ионатан Хасмоней. После смерти Иуды Маккавея иудейское войско избрало своим вождем его брата Ионатана (159 г.). Иоанатан не был таким неустрашимым бойцом, как Иуда, но он обладал способностями государственного деятеля и умел пользоваться всяким удобным случаем для достижения своей цели - освобождения отечества. Пока в Иерусалиме властвовали сирийский наместник Бакхид и первосвященник Алким, Ионатан ничего не мог сделать и бродил с дружиной в пустыне, близ Мертвого моря. Но вскоре Алким умер. Его смерть последовала внезапно в то время, когда он приступил к перестройке внутренней стены иерусалимского храма. Народ увидел в этом кару Божию над нечестивым первосвященником. Эллинисты лишились своего вождя, а Ионатан воспользовался этим и усилил свою партию. Собрав значительное войско, Ионатан и брат его Симон стали беспокоить сирийцев частыми нападениями. Утомленный этими стычками, сирийский полководец Бакхид перестал вмешиваться во внутреннюю борьбу иудейских партий, он заключил мир с Ионатаном и удалился в Сирию (157 г.). С тех пор Иудея в течение нескольких лет оставалась спокойною, под управлением Ионатана.
Усилению Иудеи более всего способствовала вспыхнувшая тогда в Сирии борьба за царскую власть. Против царя Дмитрия I Сотера поднялся уроженец Родоса, Александр Балас, выдававший себя за сына Антиоха Эпифана и законного наследника престола. Александр объявил себя царем и с большим войском выступил против Дмитрия. Испуганный Дмитрий просил Ионатана помочь ему в войне с соперником, обещая даровать разные льготы Иудее. Но Александр еще более старался привлечь на свою сторону иудейского вождя, он назначил Ионатана первосвященником, то есть начальником еврейского народа, и прислал ему в подарок пурпуровую мантию и золотую корону Иудеи; не забывшие еще о жестокостях Дмитрия, перешли на сторону Александра, который после долгой борьбы завладел сирийским престолом. Ионатан вступил в Иерусалим и в праздник Кущей (Сукот) совершил в храме торжественное богослужение в качестве первосвященника (152 г.). Таким образом, семья Хасмонеев, поднявшая восстание против Сирии, добилась, наконец, того, что один из ее членов сделался начальником еврейского народа с согласия сирийского правительства. Следующие сирийские цари поневоле должны были признавать представителей рода Хасмонеев законными правителями Иудеи.
Непрерывные смуты и борьба за престол в Сирии окончательно ослабили это государство, и Ионатан решил, что наступила пора совсем уничтожить владычество сирийцев в Иудее. Скрывая свои намерения от сирийского правительства, Ионатан незаметно увеличивал численность своей армии, укреплял Иерусалим и некоторые другие города и готовился завоевать для Иудеи полную независимость. Но об этих замыслах узнал сирийский полководец Трифон. Заманив хитростью Ионатана с небольшой дружиной в город Птолемаиду (Акко), Трифон дружину велел перебить, а Ионатана оставил у себя в плену.
16. Симон Хасмоней. После плена Ионатана, брат его Симон стал во главе иудейского войска (143 г.). Симон употреблял все усилия, чтобы спасти жизнь своего брата, находившегося в заточении у Трифона, но это ему не удалось. Трифон сначала обещал отпустить пленника, если иудеи дадут за него большой выкуп и заложников, но получив все это от Симона, коварный сириец все-таки велел умертвить Ионатана. Иудеям был возвращен только труп героя.
Симон, последний из братьев Хасмонеев, довел до конца дело освобождения отечества от сирийского ига. Имея сильное и хорошо вооруженное войско, он постепенно вытеснял из укрепленных городов Иудеи оставшиеся там еще сирийские отряды. Наконец, пал последний оплот иноземного владычества в Иудее; находившийся в иерусалимской крепости Акреирийский гарнизон очутился в осаде; Акра была окружена войсками Симона, которые не допускали туда подвоза съестных припасов. Голод заставил сирийцев сдаться. Гордая крепость, долго служившая угрозой иудейской свободе, была очищена от иноземцев. В день 23-го Ияра (май 142 г.) состоялось торжественное вступление иерусалимцев в Акру, и этот знаменательный день был объявлен на будущее время ежегодным национальным праздником. Сирийские цари, считая дальнейшую борьбу бесполезной, освободили Иудею от платежа дани, - и таким образом Иудея сделалась свободной страной. В многолюдном народном собрании, созванном в Иерусалиме 18 Элула (август) 140 года, Симон был избран первосвященником и князем освобожденного народа. Он повелел чеканить особую монету для Иудеи, как государства независимого. На серебряных и медных монетах, чеканившихся тогда, были начертаны на одной стороне слова: "Святой град Иерусалим" или "Симон, князь Израиля", а на другой - "год (такойто) со времени нашего освобождения".
Так окончилась 27-летняя борьба Иудеи за свою независимость. Эти освободительные войны называются хасмонейскими, по родовому имени Мататии и его сыновей, или маккавейскими, по прозвищу главного героя - Иуды Маккавея.
17. Евреи в Египте. Пока в Иудее происходила борьба Хасмонеев с сирийцами, жившие в Египте евреи пользовались полным спокойствием. Число их значительно увеличилось переселенцами из Иудеи, бежавшими от жестокостей Антиоха Эпифана. Царь Птолемей VI Филометор (181-145 гг.) охотно принимал этих беглецов и оказывал им покровительство. Еврейская община в Александрии, главном городе Египта, приобрела тогда важное значение. Она сосредоточивалась главным образом в квартале Дельты, примыкавшем к морской гавани. В этом "еврейском городке" кипела промышленная деятельность, состоявшая в ввозе и вывозе товаров. Пользуясь гражданским равноправием, александрийские евреи имели и свое общинное самоуправление. Во главе их стоял особый этнарх, который "управлял народом, творил суд, заботился об исполнении обязательств и предписаний, как начальник независимого города". В Александрии находилась великолепная синагога. Она была так велика, что во время богослужения голос священника не был слышен в отдаленных концах ее; чтобы молящиеся знали, когда отвечать "аминь" на благословение священника, посреди синагоги каждый раз поднималось в знак этого высокое знамя.
Но египетские евреи не довольствовались своей великолепной синагогой. Они хотели иметь большой храм наподобие иерусалимского, где можно было бы не только молиться, но и совершать жертвоприношения по библейским законам. Не имея такого храма, многие благочестивые египетские евреи должны были ездить на большие праздники в далекий Иерусалим, что было очень трудно в смутное время хасмонейских войн. В это время прибыл из Иудеи в Египет Хоний IV, сын смещенного при Антиохе Эпифане иерусалимского первосвященника Хония III. Считая себя законным преемником первосвященнического сана, Хоний Младший (или Ониас, как его называли по-гречески) решил воздвигнуть для египетских евреев особый храм. Царь Птолемей VI дал на это свое согласие. В округе Гелиополя был воздвигнут красивый храм, убранный по образцу иерусалимского (160 г.). Богослужение в нем совершали Ониас и другие священники и левиты, переселившиеся во время смут из Иудеи. Для этих священнослужителей был построен возле храма особый городок, названный Онионом, по имени Ониаса. Еврейский храм в Египте просуществовал больше двух столетий.
В это время среди александрийских греков и евреев распространились книги Священного Писания в греческих переводах. Переложение Библии на греческий язык, начатое еще при Птолемее II Филадельфе, подвинулось вперед при Птолемее Филометоре. С этого именно времени образованные язычники стали ближе знакомиться с еврейскими религиозными книгами. Александрийские же евреи усваивали греческую светскую образованность. Они выдвинули из своей среды целый рад философов и поэтов, писавших свои произведения ва греческом языке (Арястовул, Эвполем, Эзекиель и др.).

Глава 3
Иудея при династии Хасмомеев (140 - 37 гг. до хр. эры)

18. Княжение Симона. После многолетних войн и смут, для Иудеи, наконец, наступила пора свободного и мирного развития под властью еврейских князей. Первый князь из рода Хасмонеев, Симон (140-135 гг.), особенно заботился об улучшении внутренней жизни евреев; он водворил порядок и безопасность в разоренной войнами стране, старался поднять земледелие и торговлю. В ближайшем к Иерусалиму приморском городе Яффе, отнятом у сирийцев, он устроил большую торговую гавань.
Сирийский царь Антиох Сидет (сын Дмитрия I) с досадой смотрел на усиление Иудеи. Он потребовал от Симона через послов - либо возвратить Сирии Яффу и иерусалимскую крепость, либо взамен их уплатить большую сумму денег (около двух миллионов рублей). Так как иудейский князь не хотел исполнить эти требования, то Антиох послал своего полководца Кендебая из Гиркании с сильным войском, чтобы разгромить Иудею. Симон выслал против него большую армию под предводительством своих сыновей Иоханана и Иуды. Недалеко от Яффы произошла битва, в которой сыновья Симона одержали полную победу (137 г.). В память этой победы над Кендебаем Гирканским, старший сын Симона, Иоханан, получил прозвище Гиркан. Чтобы обезопасить себя от дальнейших нападений Антиоха, Симон заключил союз с врагом Сирии Римом, самым могущественным государством того времени.
Видя, что в открытом бою нельзя победить князя Симопа, Антиох Сидет задумал погубить его путем обмана. Он уговорил зятя Симона, Птолемея, который был начальником Иерихонской области, убить тестя и занять иудейский престол. Коварный Птолемей пригласил к себе в гости в замок Док, близ Иерихона, князя с его семьей и свитой и устроил для них веселый пир. Во время пира рабы Птолемея, по его приказанию, убили Симона, его двух сыновей, Мататию и Иуду, и некоторых людей из княжеской свиты (135 г.). Жену убитого князя, свою тещу, злодей держал в заключении у себя в замке, в то же время он послал гонцов в город Газару, где находился старший сын князя, наследник престола Иоханан Гиркан, с поручением умертвить и его. Но Иоханан, узнав о случившемся, бежал из Газары в Иерусалим. Здесь народ и войско провозгласили его князем. Народ горячо оплакивал преждевременную смерть своего освободителя, Симона Хасмонея. Тело убитого князя было похоронено в Модеине, в семейной гробнице Хасмонеев, а над этой гробницей был воздвигнут великолепный памятник, который стоял на высокой скале и был далеко видено моря.
19. Ивханан Гиркан. Вступив на иудейский престол, Иоханан Гиркан (135-109 гг.) прежде всего реподходил к замку Доку, где укрепился Птолемей, но последний каждый раз выводил на крепостную стену свою пленную тещу, мать Гиркана, и грозил убить ее, если Гиркан будет наступать. Эти угрозы и весть о приближении сирийского царя заставили Гиркана удалиться в Иерусалим. Антиох Сидет сам двинулся в Иудею с большим войском и осадил столицу. Иерусалим был так укреплен, что сирийцы не могли его взять приступом. Поэтому они решили держать город в осаде, пока в нем не истощатся съестные припасы. Жителям Иерусалима грозил голод и Гиркан вынужден был заключить мир. Он обязался платить сирийскому царю дань за Яффу и некоторые другие города, а также срыть укрепления Иерусалима. Антиох ушел. Изменник Птолемей, покинутый своими союзниками-сирийцами, бежал из Иудеи, но перед своим бегством этот кровожадный человек велел умертвить бывшую у него в плену мать Гиркана.
После смерти Антиоха Сидета в Сирии начались раздоры и смуты. Иоханан Гиркан воспользовался распадом Сирии и совершенно отказался от признания ее верховенства. Он направил все усилия на то, чтобы обеспечить границы своего государства от вторжения неприятеля. Для этого он решил подчинить своей власти мелкие пограничные племена, которые обычно соединялись с врагами Иудеи и вредили ей. Князь Гиркан выступил в поход с большим войском, в котором было много наемных солдат из языческих племен. Сперва он завоевал несколько городов к востоку от Иордана, затем пошел против самаритян, давнишних врагов Иудеи. Он разрушил их святой город Сихем и их храм на горе Гаризим. Закончил он свой поход полным покорением племени эдомитов (идумеев). Разрушив их крепости, Гиркан предложил эдомитам на выбор одно из двух: или принять иудейскую веру, или выселиться из страны. Эдомиты покорились и приняли иудейство. С течением времени они слились с евреями, но это слияние имело потом печальные последствия для хасмонейской династии. Только самаритяне не могли мириться с господством иудеев. Оправившись от недавнего поражения, они соединились с сирийцами и египтянами и выступили против иудеев. Гиркан напал на союзников, разбил их, завоевал после двенадцатимесячной осады укрепленную Самарию и разрушил этот город до основания. В этом походе особенно отличились сыновья Гиркана, Аристовул и Антигон.
Таким образом, Иудея расширила свои пределы и получила почти такое протяжение, как в славные царствования Давида и Соломона; она имела свою гавань (Яффа), приносившую стране большие доходы, хорошо вооруженное войско и сильные укрепления, так что ни одна из соседних народностей не осмеливалась воевать с ней. По мере расширения иудейского государства, возрастал и блеск столицы. Иерусалим украсился великолепными постройками. На возвышенности, к востоку от Храмовой горы, был воздвигнут роскошный царский дворец, который соединялся мостами с храмом. Упрочив свою власть, Иоханан Гиркан возобновил союз с Римом, который признал за иудейским государством новые его приобретения.
20. Фарисеи, цадукеи и эссеи. Когда после многих веков зависимости Иудея стала свободным государством, как в древнейшие времена, - среди представителей народа возник вопрос: в каком духе должно управляться это обновленное государство и каково должно быть его отношение к религии, отношение светской власти к духовной? Одни говорили, что еврейский народ должен жить как все другие народы, вести войны, забирать новые земли и усиливаться политически. Другие утверждали, что евреи - особенная духовная нация, которая должна управляться своими религиозными законами, обособляться от других народов и стремиться только к улучшению своего внутреннего быта в духе заповедей иудаизма. Так же различны были в различных кругах общества взгляды на иудаизм, т. е. на совокупность учений, законов и преданий, накопившихся от древнейших времен до эпохи Хасмонеев. Таким образом, в эту эпоху возникли в Иудее три партии: фарисеи, цадукеи и эссеи.
Фарисеи были преемниками хасидеев, или благочестивцев. Они думали, что религиозные законы должны управлять жизнью каждого еврея в отдельности и всего еврейского народа в целом. Фарисеи строго соблюдали не только все писаные библейские законы, но также все обычаи и правила, сохранившиеся путем устного предания. Сверх того, их вероучители создавали новые законы, которые дополняли или исправляли старое законодательство согласно требованиям жизни. Они утвердили в народе некоторые основы религии (догматы), которые не были достаточно ясно изложены в Библии. Фарисеи особенно укрепили в народе веру, что Бог воздает каждому человеку по его заслугам после смерти, ибо душа человека не умирает вместе с телом, а продолжает жить в высших мирах. Души хороших людей там блаженствуют, а души дурных людей мучаются за грехи, совершенные на земле. Таков закон высшей справедливости, установленный Богом. Бог избрал еврейский народ и дал ему заповеди правды и добра. Этих заповедей избранный народ должен держаться и не подражать обычаям других народов. Евреи должны в своей жизни отличаться, отделяться от других народов, а также отдаляться от всего нехорошего, языческого [Отсюда название "фарисеи" (перушим), которое означает "обособленные", "отличающиеся".]. Фарисеи действительно отличались глубокой религиозностью и нравственными добродетелями, они проповедовали скромность и воздержание в жизни, помогали слабым и бедным. Из их среды выходили учители народа и толкователи закона. Иногда, впрочем, попадались между ними и люди неискренние, которые только наружно были набожны, а в душе таили дурные наклонности. Таких ханжей называли в народе "крашеными" (цевуим).
Цадукеи были преемниками эллинистов. Они смотрели на задачи государства как светские люди и политики; они требовали отделения религии от государства. К этой партии принадлежали люди из высших слоев общества: военачальники, чиновники, священники, потомки знатных родов [Полагают, что свое имя партия цадукеев получила от потомков библейского первосвященника Цадока, стоявших во главе этой партии.]. Цадукеи полагали, что еврей должен следовать только законам, начертанным в Священном Писании, а устные законы и позднейшие народные обычаи для него не обязательны. Они отвергали веру в загробное воздаяние, так как о нем ясно не говорится в учении Моисеевом. Во всем они держались не смысла, а буквы писаного закона; их правилом было: не прибавлять ничего к библейским законам и не убавлять от них, даже если условия жизни этого требовали. Для цадукеев еврейское вероучение было не живым, а мертвым учением, которое нужно только сохранять, а не развивать. Цадукеи, принадлежавшие к богатым и влиятельным классам, любили вольную жизнь и утверждали, что вовсе не грешно сближаться с язычниками. Цадукеи, занимавшие должности священников, часто враждовали с законоучителями из партии фарисеев. Между обеими партиями происходило постоянное соперничество из-за участия в государственном управлении.
Третью партию составляли эссеи. Они совершенно стояли в стороне от общественных и государственных дел и заботились только об усовершенствовании личной жизни. Они смотрели на себя, как на сословие "святых", и особенно строго соблюдали законы о телесной "чистоте", обязательные только для священников. Большей частью эссеи удалялись в пустыни и там жили маленькими общинами или братствами, как монахи. В эти братства допускались только одни мужчины. Члены эссейских кружков делили между собой поровну свое имущество и жили как братья. Они занимались земледелием, питались только хлебом и овощами, не пили вина, ежедневно купались в озере или реке для поддержания чистоты своего тела и носили белые одежды. В простонародье эссеи считались святыми и чудотворцами. К ним приходили лечиться от разных болезней и гадать о будущем [Название "эссеи" означает "совершающие омовение" и "врачующие".].
21. Синедрион и борьба партий. Подобно своему отцу Симону, Иоханан Гиркан был одновременно и князем, и первосвященником, то есть и светским и духовным главой Иудеи. Но значительная доля власти принадлежала государственному совету или сенату, носившему имя Синедрион (по-гречески - собрание, совещание). Синедрион, находившийся в Иерусалиме, состоял из 70 членов и одного председателя. Члены Синедриона собирались в одной из больших палат иерусалимского храма для обсуждения государственных вопросов, издания законов и разбора важнейших судебных дел. Князь не принимал никаких важных решений в делах государственных без одобрения Синедриона.
Судебные заседания Синедриона происходили публично. Члены суда сидели полукругом, дабы они могли видеть друг друга. Два писца стояли справа и слева и записывали мнения судей. Для разбора дел необходимо было присутствие не менее 23 членов ("малый Синедрион"). В уголовных делах для оправдательного приговора считалось достаточным большинство даже в один голос; для обвинительного же приговора требовалось большинство двух голосов. Больше всего заботились об обеспечении правды и милости в суде. Опрос членов относительно виновности подсудимого начинался с младшего члена и постепенно доходил до председателя; это делалось для того, чтобы отзывы старших и уважаемых членов не оказывали давления на младших. Кроме того, раньше должны были высказываться сторонники оправдания подсудимого, а потом уже сторонники осуждения. Тот, кто высказался за оправдание, не мог уже взять свое слово назад. При таких условиях смертные приговоры составляли большую редкость в практике Синедриона.
В первое время княжения Гиркана среди членов Синедриона было много фарисеев, которые приобрели большое влияние на ход государственных дел. Это сильно беспокоило их противников, цадукеев. И вот цадукеи стали уверять князя Гиркана, что фарисеи недовольны его управлением. Желая узнать, правда ли это, Гиркан устроил пир, на который созвал почетных гостей. Во время пира Гиркан поднялся и сказал: "Если кто из присутствующих может доказать, что я, как князь или первосвященник, поступал против закона, пусть тот смело встанет и объявит мне это!". Тогда один фарисей поднялся и сказал: "Если ты, князь, хочешь быть справедливым, то довольствуйся княжеским венцом и сложи с себя сан первосвященника, ибо твоя мать когда-то находилась в плену среди язычников" [Сыновья военнопленниц, по закону, не могли быть священниками.]. Гиркан был оскорблен этими словами, но все-таки приказал расследовать, правду ли говорит фарисей. Когда же это оказалось неправдой, князь потребовал от Синедриона наказания оскорбителя. Но фарисейские члены Синедриона присудили обвиняемого товарища к очень легкому наказанию. Это еще более усилило подозрения Гиркана против фарисейской партии. Князь всецело перешел на сторону цадукеев. Он удалил фарисеев от важнейших должностей и передал эти должности цадукеям, что возбудило ропот в народе. После 30-летнего управления Иоханан Гиркан умер (104 г.). Он оставил пять сыновей, из них выдвинулись: Иуда Аристовул, Антигон и Александр Яннай.
22. Иуда Аристовул. Иоханан Гиркан перед смертью назначил правительницей государства свою жену, а сан первосвященника передал старшему сыну Иуде, носившему и греческое имя Аристовул. Но Аристовул не удовольствовался полученным духовным саном. Как только умер его отец, он заключил свою мать в темницу (где она, как гласит предание, умерла с голоду) и присвоил верховную власть. Честолюбивого Аристовула не удовлетворял титул князя ("наси"), который носили его предшественники: он, первый из Хасмонеев, принял титул царя ("мелех") и возложил на свою голову царскую корону. Аристовул был человек болезненный и раздражительный. Своих трех братьев он держал в заточении, любил он только одного брата. Антигона, и назначил его начальником иудейских войск. Антигон покорил северную часть Галилеи и заставил жившее там арабское племя, итурейцев, принять иудейскую религию. Своими военными подвигами Антигон прославился в народе, но возбудил зависть среди царедворцев. Приближенные Аристовула старались возбудить в нем недоверие к брату - и преуспели в этом. Из своего славного похода Антигон возвратился в Иерусалим ко дню осеннего праздника Кущей (Сукот). Во главе войска он направился в храм, чтобы открыть празднество. Народ шумно приветствовал героя. Этот шум был услышан во дворце. Царедворцы, ненавидевшие Антигона, сказали Аристовулу: "Вот слышишь, как толпа приветствует твоего брата. Скоро он заберет власть в свои руки и перестанет тебе повиноваться". Некоторые прибавили, что Антигон сейчас придет во дворец в полном вооружении, с целью захватить царский престол. Тогда Аристовул отдал своей страже приказ - убить всякого, который попытается проникнуть во дворец с оружием в руках. Антигону же он через посла дал совет - явиться к нему без оружия. Но царедворцы уговорили посла передать Антигону совершенно противоположное, а именно: что царь хочет видеть его в полном вооружении. Поверив этому, Антигон отправился во дворец в военном наряде и с оружием в руках, но едва он приблизился ко дворцу, стража бросилась на него и убила, согласно отданному приказу. Известие о смерти любимого брата потрясло Аристовула, болезнь его усилилась - и он вскоре умер, процарствовав только один год (103 г.) и не оставив после себя детей. При этом царе усилилось в государстве влияние партии цадукеев. Его называли Филеленом, т. е. другом греков.
23. Александр Яннай. По смерти Аристовула вдова его Соломея Александра освободила из заточения его братьев. Старший из них, Александр Яннай, сделался царем и по библейскому закону женился на бездетной вдове своего брата Аристовула. В ранней юности Яннай не пользовался расположением своего отца Иоханана Гиркана, который, не желая видеть сына при дворе, отправил его на воспитание в Галилею. Там юноша получил хорошую военную подготовку, но не то гражданское и духовное воспитание, которое требовалось для будущего правителя и первосвященника. Преждевременная смерть его двух братьев, Аристовула и Антигона, поставила Янная неожиданно во главе государственного управления, и гут сказалась вся недостаточность его подготовки. Новый царь, напоминавший по своим наклонностям более эллина, чем еврея, знал только одну цель в жизни: распространить владычество Иудеи на всю Палестину. Тотчас по вступлении на престол он попытался завоевать приморский город Птолемаиду (Акко), но этим вызвал нашествие египтян, которые уже готовились возобновить свое владычество в Иудее. Яннаю удалось только захватить несколько городов на берегу моря с одной стороны и Иордана с другой (96 г.).
Народу, уставшему от разорительных войн, не нравились эти военные походы. Влиятельная в стране партия фарисеев не уважала Янная ни как царя, ни как первосвященника, так как он был другом аристократов - цадукеев. Один случай обострил отношения между Яннаем и фарисеями. В праздник Сукот царь-первосвященник совершал богослужение в иерусалимском храме. Ему подали воду в серебряной чаше для возлияния на жертвенник, согласно принятому фарисеями народному обычаю, но царь в угоду цадукеям, не признававшим этого обычая, вылил воду на землю. Собравшаяся в храме толпа, возмущенная этим поступком, стала бросать в царя лимонами из праздничного букета (этрог). Царь приказал своим наемным солдатам-язычникам усмирить народ. 6000 иудеев было убито во дворе храма.
После этого народ еще более возненавидел Янная. И когда вскоре царь вернулся из нового неудачного похода против арабов, в Иерусалиме вспыхнуло восстание. Шесть лет (94-88 гг.) длилась борьба народа со своим царем. Александр сражался с восставшими при помощи наемных войск, не останавливаясь ни пред какими жестокостями. Во время этой шестилетней гражданской войны погибло около пятидесяти тысяч иудеев. Когда царь наконец устал бороться с собственным народом и предложил фарисеям примирение, те резко ответили: "Только смерть твоя может примирить нас с тобою". В своем ожесточении враги царя дошли до того, что призвали против него в Иудею сирийцев и с их помощью одержали победу. Яннай должен был бежать и скитаться в горах. Но вскоре царю удалось завоевать одну крепость, где заперлись многие фарисеи, и он жестоко отомстил им. 800 фарисеев были по его приказу распяты на крестах. Другие бежали в Сирию и Египет. Народ прозвал Янная "Фракийцем", то есть дикарем.
Почувствовав приближение смерти, Яннай раскаялся в своих жестокостях. Он передал управление государством царице Соломее Александре и посоветовал ей помириться с фарисеями. "Не бойся, - сказал он ей, - ни фарисеев, ни цадукеев; бойся только крашеных (лицемеров), которые делают все дурное и выдают себя за праведников". Александр Яннай умер на 27-м году своего царствования (76 г.), оставив вдову и двух сыновей.
24. Соломея Александра. Управление государством взяла в свои руки царица Соломея Александра. Своему старшему сыну, слабому и простодушному Гиркану, она передала сан первосвященника, но младшего сына, честолюбивого и пылкого Аристовула, она держала вдали от государственных дел. Соломея Александра управляла народом разумно и старалась исправить зло, причиненное государству предшествовавшим бурным царствованием. Во время ее десятилетнего управления (76-67 гг.), Иудея почти не подвергалась нападению врагов.
Царица снова призвала фарисеев к власти; те из них, которые при Александре Яннае бежали в чужие страны, возвратились в свое отечество. В числе возвратившихся находились вожди фарисеев: брат царицы Симон бен-Шетах и ученый Иуда бен-Табай. Оба они жили в изгнании во время жестокостей Янная. Симон скитался по разным странам, а Иуда скрывался в Египте. После смерти мужа царица призвала обратно в Иерусалим своего брата Симона, а последний вызвал из Египта своего друга, Иуду. Симон и Иуда сделались председателями Синедриона, и при них фарисеи снова получили влияние на ход государственных дел. Больше всего заботились они об упрочении законности и порядка в стране. О Симоне бен-Шетахе говорили, что "он восстановил Закон в его древних пределах". Он обязал родителей обучать своих детей в школах. Заботясь о правах женщин, Симон издал закон, по которому муж при вступлении в брак дает письменное обязательство - выделить жене часть своего имущества, на случай если он оставит ее вдовой или разведется с ней ("кетуба"). Введенные цадукеями в прежнее царствование суровые уголовные законы были заменены более мягкими. Вообще, цадукеи были удалены от власти законодательной и судебной, сохранив за собою только должности высших начальников в армии.
Но партии цадукеев покровительствовал второй сын царицы, Аристовул. Когда царица заболела, честолюбивый Аристовул тайно покинул Иерусалим, чтобы с помощью цадукейских военачальников захватить верховную власть. На его сторону перешли многие военные отряды и укрепленные города, где начальствовали цадукеи. И вот когда умерла царица Соломея Александра, в Иудее возгорелась кровопролитная борьба за престол.
25. Борьба Гиркана II и Аристовула II. После смерти Соломеи царем должен был сделаться старший сын ее, первосвященник Гиркан II. Но не успел еще Гиркан вступить во власть, как брат его Аристовул двинулся с войском к Иерусалиму, чтобы силой отнять у него престол. Гиркан выслал против брата войско. У Нерихона встретились войска обоих братьев и произошла битва, в которой армия Гиркана потерпела поражение, так как значительная часть ее, увлеченная храбростью Аристовула, перешла к последнему (67 г.). Испуганный Гиркан заперся в крепости при иерусалимском храме. Он признал себя побежденным, когда Аристовул вступил в столицу. Братья заключили между собою мирный договор, по которому Гиркан отказался от царского звания, сохранив за собой (по-видимому) только сан первосвященника; Аристовул же объявлен был царем Иудеи, под именем Аристовула II. Оба брата, в присутствии народа, подали друг другу руки и обнялись. Отречение от престола не было, впрочем, особенно тяжело для Гиркана, ибо он по природе любил тихую жизнь и был мало способен к управлению государством.
Недолго, однако, мог Аристовул II спокойно царствовать в Иудее. Скоро междоусобица возобновилась благодаря проискам одного человека. То был Антипатр, потомок тех эдомитов, которых Иоханан Гиркан некогда покорил и обратил в иудейство. Антипатр, бывший начальник войск в подвластной Иудее Эдомской провинции, подружился с Гирканом II, когда тот был еще царевичем. Честолюбивый эдомит надеялся что слабохарактерный Гиркан, сделавшись царем, назначит его своим ближайшим советником. Когда же власть перешла к Аристовулу, эта надежда рушилась Антипатр не мог мириться с этим. Он употреблял все старания, чтобы снова пробудить в душе Гиркана ненависть к брату, отнявшему у него престол. Он уверял Гиркана, что Аристовул хочет его убить, и наконец уговорил его бежать в Аравию, к царю Арету чтобы с помощью арабов возвратить себе царскую впасть. За эту помощь Антипатр обещал отдать Арету 12 городов в Иудее. Тогда аравийский царь двинулся вместе с Гирканом к Иерусалиму, во главе 50-тысячного войска (65 г.).
После неудачной попытки отразить арабов Аристовул и его сторонники укрепились на Храмовой горе, в Иерусалиме. Арет ворвался в столицу и осадил Хра мовую гору. К нему присоединилось много иудеев, сторонников Гиркана, так что иудеи держали в осаде своих же братьев. В лагере осаждавших был один святой человек, по имени Хоний. Гирканисты требовали от Хония, чтобы он молил Бога о гибели Аристовула и его приверженцев. Но святой муж, горячо любивший свой народ, стал на молитву и воскликнул: "О, Боже! и осажденные, и осаждающие - дети Твои: не делай же того, что желают друг другу обе стороны!". Грубые воины рассердились на Хония и побили его камнями. Между тем наступил праздник Пасхи, и осажденные, у которых не хватило животных для жертвоприношения в храме, вынуждены были покупать их за большие деньги у осаждавших. Ежедневно с крепостной стены храма спускалась на железных цепях корзина с золотом, взамен которого осаждавшие посылали наверх, на тех же цепях, баранов. Но однажды арабы позволили себе обидную шутку и вместо барана послали наверх "нечистое животное" - свинью, это очень раздражило аристовулистов. Война все более разгоралась.
26. Вторжение Помпея. Во время этой борьбы между братьями Хасмонеями к Иудее приближались грозные войска Римской республики под предводительством великого полководца Помпея. Римское государство, центром которого была Италия, давно уже достигло высшей степени могущества. Оно поглотило бывшие владения Греции в Европе, захватило Северную Африку и устремилось к завоеваниям в Передней Азии. Бывшие земли Ассирии, Вавилонии, Персии покорялись одна за другой всемогущему Риму. Наконец, под власть римлян перешла и Сирия, где больше двух столетий царствовала греческая династия Селевкидов. Помпей закончил покорение Сирии - и из Дамаска послал отряд войска, под начальством Скавра, в Иудею. Тут к Скавру явились посольства от обоих воюющих братьев, Гиркана и Аристовула, с просьбами о поддержке. Аристовул предлагал Скавру за военную помощь крупную сумму в четыреста талантов, а Гиркан был вынужден обещать столько же. Но римский легат охотнее принял предложение Аристовула, которому, как царю, больше доверял. Он приказал Арету немедленно удалиться со своими арабами из Иерусалима, угрожая в противном случае объявить его врагом римлян. Арет не смел ослушаться и тотчас снял осаду. Освобожденный Аристовул послал Помпею в Дамаск роскошный подарок - искусно изготовленное из золота виноградное дерево.
Вскоре пред Помпеем в Дамаске лично предстали Аристовул и Гиркан, прося его о разрешении их спора. Каждый из братьев доказывал свое право на царское звание. Помпей отложил решение спора до своего прибытия в Иудею. "Царь царей" (так называли Помпея в Азии) хотел не помочь тому или другому из иудейских правителей, а подчинить страну Риму. Умный Аристовул догадался об этих опасных замыслах, начал было готовиться к обороне страны, но был арестован Помпсем и остался при его войске.
Армия Помпея между тем вступила в Иудею, заняла несколько городов и подошла к Иерусалиму. Гирканисты впустили римлян в город, но храбрые аристовулисты укрепились на Храмовой горе и защищали национальную святыню. Три месяца римляне безуспешно осаждали их. Наконец, Помпей сделал решительный приступ в субботний день (или в день йом-кипура), когда евреи слабо защищались. Крепость на Храмовой горе была взята, римляне ворвались туда и проникли в храм. В это время там шло праздничное богослужение, священники не прерывали молитвы, спокойно ожидая смерти. Помпей со страхом вошел во внутренние покои храма и удивился, не увидев там ни одного изображения Божества. Он, однако, ничего не трогал в святом месте.
Помпей объявил Иудею подвластной Риму провинцией (63 г.). Гиркану он предоставил звание "этнарха" (то есть начальника племени) и первосвященника, но не позволил ему именоваться царем. Эдомит Аитипатр был назначен "опекуном" Гиркана. Аристовула же и его детей Помпей взял в плен и повез с собой в Рим. Таким образом Иудея, после почти столетней независимости, снова подпала под власть иноземцев, благодаря внутренним раздорам между членами царского дома. Первые Хасмонеи своим геройством спасли свободу Иудеи, последние Хасмонеи своими раздорами погубили эту свободу.
27. Ирод и Антигон II. Покоривший Иудею Помпей был одним из трех полководцев, которые в то время разделили между собой власть в Римской республике. Кроме Помпея в этом союзе трех правителей (триумвират) участвовали великий полководец Юлий Цезарь и Красс. При дележе римских областей между ними Сирия и Иудея достались на долю Красса. Жадный к деньгам Красс вступил в Иерусалим и вывез из храма много сокровищ, но вскоре, во время своего похода в Парфню, Красс погиб, и иудеи увидели в этом кару Божию за разграбление их святыни. Между оставшимися союзниками, Помпеем и Цезарем, возгорелась кровопролитная борьба за власть - и победителем вышел наконец Цезарь, который сделался самовластным правителем Римской республики. Во время этой войны погиб в Риме развенчанный царь Аристовул II. Цезарь освободил его из плена и дал ему легион солдат, с поручением сражаться против Помпея. Но друзья Помпея узнали об этом и отравили Аристовула перед его отъездом.
В то время от имени слабого Гиркана управлял Иудеей его "опекун" Антипатр, назначенный на эту должность Помпеем. После гибели Помпея и победы Цезаря хитрый Антипатр изъявил последнему полную покорность и оказывал ему помощь в его азиатских войнах. За это Юлий Цезарь назначил Антипатра своим наместником в Иудее, а Гиркану оставил прежние звания этнарха и первосвященника (47 г.). Важнейшие должности в государстве Антипатр раздал своим сыновьям и родным. Своего старшего сына Фазаила он назначил начальником города Иерусалима, а второму сыну Ироду поручил управлять северной областью, носившей имя Галилея. Этому Ироду суждено было впоследствии сделаться царем Иудеи.
Ирод был человек предприимчивый, властолюбивый и хитрый. С юных лет стремился он к власти и ради достижения этой цели не останавливался перед самыми дурными средствами. Любовь к еврейскому народу была чужда этому сыну эдомита, он везде искал только своих личных выгод. Чтобы угодить римлянам, Ирод самовольно казнил в Галилее одного патриота Эзекию и его товарищей, которые подняли среди тамошних евреев восстание против римлян и боролись за свободу отечества. За это самоуправство иерусалимский Синедрион потребовал Ирода к суду. Ирод явился, но не как подсудимый, а как победитель, в сопровождении военной свиты. Члены Синедриона боялись его осудить. Тогда поднялся старец Шемая, председатель Синедриона, и воскликнул: "Знайте, что настанет день, когда тот, которого вы теперь боитесь осудить, вас самих осудит на смерть". Пока Гиркан и Синедрион колебались, Ирод бежал в Сирию, под защиту римлян. С их помощью Ирод, после смерти своего отца Антипатра, забрал в свои руки верховную власть и совершенно подчинил себе слабого Гиркана. Он обручился с внучкой Гиркана, прекрасной Мариамой, мечтая посредством женитьбы на хасмонейке достигнуть царской власти. К этой заветной цели Ирод шел неуклонно, и счастье улыбалось ему. Когда Юлий Цезарь был убит в Риме и властителем Востока сделался римский полководец Антоний, Ирод лестью и хитростью склонил последнего на свою сторону. Антоний назначил Ирода и его брата Фазаила правителями Иудеи, на правах римских наместников (41 г.).
Значительная часть иудейского народа возмущалась тем, что сыновья эдомита Антипатра назначены правителями Иудеи по воле римлян. Недовольные хотели возвести на престол молодого Антигона, сына Аристовула II, умершего в Риме. Для этой цели они вступили в союз с предводителями парфян, сильного племени в Персии, которое в то время восстало против римского владычества. Парфяне вместе с приверженцами Антигона овладели Иерусалимом, захватили в плен бывшего царя Гиркана II и Фазаила, а Ирода заставили бежать. Фазаил, предвидя свою участь, сам лишил себя жизни; Гиркан был отвезен в плен в Парфию, причем ему по приказанию его племянника Антигона обрезали уши, чтобы сделать его негодным к исполнению обязанностей первосвященника (по закону священником не мог быть человек с телесным повреждением). Сын Аристовула воцарился в Иудее под именем Антигона II (40 г.).
Четыре года продолжалось это царствование. Антигон II не мог упрочить свою власть на более продолжительное время. Пока он спокойно царствовал в иудее, бежавший оттуда в Рим Ирод подготовил ему гибель. В Риме смотрели на Антигона, как на бунтовщика, отнявшего власть у правителей, поставленных Антонием. Поэтому римский сенат постановил - лишить Антигона власти, а Ирода признать царем Иудеи. Тогда Ирод в сопровождении римских отрядов, вторгся в Иудею и осадил Иерусалим. После трехмесячной осады, Иерусалим был взят приступом и римляне устроили там ужасную резню. Антигон был схвачен. Когда его привели к римскому полководцу Созию, пленный царь заплакал. За это римляне презрительно обозвали его женским именем - "Антигона". По требованию Ирода Антигон был казнен (37 г.). Посреди этого ужасного кровопролития вступил на иудейский престол потомок эдомитов Ирод, любимец римлян, но ненавистный еврейскому народу.

Глава 4
Царь Ирод I и его преемники (37 г. до хр. эры - 6 г. после хр. эры)

28. Жестокости Ирода. Овладев иудейским престолом с помощью римлян, Ирод стал жестоко мстить приверженцам Антигона и хасмонейской династии. Многих он изгнал из Иудеи, отняв у них имущество. В числе изгнанных были члены Синедриона и представители знатных родов. Чувствуя, что иудеи его не любят, Ирод окружил себя греками и римлянами и раздавал им важнейшие должности в государстве.
Больше всего боялся Ирод, чтобы царскую власть не отняли у него оставшиеся члены рода Хасмонеев. Из рода Хасмонеев были тогда в живых: бывший царь и первосвященник Гиркан II, его дочь Александра и дети ее: Мариама и Аристовул III. На Мариаме Ирод женился еще до вступления на престол, желая породниться с царской семьей. Дед Мариамы, Гиркан II, возвратился из парфянского плена, Ирод принял его приветливо, но велел тайно следить за ним. Гиркан не мог снова сделаться первосвященником, так как уши у него были повреждены. Ироду пришлось утвердить в сане первосвященника его внука, 17-летнего Аристовула III. Народ горячо любил этого красивого и благородного юношу. Когда в праздник Кущей Аристовул в роскошной одежде первосвященника, впервые совершал богослужение в иерусалимском храме, собравшиеся радостно приветствовали его. Эта любовь народа к Аристовулу мучила и пугала Ирода; царь видел в юном первосвященнике из рода Хасмонеев своего опасного соперника, который со временем может отнять у него корону. Задумав погубить Аристовула, Ирод пригласил его в Иерихон для участия в устроенных там празднествах и увеселениях (35 г.). Здесь Аристовул, купаясь в дворцовом пруде вместе с другими придворными, утонул как бы по собственной неосторожности, на самом же деле его утопили служители Ирода, согласно полученному тайному приказу. Народ догадывался о виновнике этой внезапной смерти, но никто не смел называть его по имени. Царица Мариама, потрясенная смертью любимого брата, почувствовало с тех пор к мужу непримиримую ненависть.
29. Казнь Мариамы. Мать Аристовула III, Александра, дала знать римскому властителю Антонию об убийстве ее сына и просила расследовать дело. Антоний, находившийся тогда в Сирии, вызвал Ирода к себе для ответа. Ирод со страхом повиновался. Перед отъездом он поручил охрану дворца Иосифу, мужу своей сестры Соломеи, и тайно приказал ему убить царицу Мариаму в случае, если он, Ирод, не вернется в Иудею. Этот ужасный приказ объясняют тем, что царь, страстно любивший красавицу-жену, не желал чтобы она после его смерти вышла замуж за другого. Во время отсутствия Ирода в Иерусалиме распространился ложный слух, будто Антоний казнил его. Во дворце произошло замешательство. Царица Мариама и ее мать готовились бежать из столицы; правитель дворца Иосиф сочувствовал им и даже открыл царице относившийся к ней тайный приказ Ирода. Между тем Ироду удалось умилостивить Антония, и он возвратился в Иерусалим. Царица встретила его не радостно, а враждебно, и царь понял, что Иосиф открыл ей ужасную тайну. Злая сестра Ирода, Соломея, оклеветала Мариаму перед братом, обвиняя ее в слишком близкой дружбе с Иосифом. Разгневанный Ирод велел обезглавить Иосифа.
После того Ироду стала угрожать новая опасность. Правители Рима Антоний и Октавиан-Август воевали друг с другом за верховную власть. В знаменитой битве при Акциуме (31 г.), Август разбил Антония - и сделался единственным повелителем римского государства, приняв титул императора. Ирод, неожиданно лишившийся своего покровителя Антония, должен был поспешно отправиться к Августу, чтобы выпросить у него утверждение в царском сане. Перед отъездом жестокий Ирод велел казнить старика Гиркана II для того, чтобы римляне не вздумали возвести на престол этого последнего мужского представителя хасмонейского рода. Царицу Мариаму и ее мать он велел содержать в крепости и снова тайно приказал начальнику крепости убить обеих женщин в случае, если он не возвратится в Иерусалим. После этого Ирод явился в Родос к императору Августу, как смиренный проситель, и сложил перед ним свою царскую корону. Это смирение понравилось Августу, он утвердил Ирода в его царском сане и даже подарил ему некоторые пограничные города, некогда отторгнутые Помпеем от Иудеи.
Возвратившись с торжеством в Иудею, Ирод не встретил радостного сочувствия ни в народе, ни в своей семье. Мариама, узнавшая о его новом злодейском приказе, совершенно отвернулась от мужа. Тут коварная Соломея снова вмешалась в дело и, желая погубить царицу, прибегла к гнусной клевете: она донесла Ироду, будто Мариама хотела всыпать ему отраву в вино. Рассвирепевший Ирод велел предать Мариаму суду, обвиняя ее в измене мужу и желании убить его. Суд, состоявший из царских угодников, приговорил невинную Мариаму к смертной казни. Благородная царица приняла смерть спокойно, не обнаружив ни страха, ни женской слабости (29 г.).
30. Нововведения Ирода. После казни Мариамы Ирода стали мучить угрызения совести. Он горько каялся в том, что казнил свою прекрасную жену, которую так страстно любил. Царем овладело мрачное настроение, переходившее иногда в бешенство. В таком припадке бешенства велел он однажды казнить всех судей, приговоривших Мариаму к смерти. Эти мучительные душевные тревоги причинили царю тяжкую болезнь, но оправившись от нее, он снова стал искать жертв для утоления своей ярости. Были казнены теща Ирода, Александра, дальние родственники Хасмонеев и некоторые члены знатных иудейских родов.
Свои душевные тревоги и угрызения совести Ирод старался заглушать лихорадочной деятельностью. Он воздвигал великолепные здания в столице и провинции, вводил римские публичные игры и зрелища, и вообще старался приучить евреев к римскому образу жизни. В Иерусалиме он устроил роскошный театр, а за городом - цирк, где происходили публичные игры. Бойцы и наездники, актеры и музыканты наполнили священный город, на площадях устраивались разные состязания и в особенности бои силачей (атлетов) с дикими зверями. Такими нововведениями Ирод приобрел расположение римлян, но возбудил к себе ненависть благочестивых евреев, которые с отвращением смотрели на все эти языческие забавы. Среди этих ревнителей веры нашлись десять смельчаков, которые составили заговор против Ирода и решили убить его в театре; но заговор, благодаря доносу, был обнаружен - и заговорщики поплатились жизнью. С этого времени царь стал появляться на улицах не иначе, как в сопровождении телохранителей из галлов, фракийцев и германцев.
Подражая римскому императору Августу, Ирод заботился больше всего о внешнем блеске государства. Он построил несколько красивых городов на границах Иудеи. На берегу Средиземного моря, недалеко от Яффы, появился город Кесария (Цезарея), населенный преимущественно греками и римлянами. Древнюю Самарию Ирод переименовал в Себасту и украсил ее храмами и памятниками. Огромную массу денег он потратил на постройку нового царского дворца в Иерусалиме. Желая сколько-нибудь расположить к себе еврейский народ, царь приступил к перестройке иерусалимского храма, который был уже очень стар и тесен. Строителям царь велел руководствоваться указаниями священников и законоучителей. Работы по перестройке храма длились более десяти лет. Обновленный храм поражал своим великолепием, многие покои были выстроены из мрамора, а стены покрыты золотом. По красоте и убранству новый храм не уступал даже древнему Соломонову храму. За это еврейский народ готов был многое простить Ироду, но другими своими действиями царь все-таки продолжал возбуждать народ против себя. Он, например, поместил над входом в иерусалимский храм герб Рима - золотого орла - и тем оскорбил народное и религиозное чувство иудеев. Сильное недовольство возбуждал также произвол царя в деле назначения первосвященника. Ирод назначал первосвященниками своих любимцев, но большей частью людей, недостойных этого духовного сана. Он так часто менял их по своему капризу, что народ совершенно потерял уважение к высокому сану первосвященника.
31. Последние годы Ирода. Последние годы царствования Ирода были ознаменованы новыми жестокостями. У Ирода было много детей от различных жен. От хасмонейки Мариамы он имел двух сыновей - Александра и Аристовула, которые были похожи на свою мать красотой и благородством души. Юные царевичи получили блестящее светское воспитание в Риме, при дворе императора Августа. Когда они возвратились в Иерусалим, народ встретил их восторженно, как желанных наследников престола. Но у них был один опасный соперник. Старший сын Ирода от первой его жены-эдомитки, Антипатр, считал себя законным наследником царя и сильно ненавидел своих братьев - Аристовула и Александра, любимцев народа. Антипатр сговорился с сестрой царя, жестокосердной Соломеей, и они вместе стали добиваться гибели сыновей Мариамы. Соломея и Антипатр уверяли Ирода, что юные царевичи замышляют убить его, чтобы отомстить за смерть своей матери. Подозрительный Ирод поверил этой гнусной клевете - и нарядил суд над своими сыновьями. На суде он сам выступил обвинителем против своих сыновей. Судьи вынесли обвиняемым смертный приговор. Александр и Аристовул должны были испытать участь своей матери: они были казнены в Себасте (7 г. до хр. эры).
Коварный Антипатр, к великой радости своей, был назначен наследником престола, но не продолжительна была его радость. В Иерусалиме был обнаружен придворный заговор, имевший целью отравить Ирода и ускорить переход власти к Антипатру; выяснилось, что последний сам участвовал в этом заговоре против отца. Суд приговорил Антипатра к смерти, но Ирод медлил с исполнением приговора и держал преступного сына в заточении.
Все эти тревоги окончательно надломили здоровье Ирода. Лютая болезнь приковала царя к постели. Однажды в Иерусалиме разнесся ложный слух, будто царь умер. Тогда два смелых фарисея, Иуда и Матиас, с толпой своих учеников двинулись к иерусалимскому храму и разрушили там на воротах ненавистное народу золотое изображение римского орла, поставленное Иродом. Несмотря на свою тяжкую болезнь, царь велел схватить главных мятежников и привести к нему; виновные были сожжены живьем. За пять дней до своей смерти Ирод велел казнить своего сына Антипатра, так как узнал, что тот сделал попытку подкупить стражу и бежать из тюрьмы. Рассказывают, что император Август, узнав о казни третьего Ирода, воскликнул: "Гораздо лучше быть свиньей иудейского царя, чем его сыном!". Молва гласила, будто перед смертью Ирод поручил своим приближенным заманить знатнейших иудейских граждан в Иерихонский цирк и убить их всех в день его смерти, для того, чтобы народ поневоле плакал в этот день и не мог радоваться избавлению от тирана. Ирод умер после 33-летнего бурного царствования (4 г. до хр. эры). Иудейский народ презрительно прозвал его "эдомитом" и "полуиудеем", а римляне титуловали его Иродом Великим.
32. Архелай. Внутренние смуты. Перед смертью Ирод разделил иудейские земли между своими тремя сыновьями: Архелаем, Иродом Антипою и Филиппом. Прежде чем вступить во власть, наследники должны были получить на это согласие римского императора. Главный наследник Архелай, по окончании семидневного траура, явился в храм и обратился к собравшемуся там народу с приветственной речью. В ответ на это в собрании послышались громкие требования реформ. Народ требовал, чтобы новый царь облегчил бремя государственных податей, отменил налоги на предметы первой необходимости и освободил всех политических узников, томившихся в тюрьмах при Ироде. Архелай обещал исполнить эти требования после того, как император утвердит его в царском звании. Но народ не хотел ждать, начались волнения. Эти волнения усилились с наступлением Пасхи, когда тысячи богомольцев из разных городов съехались в Иерусалим. Архелай решил подавить восстание в самом зародыше. По его приказанию солдаты бросились на собравшийся близ храма народ и убили около 3000 человек; приезжие богомольцы вынуждены были покинуть Иерусалим накануне Пасхи. После этого, ставший ненавистным народу, Архелай поехал в Рим, чтобы исходатайствовать у императора Августа утверждение в царском звании. Туда же вскоре отправились и его братья, чтобы хлопотать каждый о себе.
Охрану порядка в Иерусалиме принял на себя римский полководец Сабин. Но грубость и алчность Сабина еще более раздражали жителей. В столице и по всей стране происходили народные восстания с целью низвержения ига римлян и ненавистных "иродиан". Испуганный Сабин должен был запереться в царском дворце со своими воинами. Тогда на выручку ему явился главный римский наместник Сирии, Вар, с многочисленным войском. Вар жестоко наказал восставших иудеев, 2000 человек он распял на крестах.
Император Август утвердил наследников Ирода в их правах. Архелай был назначен правителем южной части Иудеи со столицей Иерусалимом; при этом он получил только звание "этнарха" (начальник племени), но не царя. Ирод Антиппа был признан правителем северной области - Галилеи, а Филипп получил на свою долю северо-восточные области, за Иорданом. Но Архелай недолго пользовался властью. Уверенный в покровительстве Рима, он жестоко притеснял народ. Подобно своему отцу, он по личному усмотрению назначал я смещал первосвященников, а иногда открыто нарушал законы еврейской веры. Евреи отправили в Рим послов, которые жаловались императору на беззакония Архе.дая. Тогда император вызвал Архелая в Рим, лишил его власти и сослал в далекую Галлию. Южная Иудея с Иерусалимом перешла под непосредственную власть Рима - и ею стали управлять прокураторы, или наместники, назначавшиеся римским императором (6 г. христианской эры).
33. Духовная жизнь. Гилель и Шамай. Управление Ирода и его преемников было тягостно еврейскому народу больше всего потому, что эти правители старались насаждать в Иудее греко-римские нравы и обычаи, противные духу иудаизма. Лучшие люди в народе видели, что от любителей римских обычаев еврейству грозит такая же опасность, как некогда от эллинистов - поклонников греческой образованности. Эти лучшие люди, принадлежавшие к партии фарисеев, стремились к тому, чтобы оградить внутреннюю жизнь народа от дурных влияний извне. Они давали направление деятельности главного законодательного учреждения - Синедриона. При вступлении Ирода I на престол во главе Синедриона стояли великие законоучители - Шемая и Авталион. Эти духовные воЖДИ заботились о распространении книжного образования в народе. Под их руководством способные люди изучали писаные и устные законы иудейства. Когда Шемая и Авталион умерли, руководителями Синедриона сделались законоучители из фамилии Бне-Батара, но они недолго занимали свои почетные места. Однажды, накануне Пасхи, в Синедрионе обсуждался какой-то трудный религиозный вопрос, которого никто из ученых не мог разрешить. Тогда в собрание пригласили молодого ученого из Вавилонии, который остроумно разрешил поставленный вопрос, сославшись на слышанное им мнение Шемаи и Авталиона. БнеБатара должны были уступить свое первое место в Синедрионе молодому ученому, который вскоре прославился в народе под именем Гилеля.
Гилель родился в Вавилонии, в знатной семье, происходившей, по преданию, от царя Давида. В ранней юности он прибыл в Иерусалим, чтобы учиться в школе Шемаи и Авталиона. Будучи чужим в столице, он терпел там сильную нужду, но его страсть к учению победила всякие трудности. Предание рассказывает, что однажды, в зимний вечер, Гилель не был допущен к слушанию лекций Шемаи и Авталиона, так как не имел чем заплатить привратнику за вход в школу. Не долго думая, Гилель взобрался снаружи на стену школьного здания, приник к окну и в таком положении прослушал лекции своих учителей. Углубившись в смысл читаемого, он не чувствовал, как холод пронизывал его тело и как снег покрывал его толстым слоем. Только на рассвете бедного Гилеля нашли почти окоченевшим у окна и с трудом привели его в чувство. - Гилель приобрел такие обширные познания в Законе, писаном и устном, что вскоре был избран членом Синедриона, а затем и председателем ("наси"). Он сделался величайшим законоучителем своего времени. Подобно тому, как вавилонянин Эзра некогда распространял в народе Священное Писание, так его земляк Гилель распространял "устное учение", которое в позднейшее время расширилось и было записано под именем "Мишны".
Заслуга Гилеля состояла в том, что он связал накопившиеся в иудействе устные предания с писаными библейскими законами. Он также устанавливал новые законы, выводя их из мыслей и выражений Библии. Но особенно прославился Гилель как творец нравственного учения, основанного на самых возвышенных истинах библейского иудаизма. Гилель считал религию средством для нравственного совершенствования личности. "Обязанности человека к ближнему" он ставил еще выше, чем "обязанности человека к Богу". Один язычник, желавший принять иудейство, но страшившийся обилия иудейских законов и обрядов, обратился к Гилелю с просьбой передать ему в нескольких словах сущность еврейского вероучения. И Гилель сказал ему: "Что тебе неприятно, того не делай другому - вот сущность Торы, а все остальное есть лишь объяснение к этому. Ступай, учись!". О человеколюбии Гилеля рассказывают следующее. Один человек держал с кем-то пари о том, что ему удастся вывести Гилеля из терпения и рассердить его. Является этот человек к Гилелю накануне субботы, когда тот умывался в бане, и вызывает его по спешному делу. Когда Гилель, прервав купание, вышел к посетителю, последний предложил ему какой-то пустой вопрос, на который кроткий учитель ответил, однако, очень приветливо. Спустя несколько минут, дерзкий посетитель является опять с другим праздным вопросом, затем - в третий раз, но всякий раз Гилель дает ему ответ в самом ласковом тоне. Наконец, посетитель потерял терпение и в сердцах воскликнул: "Таких как ты, Гилель, пусть будет поменьше в Израиле!" - "Почему же, сын мой?" - кротко спросил Гилель. "Да я из-за тебя пари проиграл", - ответил тот. "Лучше, чтобы ты проиграл пари, - сказал Гилель, - чем чтобы я потерял терпение".
Любимыми изречениями Гилеля были: "Люби мир и водворяй его везде, люби людей и приближай их к закону Божию". "Не суди своего ближнего, пока не станешь в его положение". "Если не я за себя, то кто же за меня? Но если я только за себя, то что я значу?" "Кто старается прославить свое имя, тот теряет свое имя; кто не приобретает новых познаний, теряет и прежние".
Одновременно с Гилелем обязанности председателя Синедриона исполнял другой великий законоучитель, Шамай. Он отличался от Гилеля и по духу своего учения, и по личному нраву. Шамай не допускал никаких облегчений в исполнении законов и запрещал многое из того, что Гилель разрешал. Он ставил в религии выше всего строгое исполнение правил и обрядов. Вместе с тем он был очень суров и высокомерен в обращении с людьми Когда язычник, желавший перейти в иудейство, попросил Шамая сказать ему в нескольких словах ("пока он будет стоять на одной ноге"), в чем сущность еврейского вероучения, суровый учитель прогнал его. Гилель же ласково принял искателя истины и привлек его к иудейству вышеупомянутым изречением, которое сводит всю религию к началу любви к ближнему. Другой язычник - рассказывает предание - пришел к Шамаю и заявил, что хочет принять иудейство, но с тем, чтобы соблюдать только писаный закон, а не устный. Шамай резко отверг это предложение. Гилель же согласился принять язычника в общину иудеев и стал его обучать. В первый день он показал ему буквы еврейского алфавита по порядку, а на другой день - те же буквы в обратном порядке. На вопрос ученика, почему его сегодня обучают иначе, чем вчера, Гилель ответил: "Нет, это одно и то же, только в различных видах. Таково и отношение устного учения к писаному". Когда эти двое новообращенных потом встретились, они сказали: "Суровость Шамая едва не оттолкнула нас от святыни, кротость же Гилеля ввела нас туда".
После смерти Гилеля и Шамая (ок. 5 г. хр. эры), ученики их разделились на две религиозные партии или школы. Эти школы расходились в решении многих религиозных и правовых вопросов и в толковании библейских законов. "Школа Гилеля" и "школа Шамая" часто спорили между собой. Между законоучителями, заседавшими в Синедрионе, не было согласия. Эти споры ослабляли единство фарисейской партии, но зато они дали толчок умственной деятельности, которая все более усиливалась среди евреев и привела впоследствии к созданию Талмуда.

Глава 5
Владычество римлян в Иудее (6-66 гг. хр.эры)

34. Первые римские наместники. После смещения и ссылки Архелая братья его Ирод Антипа и Филипп остались правителями в своих уделах - в Галилее и Заиорданской области. Ирод Антипа сделал своей столицей город Ципору (Сепфорис). Близ Генисаретского озера он построил новый город, которые назвал Тиверпадою, в честь Тиверия, преемника римского императора Августа. Тивериада славилась впоследствии своими целебными источниками. Правитель Заиорданской области, Филипп, построил себе у источников Иордана великолепную столицу, названную Кесарией Филиппинской (в отличие от Кесарии Приморской). Оба брата управляли своими уделами около тридцати лет (до 34-39 гг. хр. эры), в качестве данников (вассалов) римского императора.
В это время внутренней Иудеей, центром которой был Иерусалим, управляли римские чиновники, носившие звание наместников, или прокураторов. Так как Иудея считалась частью Сирийской провинции, то иудейские наместники состояли под начальством главных римских правителей в Сирии. Иудейские наместники жили в Приморской Кесарии, построенной Иродом I. Они имели обширную власть: собирали подати с евреев, назначали и смещали первосвященников и проверяли судебные решения Синедриона. Первым наместником, после удаления Архелая (6 г.), был начальник конницы, римлянин Колоний. При нем в Иудее произведена была перепись населения, с целью установить размер податей, которые жители должны платить императору. Эта перепись и последовавшее затем строгое взыскание податей дали почувствовать народу всю тяжесть римской власти. Наместники, часто сменявшие друг друга, притесняли население и обременяли его произвольными поборами. Император Тиверий (14-37 гг.) назначил в Иудее наместником Валерия Грата и приказал ему не притеснять жителей. "Хороший пастух, - говорил император, - стрижет своих овец, но не сдирает с них шкуру".
После Грата наместником Иудеи сделался Понтий Пилат, человек жестокий и коварный. Он приказал внести в Иерусалим римские знамена с изображением императора, которым язычники воздавали божеские почести. Но иудеи, верные синайской заповеди, запрещающей поклоняться всяким изображениям, возмутились, и Пилат принужден был удалить знамена из священного города. Однажды Пилат, для устройства водопровода, взял деньги из казнохранилища храма. Когда иерусалимцы собрались вокруг храма и начали шумно выражать свое негодование, он послал туда своих переодетых солдат, которые били иудеев спрятанными под одеждой дубинками и многих уложили на месте.
Имя Понтия Пилата связано еще с одним жестоким поступком. В то время в Иудее появился Иисус Христос и стал проповедовать свое вероучение. Услышав, что Иисуса называют "царем иудейским", римский наместник, вместе с подчиненным ему иерусалимским первосвященником Каяфой и Синедрионом, осудил его на смерть (33 г.). Через несколько лет, однако, Пилат за свои беззакония был смещен с должности и сослан в Галлию.
35. Император Калигула. В Риме, при дворе императора Тиверия, жил внук Ирода I и царицы Мариамы Агриппа, сын казненного Аристовула. Живя среди римской знати, молодой Агриппа приучился к веселой жизни и расточительности. Он растратил все свои деньги и наделал много долгов. Боясь преследования со стороны кредиторов, он бежал из Рима и долго скитался по разным странам. Возвратился он в Рим только в конце царствования Тиверия. В это время Агриппа подружился с наследником престола Каем Калигулой. Однажды Агриппа выразился, что желал бы поскорее увидеть Калигулу императором. Узнав об этом, разгневанный Тиверий велел заковать Агриппу в цепи и бросить в темницу. Но через полгода Тиверий умер (37 г.). Преемник его, Калигула, освободил своего друга из заключения и подарил ему золотую цепь на намять о железной цепи, которую узник носил в тюрьме. Новый император назначил Агриппу правителем Заиорданской области, бывшей под властью Филиппа. В то же время Калигула отнял Галилею у Ирода Антипы и передал ее Агриппе. Таким образом, Агриппа сделался правителем большей части Иудеи и даже получил титул царя. Он поехал из Рима через Александрию, столицу Египта, чтобы вступить в управление иудейскими землями. Но по дороге ему пришлось быть свидетелем печальных событий.
С тех пор как Египет перешел из-под власти Птолемеев под власть Рима (при императоре Августе), между еврейским и греческим населением Александрии происходили постоянные раздоры. В Египте жило около миллиона евреев, которые благодаря своему трудолюбию и трезвости достигли высокой степени благосостояния. Они беспрерывно расширяли свои торговые сношения и все более богатели, в то время как часть местного греческого населения, вследствие лености и распутной жизни, постепенно обеднела. Евреи успешно соперничали с греками также в науках и искусствах.
Еврейские ученые писали свои сочинения по-гречески. Величайшим философом того времени был еврей Филон Александрийский. Последователь древнего афинского философа Платона, Филон старался сочетать его метафизические идеи с религиозными воззрениями Моисея и еврейских пророков. В своих сочинениях: "Жизнь Моисея", "Сотворение мира" и других, - он выводил глубокие нравственные истины из библейских рассказов и законов. Ради этого Филон часто толковал выражения Библии иносказательно (аллегория), открывал в них, кроме прямого их смысла, и скрытые философские идеи. Сущность своего учения Филон выразил так: "Кто утвердил в своей душе следующие истины: что Бог существует, что Он един, что он создал мир, что мир тоже един и что Бог постоянно заботится о своем творении, - тот будет вести счастливую жизнь".
Успехи евреев во всех отраслях труда возбуждали в греках зависть и злобу, которые проявлялись при всяком удобном случае. Когда Агриппа, по пути в Иудею, проезжал через Александрию и тамошние евреи встретили его с царскими почестями, завистливая греческая чернь сопровождала его на улицах бранными криками и насмешками (38 г.). Не довольствуясь этим, толпа греков ворвалась в синагоги и поставила там статуи римского императора, зная, что еврейским законом воспрещено держать в храмах какие бы то ни было изображения. Римский наместник в Египте Флакк, вместо того чтобы защищать евреев, примкнул к их врагам. Когда евреи прибегли к самообороне против дикой толпы громил, Флакк велел отнять у них оружие и тем поощрил греков к насилиям. Солдаты, по его приказу, схватили 38 почетных представителей еврейской общины, потащили их в театр и там жестоко избили палками. Тогда александрийские евреи отправили в Рим посольство с целью просить императора о защите. Во главе этого посольства стоял еврейский философ Филон. Александрийские греки со своей стороны отправили в Рим послов с жалобами на евреев, главным из этих послов был закоренелый враг еврейства, писатель Апион. Император принял еврейских послов недружелюбно, ибо он тогда сильно гневался на иудеев. Причина его гнева заключалась в следующем.
Император Калигула с первых лет своего царствования стал обнаруживать признаки безумия. Он считал себя Богом и отдал приказ, чтобы все народы Римской империи помещали в своих храмах его статуи и поклонялись им. Жителей Иудеи этот указ привел в ужас, ибо религия запрещала им поклоняться идолам. Между тем Калигула предписал сирийскому наместнику Петронию поставить в иерусалимском храме императорскую статую и силой заставить иудеев поклоняться ей. Петроний двинулся с большим войском в Иудею и грозно потребовал от жителей, чтобы они исполнили императорский приказ. Тогда иудеи восстали для защиты своей веры. Огромная толпа их окружила жилище Петрония в Тивериаде и в течение сорока дней упрашивала его, чтобы он не осквернил иерусалимской святыни статуей императора. Петроний убедился, что нельзя исполнить императорский указ без страшного кровопролития, и дал знать об этом в Рим. Возвратившийся в Рим Агрипла тоже старался склонить Калигулу к отмене указа. Неизвестно, чем бы кончилось дело, если б вдруг Калигуда не умер, убитый заговорщиками (41 г.). Преемником его сделался император Клавдий.
36. Царь Агриппа I. Когда умер Калигула, Агриппа содействовал тому, чтобы римским императором был избран Клавдий. В награду за эту услугу новый император отдал Агриппе сверх ранее полученных областей, еще и южную Иудею. Таким образом, Агриппа сделался царем всей Иудеи, в тех пределах, какие она имела при хасмонейских царях. Его кратковременное царствование (41-44 гг.) напомнило евреям былые счастливые времена. Переселившись в Иерусалим, Агриппа оставил свои легкомысленные юношеские увлечения и всецело предался делу государственного управления. Народ, недавно страдавший от римских наместников, с радостью встретил своего царя и вскоре полюбил его. Царь Агриппа всегда выказывал глубокое уважение к религиозным обычаям еврейского народа, но вместе с тем старался поддерживать хорошие отношения и с окружающими греками и римлянами. Он опирался в деле управления на партию фарисеев, которой народ больше доверял, чем богачам-цадукеям. Агриппа возвратил Синедриону его прежние права и назначал первосвященниками людей благочестивых и бескорыстных. В обращении с людьми он был очень скромен. В "праздник жатвы" (Шовуот) царь, исполняя религиозный обычай, сам нес в храм свою корзину с овощами, наравне с простыми поселянами. Однажды Агриппа громко читал в храме установленные главы из Второзакония. Когда он дошел до места, где говорится: "Из среды братьев твоих поставь над собою царя: не можешь поставить над собою инородцах (XVII, 15), - он вдруг заплакал, ибо вспомнил, что сам он эдомитского происхождения со стороны своего деда Ирода I. Присутствующие, в том числе и фарисеи, были очень тронуты и воскликнули: "Не печалься, Агриппа! Ты брат наш!". В Агриппе, сыне казненного Аристовула и внуке хасмонейки Мариамы, народ действительно видел скорее хасмонея, чем иродианца.
Агриппа начал строить вокруг Иерусалима высокую крепостную стену, чтобы обезопасить столицу от неприятельских нападений. Но римский наместник в Сирии донес об этом императору Клавдию и прибавил, что иудейский царь, вероятно, хочет отделиться от Рима. Тогда Агриппа вынужден был прекратить работы. Вскоре Агриппа умер внезапно, присутствуя на публичных играх в Кесарии. Евреи горячо оплакивали своего царя, кесарийские же греки и римляне радовались его смерти и устроили по этому случаю веселый пир.
В царствование Агриппы I во главе иерусалимского Синедриона стоял Гамлиель I, внук великого законоучителя Гилеля. Гамлиель мудро руководил деятельностью Синедриона, приспособляя законодательство к потребностям жизни. Одним из учеников Гамлиеля был Саул из Тарса, который впоследствии отпал от еврейства и сделался главным апостолом христианства, под именем Павла. - В то время многие язычники стали исповедовать веру в Единого Бога. Одни принимали эту веру по христианскому учению, другие - по иудейскому. В Сирии и Малой Азии многие язычники, в особенности женщины, обращались в иудейство. В небольшом царстве Адиабене, в Месопотамии, обратились в иудейскую веру царица Елена и ее сыновья Изат и Монобиз; их примеру последовали другие члены адиабенской царской семьи. Елена отправилась в Иерусалим, на поклонение Богу Израиля. В столице тогда свирепствовал голод, и Елена пожертвовала много денег на покупку хлеба для голодавшего населения. После смерти Елены и Изата тела их были перевезены в Иерусалим и похоронены в особой гробнице. Дети и потомки Изата поселились в Иудее и жили там до падения этого государства.
37. Агриппа II и римские наместники. Агриппа I оставил после себя 17-летнего сына, Агриппу II, и трех дочерей, из которых особенно славилась своей красотой Береника. Император Клавдий хотел назначить царем Иудеи юного Агриппу II, который воспитывался в Риме, но влиятельные царедворцы отклонили императора от этого намерения, под тем предлогом, что Агриппа еще слишком молод. Вследствие этого Иудея опять попала под управление римских наместников (44 г.).
Народ, отвыкший в течение нескольких лет от иноземного владычества, почувствовал себя снова несчастным. Новые римские наместники своими строгостями еще усиливали недовольство в народе. Наместник Фад жестоко подавлял всякие стремления к свободе среди иудеев. Он велел обезглавить агитатора Теуду, который выдавал себя за пророка и избавителя Иудеи. Язычник Фад вмешивался и в духовные дела евреев: назначал первосвященников и хранил у себя праздничные священнические одежды. Однако впоследствии император предоставил право назначения первосвященников и заведования иерусалимским храмом Агриппе II. Агриппа получил в свое владение княжество Халкиду, в Сирии. Таким образом, потомок царей иудейских сделался только помощником римских наместников, управлявших Иудеей. Для самостоятельного управления у Агриппы не было ни способностей, ни охоты. Он предпочитал вести веселую жизнь в Риме, среди придворной и родовитой молодежи, чем посвятить свои силы служению своему народу.
А в иудейском народе, между тем, все усиливалось недовольство против римлян. Новый наместник Куман (48-52 гг.) расставлял римских солдат вокруг иерусалимекого храма для наблюдения за порядком во время больших праздников. Присутствие язычников в священном месте оскорбляло религиозное чувство евреев. Однажды какой-то солдат совершил неприличный поступок близ святилища, на глазах огромной массы богомольцев, собравашихся в храме по случаю праздника Пасхи. Возмущенные этим иудеи стали бросать камни в римских солдат и бранить наместника. Тогда Куман вызвал вспомогательный отряд войска. Солдаты бросились на безоружную толпу, которая пустилась бежать по прилегавшим к храму узким и кривым улицам. Люди толкали и давили друг друга, и тысячи иудеев найдены были на улицах задавленными. Многие семьи оплакивали своих погибших членов, и праздник превратился в великий траур. Подобные столкновения происходили часто, и наместник обыкновенно принимал под свою защиту язычников. Так же враждебно относились к евреям и сменившие Кумана наместники.
Новый римский император Нерон, преемник Клавдия (54-68 гг.), не защищал евреев от насилий. Когда однажды в Кесарии возгорелся спор за гражданские преимущества между греками и евреями, и обе стороны обратились с жалобами к Нерону, последний решил спор в пользу греков, хотя они были неправы. Тогда часть еврейского народа начала готовиться к восстанию. В различных местах собирались иудейские вольные отряды для борьбы с римлянами. Во главе таких отрядов стояли люди, горячо любившие свою родину и готовые жертвовать жизнью для ее освобождения. Эти люди назывались "ревнителями", или зелотами. Одновременно с зелотами, действовавшими открыто, появились тайные мятежники, которые назывались сикариями, т. е. "кинжальщиками". Сикарии носили под своими плащами короткие кинжалы и при всяком удобном случае убивали римлян и даже своих братьев - иудеев, которые дружили с римлянами.
38. Начало восстания. Терпение еврейского народа окончательно истощилось, когда наместником Иудеи был назначен римлянин Гессий Флор, который явился "как бы в качестве палача для казни осужденных" (64-66 гг.). Флор бессовестно грабил жителей Иудеи, вымогал деньги как у богатых, так и у бедных, и совершал всяческие беззакония. Жившие в стране язычники, видя это, думали, что закон уже не охраняет евреев и что их можно безнаказанно преследовать. В приморском городе Кесарии, где обыкновенно жил римский наместник, усилились давнишние споры между греками и евреями. Надеясь на поддержку Флора, кесарийские греки и римляне стали оскорблять еврейских жителей города на каждом шагу. Дерзкие язычники собирались возле синагоги и своими криками и насмешками мешали евреям молиться. Эти издевательства ожесточили иудейское население. Дело дошло до рукопашного боя на улице, в этой драке евреи были побиты. Тогда они оставили Кесарию в субботний день и, забрав с собой священные книги, удалились в соседний городок. Отсюда изгнанники отправили посольство к Флору с просьбой о заступничестве, но тот, выслушав послов, приказал бросить их в темницу.
Весть об этом насилии вызвала в Иерусалиме сильнейшее негодование, которое еще возросло, когда Флор послал к заведующему храмом приказ - выдать ему из храмовой казны 17 талантов золота. Дерзкое требование наместника было отвергнуто; народ громко бранил и проклинал Флора: некоторые жители Иерусалима обходили улицы с кружками в руках и в насмешку просили у прохожих милостыни в пользу "бедного, несчастного Флора". Узнав об этом, рассвирепевший наместник ворвался с вооруженным отрядом в Иерусалим, требуя денег и выдачи тех, которые его оскорбляли. Получив отказ, он велел своим солдатам грабить так называемый "верхний рынок", где находились дома богачей. Начался страшный погром, сопровождаемый резней и грабежом. Напрасно сестра Агриппы, Береника, умоляла Флора о прекращении погрома; наместник был неумолим. Но тут сам народ постоял за себя. Когда Флор ввел в столицу новые войска, с намерением завладеть храмом, население взялось за оружие. Возмущенные иудеи волной хлынули на улицы, ведущие к Храмовой горе, вытеснили оттуда римских солдат, стреляя в них с крыш домов, и наконец заставили Флора с частью войск уйти из Иерусалима обратно в Кесарию.
Однако сначала не все иудеи примкнули к восстанию. В борьбе с римлянами принимали участие главным образом беднейшие классы народа и горячие патриоты, носившие имя "зелотов". Во главе воинственной партии зелотов стоял Элиезер-бен-Ханания, из рода первосвященников. Богатые же люди, боявшиеся за свое благосостояние, стояли за мир с римлянами; главой этой миролюбивой партии был Агриппа II. Когда произошло вышеописанное столкновение евреев с Флором, главный сирийский наместник Цестий Галл отправил в Иерусалим посла, чтобы исследовать причины беспорядков. В присутствии этого посла Агриппа произнес в народном собрании длинную речь, где горячо убеждал евреев не начинать опасной войны с могучим Римом. Речь произвела сильное впечатление на слушателей, они выразили готовность подчиниться римскому императору и снова платить ему дань. Но когда Агриппа имел неосторожность предложить, чтобы народ признал и власть ненавистного наместника Флора, слушатели пришли в ярость. Ожесточенная толпа назвала Агриппу изменником и заставила его удалиться. Воинственная партия взяла верх - и восстание снова разгорелось. Священники перестали приносить ежедневную жертву за императора - что означало разрыв с Римом. Миролюбивая
партия осуждала поведение зелотов и даже вступила с ними в борьбу. Семь дней продолжался на улицах Иерусалима ожесточенный бой между отрядами Агриппы и зелотами, пока наконец последние не победили. Разъяренные крайние зелоты (сикарии) сожгли дворцы Агриппы и Береники и убили многих иудеев, подозреваемых в сочувствии римлянам.
Узнав о том, что делается в Иерусалиме, главный сирийский наместник Цестий Галл двинулся туда сам с многочисленным войском для усмирения мятежа. Опустошая все на своем пути, войска Цестия приблизились к Иерусалиму в дни праздника Кущей (66 г.). Ввиду грозившей опасности, армия зелотов сильно увеличилась. Главным предводителем ее был богатырь Симон Бар-Гиора. Увлекши за собой массу народа, зелоты выступили из Иерусалима против легионов Цестия и дружным нападением произвели страшное замешательство в их рядах. Римляне отошли от Иерусалима, но через несколько дней снова подошли и взялись за осаду. Они заняли наружные, неукрепленные части города, но не могли одолеть иудеев, мужественно защищавших внутренний город. Тогда Цестий велел снять осаду и отступить от столицы. Заметив, что неприятель уходит, иудейские воины погнались за ним и нанесли ему сильное поражение. Цестий позорно бежал с остатками своего войска. Эта победа над римским главнокомандующим ободрила иудеев; к партии зелотов перешли даже многие умеренные люди, которые прежде боялись войны с Римом. Таким образом, большинство народа примкнуло к восстанию - и решительпая война с римлянами сделалась неизбежной.

Глава 6
Война с римлянами и падение иудейского государства (66-70 гг.)

39. Приготовления к войне. Восставшие иудеи предвидели, что римский император вскоре пошлет большое войско с целью усмирения непокорного народа, - и поэтому стали деятельно готовиться к защите своего отечества. Образовалось временное правительство из аристократов и фарисеев. Иерусалимский Синедрион, во главе которого тогда стоял Симон бен-Гамлиель (правнук Гилеля), составил подробный план обороны Иудеи в случае неприятельского нашествия. Начальниками в столичном городе Иерусалиме Синедрион назначил Иосифа бен-Гориона и первосвященника Ханана (Анан). Они деятельно укрепляли столицу, собирали воинов, приготовляли запасы оружия и продовольствия. Ожидали, что римляне подойдут к Иерусалиму не через ближайший приморский город, а двинутся из Сирии сухим путем через Галилею. Поэтому здесь больше всего готовились к обороне. Начальником военных сил в Галилее был назначен Иосиф бен-Мататия, который впоследствии прославился как историк, под именем Иосифа Флавия. Под его руководством важнейшие города Галилеи были сильно укреплены и снабжены достаточным количеством войска и оружия.
Для того, чтобы все эти приготовления привели к желанной цели, необходимо было, чтобы между всеми частями народа существовало полное единство и согласие. Но, к несчастью, в народе и среди его руководителей обнаружилась опасная рознь. В самом Синедрионе одни стояли за решительную войну с римлянами, до полного освобождения отечества, а другие, предвидя бесполезность этой войны, готовы были мириться с властью римлян, лишь бы только за иудеями оставлена была свобода внутренней, духовной жизни. В народе боролись две партии: революционеры-зелоты и миролюбцы. Начальник Галилеи, Иосиф бен-Мататия, был в душе также противником войны, хотя и по другим побуждениям. Он принадлежал к знатному священническому роду и в юности получил образование в школе фарисеев, но на 26-м году жизни он приехал в Рим и, вращаясь в обществе образованных римлян, во многом переменил свои убеждения. Он убедился, что только в религии и нравственности евреи стоят выше римлян, но в деле государственного управления и в светском образовании римляне превосходят их. Иосиф полагал, что Иудея, подобно другим мелким государствам Востока, может только выиграть от того, что находится под господством такой сильной державы, как Рим. Воевать с Римом казалось ему опасным, ибо в этой неравной борьбе маленькая Иудея падет, а народ ее будет рассеян по всем странам. При таких убеждениях Иосиф, в качестве начальника галилейских войск, не мог строго исполнять свой долг. Это понял один из главных вождей зелотов в Галилее, Иоханан Гисхальский, храбрый воин, проникнутый горячей любовью к родине и ненавистью к ее угнетателям. Иоханан заметил в поведении Иосифа склонность не к борьбе, а к примирению с римлянами: он немедленно дал знать иерусалимскому Синедриону, что опасно поручать оборону Галилеи такому человеку, как Иосиф. Но ловкий и красноречивый Иосиф успел оправдаться перед Синедрионом и доказать ему, что опасения Иоханана неосновательны. Он сохранил за собой звание главнокомандующего галилейской армией, - и это вскоре привело к весьма печальным последствиям.
40. Война в Галилее. Император Нерон получил известие о восстании иудеев в то время, когда он забавлялся в Греции олимпийскими играми и устраивал там веселые празднества. Он немедленно отправил в Иудею для усмирения мятежа лучшего из своих полководцев, Веспасиана. В начале 67 года Веспасиан стянул к границам Иудеи все расположенные на Востоке римские войска. Его армия насчитывала до 60000 человек. В этой армии находился, в качестве римского вассала, Агриппа II со своими вспомогательными отрядами, так что потомку иудейских царей пришлось выступить против своего собственного народа. Вместе с Агриппой в римском лагере находилась его сестра, красавица Береника. Здесь она познакомилась с сыном Веспасиана, Титом, командовавшим несколькими полками, и очаровала его своей красотой. Завязались близкие отношения между еврейской принцессой и человеком, который призван был нанести последний удар иудейскому государству.
Веспасиан начал с того, что с отборнейшими отрядами своей армии вторгнулся в Галилею, которую нужно было завоевать, прежде чем двинуться к Иерусалиму. Ужас охватил галилеян, никогда еще не видевших такой громадной неприятельской армии. Иосиф бен-Мататия, руководитель обороны в Галилее, первый устрашился могущества римлян. Он отступил к Тивериаде, между тем как неприятель шел вперед и брал один город за другим. Жители этих городов оказывали отчаянное сопротивление, но они все-таки не могли устоять против огромных полчищ Веспасиана. Только галилейский город Иотапата, укрепленный самой природой и превращенный Иосифом в неприступную крепость, остановил на время движение римлян. Иотапата стояла на очень крутой скале, окруженной глубокими ущельями, а единственная сторона, с которой к ней можно было подойти, была ограждена окопами и башнями. Здесь-то заперся Иосиф со значительной частью своего войска. Веспасиан сосредоточил свою армию вокруг этой крепости и лично руководил осадой.
Римляне беспрерывно бросали в город стрелы, камни и куски дерева, обложенные горючими материалами, но осажденные делали удачные вылазки, отгоняя то один, то другой из неприятельских отрядов и уничтожая их осадные сооружения. Когда римляне придвинули к крепости стенобитные орудия (тараны), осажденные опустили вдоль крепостных стен наполненные соломой мешки, чтобы ослабить удары этих орудий, а между тем бросали на римских солдат пылающие головни, лили на них серу и кипящую смолу. Но все эти усилия оборонителей были напрасны. Город крайне нуждался в воде. Изнуренные жаждой иудейские воины, охранявшие крепостную стену, однажды под утро заснули. Об этом сообщил неприятелю один перебежчик. Римляне тотчас же подступили к крепости, взобрались на стену - и прежде чем стража очнуться, Иотапата была уже занята (июнь 67 г.). Ожесточенные римские солдаты устроили в городе страшную резню. Тысячи иудеев погибли в Иотапате, множество женщин и детей было взято в плен и продано в рабство. Сам начальник Иосиф несколько дней скрывался в пещере с сорока товарищами. Когда их убежище было обнаружено, товарищи Иосифа решили лучше заколоть друг друга и умереть, чем сдаться римлянам. Иосиф же вышел из пещеры и явился к Веспасиану с изъявлением покорности. Веснасиан сна чала велел держать Иосифа под стражей, но потом стал обращаться с ним хорошо и оставил его в своей свите. Весть о падении Иотапаты вызвала великую скорбь в Иерусалиме. Узнав, что Иосиф сдался римлянам, народ проклинал его, как изменника отечеству.
После падения Иотапаты Веспасиан покорил всю остальную Галилею. Прежде чем двинуться к Иерусалиму, он дал роздых своим утомленным войскам и разместил их на зимних квартирах близ Кесарии Приморской.
41. Осада Иерусалима. Иудеи, спасшиеся от резни в Галилее, и зелоты из других частей государства скопились в Иерусалиме. Столица превратилась в военный лагерь; здесь собрались храбрейшие защитники отечества. Иерусалим был в то время большим, красивым, хорошо укрепленным городом; с трех сторон он был защищен крутыми скалами и обрывами и сверх того искусственным валом, а единственная открытая его сторона была укреплена тройной каменной стеной со многими башнями. Гора Мориа, на которой стоял храм, представляла собой неприступную крепость. При таких условиях столица могла бы очень долго обороняться против неприятеля, если бы в пей не происходили раздоры между различными партиями. Воинственные зелоты думали, что для успеха войны необходимо удалить от власти всех "миролюбцев", считавших борьбу с Римом гибельной. Таких миролюбцев было много и в составе Синедриона, и среди иерусалимских граждан; между ними и зелотами возгорелась борьба.
Чтобы сделаться хозяевами столицы, зелоты овладели укрепленным храмом и засели там. Миролюбцы из партии первосвященника Ханана окружили храмовое подворье и держали зелотов в осаде. Тогда приверженцы зелотов ночью впустили в город отряд эдомитов и с его помощью напали на Синедрион. Лучшие члены Синедриона были убиты, в том числе и начальники города - Иосиф бен-Горион и первосвященник Ханан; многие из миролюбцев были казнены. Зелоты запретили гражданам, под страхом смертной казни, выходить за черту города. Но победив миролюбцев, зелоты сами распались на партии, состоявшие из умеренных и крайних. Умеренные зелоты избрали своим вождем Элеазара бен-Симона, более крайние галилейские зелоты находились под начальством героя Иохакана Гисхальского, самые же крайние патриоты состояли под предводительством неустрашимого богатыря Симона Бар-Гиоры. Вместо того, чтобы соединиться для борьбы с общим врагом, эти партии враждовали и боролись друг с другом. Во время этих столкновений были уничтожены скопленные иерусалимскими богачами огромные хлебные запасы, которых хватило бы на прокормление жителей в течение долгого времени. Таким образом, своими раздорами защитники отечества ускоряли только его гибель.
Между тем в Риме произошли важные перемены. Кровожадный император Нерон умер, и в Риме началась борьба за престол между начальниками армии. После двухлетних смут римским императором был избран полководец Веспасиан (69 г.), готовившийся тогда к осаде Иерусалима. Веспасиан уехал в Рим, а начальство над войсками, расположенными в Иудее, передал своему сыну Титу. В праздник Пасхи 70 года Тит двинул свои войска прямо к Иерусалиму. Перед лицом этой могущественной армии и ее грозных осадных машин вражда партий внутри столицы утихла, хотя уже слишком поздно; все партии соединились для обороны святого города и храма. На предложение Тита добровольно сдать ему город - иерусалимцы ответили решительным отказом, и осада началась.
Иудейские воины делали смелые вылазки из города в неприятельский лагерь и производили там опустошения. Однажды они чуть не захватили в плен самого Тита, который только с трудом спасся. Эти частые вылазки иудейских храбрецов метали римлянам придвигать к городу свои большие осадные орудия. Но наконец, после многих потерь, римлянам удалось окружить город высокими насыпями и установить на них машины для метания стрел. С этих насыпей кидали они стрелы внутрь города, распространяя смерть и увечье среди населения. В то же время придвинуты были к Иерусалиму стенобитные орудия, и громадные железные тараны стали разбивать крепкую городскую стену. Осажденные, под предводительством Иоханана Гисхальского, снова делали вылазки, разрушали осадные сооружения, истребляли мелкие отряды неприятеля, - вообще сражались с беспримерной храбростью; но не могли они все-таки устоять против военной тактики и превосходства сил римлян. В мае взята была неприятелем наружная городская стена, а затем, после пятидневного кровопролитного боя, пала и вторая внутренняя стена.
Самое трудное было еще впереди. Предстояло взять сильно укрепленный Верхний город и Храмовую гору. Против этих двух пунктов Тит велел воздвигнуть четыре вала и установить на них штурмовые машины. Четыре легиона непрерывно работали над этими сооружениями. Но и осажденные не сидели сложа руки. Обороной Верхнего города заведовал Симон Бар-Гиора, а Храмовую гору защищал Иоханан Гисхальский. Оба они обстреливали римлян из своих метательных машин и метали возведению валов. Тит снова попытался склонить героев обороны к сдаче города и послал к ним Иосифа Флавия, бывшего галилейского военачальника. Иосиф стал на высокую насыпь, против стены, и оттуда громко произнес речь, в которой уговаривал осажденных покориться Титу и тем спасти хоть святой храм от разорения. Но иудеи не послушались Иосифа, которого считали изменником и перебежчиком; они продолжали бороться, желая победить или умереть.
42. Разрушение Иерусалима (70 г.). Между тем голод в Иерусалиме принимал ужасающие размеры. Запасы хлеба давно истощились. Богатые жители отдавали свои сокровища, бедные - последнее достояние за кусок хлеба. В памяти народной сохранились потрясающие рассказы об этом времени. Марта, богатая вдова первосвященника Иошуа бен-Гамалы, некогда ходившая в храм не иначе, как по дороге, устланной роскошными коврами, вынуждена была утолять свой голод подбираемыми на улице отбросами; другая богатая женщина была доведена голодом до того, что зарезала и съела своего собственного ребенка. Улицы были покрыты трупами или падавшими от изнеможения людьми. Хоронить мертвецов не успевали. Валявшиеся повсюду трупы заражали воздух. Голод, зараза и неприятельские стрелы одновременно опустошали ряды защитников города, но уцелевшие все еще не теряли мужества. Эта храбрость и стойкость иудеев удивляли даже воинственных римлян.
Наконец, неприятель направил свои осадные машины против укреплений храма. После взятия главной башни - "башни Антония", римляне увидели перед собой толстые стены, окружавшие храмовое подворье. Так как пробить эти стены оказалось невозможным, то Тит отдал приказ поджечь наружные ворота, от которых тянулся ряд колонн до самого храма. Бой закипел в обширном храмовом подворье; иудейские воины сражались как львы, и каждый шаг по пути к святыне стоил неприятелю потоков крови. Вдруг один римский солдат схватил горящую головню и бросил ее внутрь храма, через окно. Деревянные части храмовых покоев тотчас загорелись - и скоро весь храм был уже охвачен пламенем. Тит, поспешив туда, громко упрашивал солдат потушить пожар и отстоять великолепное здание, но за оглушительным треском падавших построек, отчаянными воплями осажденных и звоном оружия нельзя было расслышать голос главнокомандующего. Ожесточенные римляне бросились в не сгоревшие еще храмовые покои с целью грабить находившиеся там сокровища, но могли проникнуть туда только по трупам иудейских воинов, завязавших с ними отчаянный бой на месте пожарища. Тут уже страсти были разнузданы, и победители дали волю своей злобе. Стариков, женщин и детей бесчеловечно убивали, многие иудеи нашли себе смерть в пламени, куда сами бросались. Храм, гордость Иудеи, был превращен в груду пепла; он погиб в те же дни (9 и 10 Ава), в которые некогда был разрушен и первый, Соломонов храм, взятый Невухаднецаром. Уцелели от принадлежностей святыни только канделябры, стол с дарами и кадильница, все из чистого золота. Тит велел взять их и хранить, как знаки победы (трофеи).
Этим завоевание Иерусалима еще не кончилось. В одном квартале столицы, называвшемся "Верхним городом", заперлись с остатками своих отрядов богатыри Иоханан Гисхальский и Симон Бар-Гиора. Они объявили, что тогда только сдадут эту часть города Титу, если им позволят свободно выйти оттуда с оружием в руках. Когда Тит не согласился на это, война возобновилась. Верхний город был взят римлянами и разрушен. Скрывавшиеся в подземелье вожди Иоханан и Симон вышли оттуда, измученные голодом, и попали в рукн римлян. Их отвезли в оковах в Рим.
43. Падение Иудеи. С разрушением Иерусалима окончательно пало иудейское государство. Эта редкая в истории героическая борьба маленького государства с величайшей в мире империей поглотила неимоверную массу жертв: около миллиона иудеев погибло за все время войны с римлянами (66-70 гг.), а около ста тысяч было взято в плен. Из этих пленников одни были казнены, другие сосланы на каторжные работы или проданы в рабство на рынках Азии и Африки. Наиболее сильные и красивые были оставлены для борьбы с дикими зверями в римских цирках, а также для сопровождения Тита при его торжественном въезде в Рим. Празднуя в Берите и Кесарии дни рождения своего отца и брата, Тит устроил военные игры и гладиаторские бои, при которых множество пленных иудеев, для увеселения публики, были брошены на растерзание хищным зверям. После этого Тит с богатой добычей и толпой иудейских пленников возвратился в Рим. Здесь император Веспасиан устроил, по случаю победы над Иудеей, торжественное шествие по городу. Впереди императора и его двух сыновей, Тита и Домициана, шли в оковах пленные иудеи; тут же несли священные сосуды, похищенные из иерусалимского храма. Когда шествие достигло храма Юпитера Капитолийского, из толпы иудейских пленников вывели Симона Бар-Гиору, накинули на него веревку и втащили в тюрьму, возле форума. Там совершена была казнь над иудейским героем. О ней было объявлено на площади при восторженных кликах публики. Другой вождь, Иоханан Гисхальский, был осужден на пожизненное тюремное заключение. В память одержанной победы чеканились особые монеты с изображением женщины, окованной цепями, и надписью "Побежденная Иудея" (Judaea capta).
Три крепости остались в Иудее после разрушения Иерусалима. Сильнейшая из них, Масада (около Мертвого моря), была взята римлянами спустя три года после ухода Тита (73 г.). Храбрые защитники Масады бились до последней капли крови за этот последний оплот отечества. Все находившиеся в крепости иудейские воины (их было около тысячи), воодушевленные речью своего вождя Элеазара бен-Яира, закололи мечами своих жен и детей, а затем и себя самих, чтобы не достаться на поругание врагу. Когда римляне вступили в Масаду, они нашли в живых только двух женщин с пятью детьми.
Вся земля иудейская была признана собственностью римских императоров. Земельные участки были частью розданы римским солдатам-поселенцам, частью распроданы другим язычникам; только маленькая область оставлена была для жительства уцелевшим евреям. Подать в полшекеля, которую прежде каждый иудей платил в пользу иерусалимского храма, приказано было отныне взимать в пользу храма Юпитера Капитолийского в Риме.
Бежавшие из Иудеи остатки зелотской партии нашли убежище в Египте. Проникнутые ненавистью к Риму, эти "последние ревнители" побудили египетских евреев к восстанию против римлян. Но это предприятие не удалось; Веспасиан быстро подавил восстание. Чтобы отнять у евреев последнюю святыню, он приказал разрушить Ониасов храм в Египте (73 г.).
Агриппа II, сын последнего царя Иудея, сохранил свое маленькое сирийское княжество и жил то в Риме, то в своих владениях. Веспасиан щедро наградил его за верность Риму и за участие в покорении Галилеи. Сестра Агриппы, Береника, жила во дворце Тита в Риме. Тит не женился на ней, ибо боялся, что римляне будут недовольны, если он вступит в брак с иудейкой; разочарованная Береника возвратилась в Палестину.
При римском дворе провел остаток своей жизни иудей, оказавшийся неудачным полководцем во время галилейской войны, но прославившийся как красноречивый историк своего народа. То был Иосиф бен-Мататия, получивший в знак императорского благоволения фамильное прозвище Веспасиана - Флавий. Веспасиан подарил Иосифу обширные поместья в Иудее и отвел ему для жительства один из своих домов в Риме. Здесь прожил Иосиф около двадцати лет и писал свои знаменитые сочинения по истории еврейского народа. Он рассказал подробно о тех войнах, в которых сам был участником или очевидцем. Его "История иудейской войны" была первоначально написана по-еврейски, но до нас дошел только греческий ее перевод. Затем Иосиф Флавий написал по-гречески, в двадцати книгах, сочинение под именем "Иудейские древности", содержащее историю еврейского народа от первобытных времен до последних римско-иудейских войн. Исторические книги Иосифа Флавия отличаются необыкновенной красотой слога и увлекательностью рассказа. Но автор часто бывает пристрастен в объяснении современных ему событий; он, например, выставляет всех зелотов дурными людьми и часто оправдывает поведение римлян.
До нашего времени сохранился также на греческом языке ряд книг, написанных евреями в Иудее или в Египте в течение последних двух столетий существования иудейского государства и тесно примыкающих к библейской письменности. Эти книги известны под именем "Апокрифов" или "тайных писаний". К ним принадлежат: 1) "Книги Хасмонеев", где рассказывается о войнах за освобождение Иудеи от сирийского ига; 2) "Притчи Иошуа бен-Сиры"; 3) "Юдифь", где описывается подвиг еврейской женщины Иудифи, которая убила вавилонского полководца Олоферна и тем спасла Иудею от порабощения; 4-5) нравоучительные рассказы "Товий" и "Сусанна"; 6) "Премудрость Солона" и некоторые другие книги. Часть этих книг была первоначально написана по-еврейски, но впоследствии еврейские подлинники затерялись, а сохранились только греческие переводы их. Некоторые "Апокрифы" по своему духу очень близки к библейским книгам (например, первые части "Хасмонеев" и "Притчей бен-Сиры"), но еврейские законоучители не включили их в состав Священного Писания ввиду их позднейшего происхождения.

Глава 7
От разрушения Иеруесалима до восстания Бар-Кохбы (70-138 гг.)

44. Иоханан бен Закай. Когда иудейское государство еще существовало и боролось с Римом за свою независимость, мудрые духовные вожди народа предвидели скорую гибель отечества. И тем не менее они не падали духом и верили, что еврейский народ, даже лишившись своего государства, не погибнет. Эти люди знали, что настоящая сила народа не в его правительстве или войске, а в его духе, в его внутреннем единстве, основанном на общности народных чувств, верований, нравов и обычаев. Вот почему они старались больше всего укрепить в евреях религиозный и национальный дух. К числу таких людей принадлежал и законоучитель Иоханан бен-Закай, один из влиятельных членов иерусалимского Синедриона, руководитель "школы Гилеля". Иоханан, как глава партии миролюбцев, предвидел падение Иудеи - и решил приготовить убежище для духовных вождей народа, на случай разрушения Иерусалима. Незадолго до осады Иерусалима, когда воинственные зелоты заперли ворота столицы и никого не выпускали, Иоханану и его ученикам удалось выбраться оттуда посредством хитрости: ученики одели престарелого Иоханана в саван, уложили его в гроб и вынесли за город, как покойника. Очутившись за городом, Иоханан явился к римскому полководцу Веспасиану и сказал ему: "Дозволь мне поселиться с учениками и устроить школу в городе Явне" (Ямния, недалеко от Яффы). Веспасиан дружески принял еврейского законоучителя, стоявшего за мир с римлянами, и исполнил его просьбу.
Вскоре после того, как Иоханан поселился со своими учениками в Явне, туда пришла страшная весть о разрушении Иерусалима и храма. Долго плакали учитель и ученики о великом горе, постигшем отечество. Ученики думали, что с разрушением иерусалимского храма и прекращением жертвоприношений еврейская вера должна погибнуть. Но Иоханан ободрял их, напоминая им слова пророков, что истинное служение Богу заключается не в жертвоприношениях, а в благочестии и добрых делах. Богу - говорил он словами Священного Писания - угодны добродетели, а нс жертвы; как прежде соединял всех евреев иерусалимский храм, так теперь должны соединять их истинная религия и послушание Закону. Для изучения законов еврейской веры основана была Иохананом высшая школа в Явне, а для надзора за исполнением законов образовался в этом же городе новый Синедрион. Под руководством Иоханана явненский Синедрион предпринял ряд мер с целью привести в порядок духовные дела евреев. Был введен новый порядок богослужения, без жертвоприношений, но некоторые храмовые обряды были сохранены, в память о прошлом (например, церемония благословения народа потомками священников, коганами, трубление в рог и ношение пальмовых букетов в осенние праздники).
Недолго управлял Иоханан бен-Закай духовными делами евреев. Он был уже очень стар и умер спустя несколько лет после разрушения Иерусалима (80 г.). Перед смертью он благословил своих учеников и сказал им: "Пусть страх перед Богом (духовная дисциплина) влияет на ваши поступки не менее, чем страх перед человеком (государственная дисциплина)".
45. Патриарх Гамлиель II. После Иоханана бен-Закая главой Синедриона в Явне сделался Гамлиель II, сын Симона II, последнего вождя иерусалимского Синедриона. Симон погиб во время осады Иерусалима, а его юного сына Гамлиеля взял на свое попечение Иоханан бен-Закай. Иоханан воспитывал и обучал юношу в Явне и готовил его себе в преемники. После смерти своего опекуна и учителя Гамлиель занял должность председателя Синедриона, которая раньше была наследственна в роде Гилеля. Римские власти утвердили Гамлиеля в этой должности и дали ему звание патриарха, т. е. старейшины палестинских евреев. Молодой Гамлиель оказался не только хорошим ученым, но и способным правителем. Кроме глубокого знания еврейских законов, он хорошо знал римский и греческий языки, которые были необходимы ему при сношениях с императорскими наместниками и другими чиновниками.
В то время римским императором, после Тита, был его брат Домициан (81-96 гг.). Этот император, человек жестокий и ненавистный самим римлянам, относился к евреям очень враждебно. При нем римские чиновники в Иудее сильно притесняли жителей и обременяли их тяжелыми налогами. Опасность грозила тогда и иудейской религии, ибо среди евреев появились секты, примыкавшие к новому христианскому учению. Чтобы укрепить внутреннее единство народа, Гамлиель решил усилить законодательную власть Синедриона. Это было очень трудно. Из школы Иоханана бен-Закая вышли великие законоучители, как, например, Иошуа бен-Ханания и Элиезер бен-Гиркан, которые основывали в разных местах свои собственные школы. Каждая школа толковала законы и предания иудейства по-своему; возобновились старые споры между партиями Шамая и Гилеля. Чтобы положить конец спорам законоучителей, патриарх Гамлиель объявил, что Синедрион по большинству голосов должен каждый раз решать, какое толкование закона верно. Тех законоучителей, которые не желали повиноваться решениям Синедриона, Гамлиель наказывал "отлучением от синагоги", т.е. временным исключением из общества. Такому наказанию подвергся даже Элиезер бен-Гиркан, уважаемый в народе ученый, за то, что не хотел подчиниться авторитету Синедриона.
Эти строгости навлекли на Гамлиеля сильное неудовольствие. Среди законоучителей образовалась враждебная патриарху партия, которая отказала ему в повиновении и избрала вместо него другого председателя Синедриона, молодого ученого Элиезера бен-Азарию. Гамлиель безропотно покорился своей участи - и продолжал заседать в Синедрионе в качестве простого члена. Тогда все поняли, что не честолюбие побуждало Гамлиеля прежде прибегнуть к строгостям, а искреннее желание положить конец опасным религиозным спорам. Гамлиеля снова избрали председателем Синедриона, а Элиезер бен-Азария был оставлен в качестве его помощника. - Гамлиель II установил порядок и содержание ежедневных трех молитв: утренней ("шахрит"), предвечерней ("минха") и вечерней ("маарив"). По его поручению была дополнена главная ежедневная молитва, состоящая из 18 благословений ("шмона эсре"); в ней каждый еврей молил Бога не только о личном благополучии, но также о восстановлении Иерусалима и иудейского государства. Чтобы рассеянные повсюду евреи знали о сроках ежегодных праздников, явненский Синедрион каждый раз извещал об этом отдаленные общины через особых послов. Во избежание ошибок, еврейские общины вне Палестины праздновали добавочные дни в праздники Пасха, Шовуот, Сукот и Рош-гашана. Так вошли в обычай "двойные дни" праздников.
В те времена быстрого распространения христианства бывали также случаи обращения язычников в иудейство. Некоторые близкие родственники императора Домициана соблюдали обычаи иудейской религии. Жестокий Домициан за это еще больше возненавидел евреев. Один образованный грек из Малой Азии по имени Акила, обратился в иудейство и сблизился с патриархом Гамлиелем и еврейскими законоучителями. Под их руководством Акила составил дословный греческий перевод Библии взамен старого, искаженного перевода "семидесяти толковников". Но перевод Акилы не дошел до нас, а сохранился только сделанный по его образцу арамейский перевод Пятикнижия, носящий имя "Таргум Онкелос" (перевод Онкелоса, т. е. Акилы).
46. Смуты при Траяне и Адриане. Спустя три года после смерти Домициана, римским императором сделался Траян (98 г.). Он вел продолжительные войны с парфянами, жившими в бывших землях Вавилонии и Персии. В этих землях жило также очень много евреев; в больших городах, как Нагардея и Низиб, находились богатые еврейские общины. Заслышав о приближении войск Траяна, вавилонские евреи стали опасаться, что жестокие римляне отнимут у них свободу, как отняли ее у палестинских евреев. Поэтому они выступили против римских войск с оружием в руках (115 г.). Траян подавил это восстание, но оно вспыхнуло в других местах. Возмущение против Рима распространилось среди евреев, рассеянных во всех римских владениях Азии и Африки. Евреи везде ненавидели римлян, как разрушителей Иерусалима и святого храма; они надеялись на скорое пришествие "мессии", то есть избавителя, который соберет рассеянный народ в Палестину и устроит там новое, свободное и сильное еврейское царство. В Малой Азии, на острове Кипр и в Египте евреи взялись за оружие и убивали своих притеснителей-язычников (116 г.). Траян выслал против мятежников полководца Турбона, который подавил восстание с крайней жестокостью. Пострадали и евреи Александрии: их великолепная большая синагога, которая славилась со времен Птолемеев, была разрушена до основания. В Палестине тоже обнаружились признаки народных волнений, и Траян послал туда в качестве наместника свирепого полководца Квиета, приказав ему держать евреев в повиновении. Вскоре Траян умер и на римский престол вступил император Адриан (117 г.).
Боясь восстания евреев в момент всеобщей смуты на Востоке, император Адриан сначала действовал в духе умиротворения. Он отозвал из Палестины жестокого Квиета и даже обещал скоро восстановить разрушенный Иерусалим и храм. Евреи поверили обещаниям и успокоились. Они не понимали истинного намерения Адриана, который хотел отстроить город Иерусалим не для них, а для язычников. Скоро они поняли свою ошибку. Император медлил с исполнением обещания; предание говорит, что он предлагал евреям отстроить их храм не в Иерусалиме, а в другом месте. Обманутый в своих ожиданиях народ стал снова волноваться. Громадная толпа вооруженных евреев собралась в Бет-Римоне, готовясь напасть на римлян.
Восстание разгорелось бы немедленно, если бы в дело не вмешался мудрый законоучитель Иошуа бенХапания, который после смерти Гамлиеля II был главой Синедриона. Иошуа предвидел, что восстание евреев окончится новым несчастием для них, и поспешил в Бет-Римон. Здесь он обратился к восставшим с речью и рассказал следующую басню: "Царь зверей, лев, ел однажды свою добычу и вдруг подавился костью. Стал он звать на помощь, обещая большую награду тому, кто вытащит у него кость из горла. Прилетел журавль, всунул свой длинный клюв в пасть льва и вынул кость. Сделав это, журавль потребовал обещанную награду, но лев с насмешкой отвечал: ступай и будь доволен, что ты вынул в целости голову из моей пасти. И мы, - добавил Иошуа, - должны быть довольны, что попав в руки римского народа, мы еще не истреблены им". - Народ послушался и разошелся по домам.
47. Рабби Акива. После смерти миролюбивого Иошуа сильное влияние на евреев приобрел великий законоучитель Акива бен-Иосиф, который старался склонить народ к открытому восстанию против римлян. Жизнь этого замечательного человека была полна необычайных приключений. В юности Акива был очень беден и служил пастухом у иерусалимского богача Калбы-Сабуи. Дочь этого богача, Рахиль, полюбила молодого пастуха и согласилась сделаться его женой, но только при условии, чтобы он посвятил себя науке. Отец Рахили, не желавший этого брака, прогнал дочь из дома, и она жила с мужем в крайней нужде. Акива горячо принялся за учение. Он расстался с любимой женой, ходил из города в город и занимался в различных школах изучением законов. Пока он скитался, Рахиль терпела такую нужду, что однажды она вынуждена была отрезать свою роскошную косу и продать ее, чтобы купить хлеба. Но тем не менее она терпеливо ждала своего мужа, уверенная в успехе его подвига. Действительно, через много лет Акива, успевший уже прославиться в народе как великий ученый, возвратился домой в сопровождении своих многочисленных учеников. Верная жена встретила его с восторгом, и даже тесть примирился с ним.
После Гилеля, Акива считался величайшим законоучителем еврейства. О нем говорили, что он "на каждый сучок Священного Писания нагромождал кучи законов", то есть выводил из библейских заповедей множество дополнительных законов и правил. Так как в то время накопилось уже очень много устных законов и преданий, то Акива собрал их и привел в порядок. Этот сборник изучался в школах под именем "Мишны рабби Акивы".
Но Акива не был только духовным руководителем; он хотел быть также государственным деятелем и борцом за свободу своего народа. Он ненавидел римлян, как врагов еврейской нации, и всю жизнь мечтал об избавлении евреев от римского ига, о восстановлении Иерусалима и храма. Еще в царствование Домициана, Акива с тремя законоучителями отправился в Рим, чтобы просить об отмене некоторых жестоких законов, изданных императором против евреев. Когда путники подъезжали к Риму и услышали издали шум этого оживленного и веселого города, товарищи Акивы заплакали: вспомнилось им, как их родная столица Иерусалим, пустынна и безлюдна, в то время как столица врага процветает. Но Акива сказал своим товарищам: "Зачем плакать? Если Бог дает так много благ людям, нс исполняющим Его воли, то сколько же Он должен воздать в будущем тем, которые исполняют Его волю!" - В другой раз Акива бродил с товарищами в окрестностях разрушенного Иерусалима. Приблизившись к Храмовой горе, они увидели, как из развалин храма выбежал шакал, зверь пустыни. Видя это запустение, спутники Акивы разрыдались; он же, напротив, улыбался. "Отчего ты улыбаешься?" - спросили его - и получили такой ответ: "Если исполнилось предсказание наших пророков, что Цион превратится в пустыню, то должно в будущем исполнится и другое их предсказание, что он будет восстановлены. - Надежда на освобождение еврейского народа не покидала Акиву. Народные волнения при Траяне и Адриане усилили в нем эту надежду. Он разъезжал по разным городам Палестины и Малой Азии и возбуждал евреев к восстанию против римлян.

48. Восстание Бар-Кохбы. В то время, когда в Палестине шли приготовления к восстанию, появился человек, который сделался начальником восставшего народа. То был Симон бар-Козиба (уроженец Козибы), прозванный Бар-Кохбой ("Сын Звезды"), храбрый воин, отличавшийся богатырской силой. Духовный вождь евреев Акива признал в Бар-Кохбе вождя военного и соединился с ним для совместной деятельности. Акива верил, что Бар-Кохба есть тот избавитель еврейского народа, о котором предсказывал библейский прорицатель в словах: "Взойдет звезда из рода Якова". Увлекаясь примером своего великого учителя Акивы, многие евреи примкнули к Бар-Кохбе.
Из всех азиатских областей Римской империи стекались десятки тысяч еврейских борцов под знамена нового вождя. Бар-Кохба гордился этой армией и говорил: "Боже, если Ты не хочешь нам помогать, то не помогай хоть нашим врагам, ибо тогда мы наверное победим". На первых порах евреи действительно одержали блестящие победы. Римский наместник Руф и его небольшие отряды, поставленные для охраны палестинских городов, не могли устоять против огромной армии восставших. Под предводительством БарКохбы еврейские воины брали крепость за крепостью и изгнали римлян почти из всех городов Палестины. В руках евреев оказались скоро 50 крепостей и около тысячи городов и селений (132-133 гг.). Прежде чем весть о восстании дошла До Адриана, римляне в Иудее были уже разбиты повсеместно; посланные императором Руфу вспомогательные отряды испытали ту же участь. Бар-Кохба стал властелином Иудеи и велел уже чеканить монету со своим именем. Средоточием его армии была горная крепость Бетар близ Иерусалима.
Между тем император, встревоженный успехами иудеев, послал в Палестину самого храброго римского полководца того времени, Юлия Севера. Ввиду выгодного военного положения иудейской армии, Север сначала воздерживался от решительного сражения, а нападал только на отдельные отряды в разных местах и разбивал их. Наконец Север довел повстанцев до того, что они вынуждены были отступить к Бетару, где укрепился Бар-Кохба со своим войском. Целый год осаждали римляне Бетар. Запертая в этом небольшом городе огромная масса иудеев мужественно защищалась, но и осаждавшие действовали с необыкновенным усердием. Во время этой осады евреи разочаровались в своем мнимом избавителе Бар-Кохбе. Он не был достаточно благочестив, по временам бывал слишком жесток и самовластен. Он приказал казнить всякого, подозреваемого в сочувствии к римлянам. Однажды Бар-Кохба своей рукой убил набожного старца, законоучителя Элиезера из Модеина, которого кто-то оклеветал перед ним. Этот старец во все время осады непрестанно молил Бога о спасении иудейского воинства; народ, веривший в силу его молитв, был очень опечален его смертью. Наконец силы осажденных истощились - и город был взят Севером (135 г.). Римляне произвели в Бетаре ужасную резню. Десятки тысяч евреев погибли в этой войне. Погиб и вождь восстания, Бар-Кохба. Многие иудеи, взятые в плен, были проданы в рабство. Так печально кончилась последняя борьба еврейского народа за свою независимость.
49. Гонения Адриана. Усмирив великое восстание в Палестине, император Адриан воздвиг жестокие гонения на уцелевших после войны евреев. Подобно Антиоху Эпифану, Адриан был убежден, что пока будет существовать иудейская религия, евреи не примирятся с верховной властью язычников. Поэтому Адриан решил искоренить иудейскую веру. Он издал указ, запрещавший евреям праздновать субботу и исполнять другие важные обряды иудейства; запрещалось им также обучать детей в школах и собираться для чтения своих священных книг. За исполнением этих указов строго следил наместник Руф, которого евреи прозвали "тираном". По его поручению римские шпионы разыскивали евреев, которые тайно совершали обряды своей веры или изучали свой закон, и предавали их властям для наказания. Многие пали тогда мучениками за веру. Особенную стойкость проявили законоучители.
Подготовитель восстания Акива, потеряв надежду на скорое возрождение иудейского государства, ревностно продолжал свою духовную деятельность: он открыто собирал своих учеников и преподавал им учение иудаизма, вопреки императорскому указу. Один из его друзей спросил его: "Разве ты не боишься римских властей?". На это Акива ответил следующей притчей. Однажды, лисица стояла на берегу реки и увидела, что рыбки беспокойно бегают в воде. "От кого вы убегаете?" - спросила лисица. "Мы убегаем от сетей, расставленных людьми с целью ловить нас", - отвечали рыбки. Тогда лисица сказала: "Выходите же на сушу и будем жить вместе, как жили наши предки с вашими". Но рыбки возразили: "Про тебя, лиса, говорят, что ты умная, а видно, что это неправда. Ведь если в воде, где только мы и можем жить, мы боимся опасности, то как же нам не бояться на суше, где мы тотчас помрем?" "Так, - продолжал Акива - и с евреями. Как рыба без воды, так мы не можем жить без нашего святого учения, и если занимаясь учением, мы подвергаемся опасности, то что же будет, когда мы оставим его?".
Вскоре Акива был схвачен римлянами и брошен в заточение. Руф решил примерно наказать духовного вождя евреев. На эшафоте он приказал палачу рвать тело Акивы железными клещами. Акива с поразительной твердостью духа переносил эти ужасные страдания; под рукой палача не переставал он твердить спора молитвы: "Слушай, Израиль, Иегова - Бог наш, Иегова - един!". Заметив своих рыдавших учеников, Акива сказал им: "Я всегда скорбел, читая в Торе заповедь: люби Бога своею всем сердцем, всей душою и всем достоянием своим. Два пункта этой заповеди я мог соблюдать: я любил Бога всем сердцем и жертвовал для Него своим достоянием; но меня огорчала мысль, что я еще не исполнил третьего пункта и не положил души своей за Бога. Теперь я радуюсь, что сподобился совершить этот последний долг". Великий учитель испустил дух на восклицании: "Бог един!". - Акива был одним из десяти законоучителей-мучеников времени Адриана. Товарищ его Ханина бен-Терадион был схвачен, когда он держал свиток Торы в руках и учил народ, как жить по правде. Римские солдаты бросили Ханину на костер, окутав его тело свитком Торы и положив на грудь мокрые губки, чтобы он медленно горел. Рыдавшую у костра дочь мученик утешал словами: "Тот, кто взыщет за унижение святой Торы, взыщет и за меня".
Подавив восстание иудеев, император Адриан мог осуществить свое давнишнее намерение: превратить Иерусалим в языческий город. Он велел построить па месте старой разрушенной столицы новый город и основать там римскую "колонию". Эта колония должка была состоять из выслуживших срок солдат и вольных поселенцев-римлян, греков и сирийцев, вообще из людей всех национальностей, кроме еврейской. Новый город получил название Элия Капитолина, в честь императора Элия-Адриана и Юпитера Капитолийского. Храмовая гора была очищена от развалин, загромождавших е" еще со времени Тита; поверхность ее, по приказанию наместника Руфа, была взрыта плугом для того, чтобы изгладить всякую память о бывшей святыне Иудеи. На месте, где некогда стоял иудейский храм, был воздвигнут храм Юпитера; тут же возвышалась статуя Адриана. Иерусалим получил вид греческого города - с театром, цирками, капищами и статуями богов. Согласно христианскому преданию, на месте гроба Христа было устроено капище Венеры. На южных воротах, по дороге в Бетлэхем, красовалось изображение свиньи. Евреям запрещалось даже показываться в черте города; за нарушение этого запрета полагалась смертная казнь.

Глава 8
Патриархи и школы в Палестине до заключения Мишны (138-280 гг.)

50. Рабби Меир. Восстание Бар-Кохбы и последовавшие затем гонения Адриана довели Иудею до полного разорения. Уцелевшее от меча и плена население крайне обеднело, многие бежали от религиозных преследований в другие страны, особенно в Вавилонию. Среди эмигрантов были и законоучители, не желавшие подвергнуться участи рабби Акивы и его товарищей-мучеников. Юг Палестины (то есть собственно Иудея), бывший главным театром войны, представлял печальную картину запустения. Значительная часть еврейского населения южной Иудеи передвинулась на север, в менее опустошенную Галилею. Здесь совершилось восстановление еврейского общественного строя, после того как гонения прекратились. Преемник Адриана, император Антонин Пий (138-161 гг.) отменил бесчеловечные указы своего предшественника против исповедующих иудейскую религию; только запрещение доступа в Иерусалим оставалось в силе. Ученые и патриоты, бежавшие от преследований Адриана в чужие страны, стали возвращаться на родину. В их числе были некоторые ученики Акивы, из которых достойным его преемником считался знаменитый рабби Меир. Когда смуты прекратились, законоучители собрались в галилейском городе Уша на совещание. Здесь было решено возобновить деятельность Синедриона и вновь открыть упраздненные школы. Начальником Синедриона и патриархом палестинских евреев был избран Симон III, сын бывшего патриарха Гамлиеля II (140 г.). Главным же законоучителем, вместо Акивы, сделался его ученик Меир.
Имя "Меир" означает "светящий", - и современники говорили, что рабби Меир был светочем ума для своего народа. Еще при жизни своего учителя Акивы он удивлял всех своими обширными знаниями и остроумием. Он любил рассуждать и горячо спорить о самых трудных вопросах еврейского законоведения. "Кто видел Меира в школе во время ученых прений, тому казалось, что он переворачивает горы", - говорит предание. Увлечение учителя сообщалось и ученикам, и школа Меира была переполнена слушателями. Чтобы не утомлять слушателей трудными учеными рассуждениями, Меир часто вставлял в свои чтения занимательные рассказы, нравоучения и басни. Он сам сочинил много басен, в которых главную роль играла хитроумная лисица. За свои труды в качестве законоучителя Меир не получал никакого вознаграждения, а добывал себе средства к пропитанию простым трудом: он обладал очень красивым почерком и занимался перепиской книг.
Женой Меира была образованная и умная Берурия, дочь вышеупомянутого мученика Ханины бен-Терадиона. Народное предание много рассказывает о благородстве и твердости духа этой женщины. Однажды - говорит предание - в субботний день, Меир сидел в своей школе и читал лекцию, оставив дома жену и двух больных сыновей. Пока он возвратился из школы, мальчики умерли (дело было во время чумы). Не желая расстроить субботний покой мужа, Берурия накрыла покойников простыней, а сама вышла к Меиру спокойная и бодрая, затаив свое
горе в глубине сердца. Весь день она скрывала от мужа страшную истину и под разными предлогами не допускала его в комнату, где лежали дети. Когда наступил вечер, и Меир совершил молитву на исход субботы (гавдала), жена подошла к нему и сказала: "Учитель, я имею предложить тебе вопрос. Намедни кто-то отдал мне вещь на хранение, а теперь он явился и требует ее назад; обязана ли я отдать ее ему?" - "Разумеется, обязана", - ответил Меир. Тогда Берурия повела мужа в комнату, где лежали мертвые дети, и сняла с них покрывало. Меир громко заплакал. Но жена ему сказала: "Учитель, не ты ли говорил мне сейчас, что кто взял вещь на хранение, тот обязан возвратить ее по требованию владельца? Бог дал нам детей. Бог теперь взял их; да будет же имя Его благословенно!".
С именем Меира в народных преданиях связано воспоминание о великом и несчастном вольнодумце того времени, Элише бен-Авуе. Элиша был сначала товарищем Акивы и принадлежал к кругу лучших законоучителей, но впоследствии он стал изучать греческую философию и колебался в своей вере. В народе он прослыл отступником и получил имя "Ахер" (иной, переменившийся). Говорили, будто он отвлекал еврейских детей от веры отцов и дружил с врагами народа, римлянами. Товарищи и ученики покинули его; только Меир, некогда бывший его учеником, не покидал его. Когда Меира спрашивали, зачем он дружит с неверующим, он отвечал: "Я нашел гранатовое яблоко, плод я съел, а шелуху бросил" (т. е. принимаю у него только истинное знание, отбрасывая ложные мнения). Не раз Меир старался обратить Элишу на путь веры, но напрасно. Однажды Элиша ехал верхом в день субботний, а Меир шел за ним пешком и слушал его речи. Вдруг Элиша остановился и сказал: "Меир, вернись домой, ибо ты уже прошел больше того расстояния, которое дозволяется проходить в субботу". "Вернись же и ты (на путь истины), учитель!" - воскликнул Меир в ответ. "Нет, - отвечал Элиша, - мне уже нет возврата, ибо давно уже слышал я голос Бога: покайтесь, все заблудшие, кроме Ахера, который познал Мою силу и все-таки отверг Меня!".
Одновременно с Меиром действовал другой законоучитель из школы Акивы, Симон бен-Иохаи. Во время Адриановских смут Симон за какое-то резкое выражение против римского правительства был осужден на смертную казнь, но он успел вовремя бежать. Несколько лет скрывался он в пещере, скудно питаясь овощами и водой. Когда гонения в Иудее прекратились, Симон вышел из своего убежища и поселился в Тивериаде. До глубокой старости был он одним из главных духовных руководителей палестинских евреев. Он не любил остроумных словопрений, которые были в ходу в школе Меира, а старался объяснять просто смысл и значение каждого библейского закона. Позднейшие предания утверждают, будто Симон бенИохаи во время пребывания в пещере составил тайную священную книгу ("Зогар") и сделался чудотворцем. Доныне гробница Симона близ Цефата в Галилее привлекает ежегодно массу богомольцев.
51. Патриархи Симон III и Иегуда Ганаси. Как Синедрион в Явне после разрушения Иерусалима "Гитом, так действовал и Синедрион в Уше после неудачного восстания Бар-Кохбы. Цель нового Синедриона также состояла в том, чтобы объединить общими законами всех евреев, рассеянных по различным странам. Патриарх Симон III, подобно отцу своему Гамлиелю, стремился усилить власть Синедриона не только в Палестине, но и вне ее. Во время опустошения Палестины при Адриане евреи в Вавилонии учредили свой собственный синедрион, желая отделиться от своих палестинских братьев. Но когда порядок был восстановлен, патриарх Симон III отправил в Вавилонию посольство с требованием, чтобы тамошние евреи закрыли свой Синедрион и снова подчинились духовной власти палестинских законоучителей. Послы напомнили, что в Св. Писании сказано: "из Циона (Палестины) исходит учение", а не: "из Вавилонии исходит учение", при этом они указывали на опасность, грозящую единству еврейского народа от разделения духовной власти. Тогда вавилонские евреи покорились и снова признали над собою власть палестинского Синедриона.
Подобно своему отцу, Симон хотел поставить власть патриарха выше власти отдельных законоучителей и вследствие этого иногда имел с ними столкновения. Товарищами патриарха Симона по председательству в Синедрионе были упомянутый рабби Меир и другой ученый, по имени Натан из Вавилонии. Симон установил правило, чтобы ему, как патриарху, отдавали иначе честь, чем его товарищам, а именно: при входе патриарха в какое-нибудь собрание должны были вставать все собравшиеся, при входе же товарищей патриарха - лишь часть собравшихся. На это сильно обиделись Меир и Натан, которые по учености стояли гораздо выше патриарха. Они сговорились между собою, чтобы в следующем собрании ученых предлагать Симону такие трудные вопросы по законоведению, на которые он не мог бы отвечать; таким способом они надеялись унизить гордого патриарха. За это дурное намерение Меир и Натан были временно исключены из собрания ученых.
После смерти Симона III (170 г.) патриархом и начальником Синедриона сделался сын его Иегуда Ганаси (наси - князь, начальник). Новый патриарх, седьмой из рода Гилеля, соединял в себе способности хорошего правителя с обширной ученостью. Он поддерживал хорошие отношения с римскими властями и успешно отстаивал интересы своего народа. Если верить преданию, он находился в дружеских сношениях с одним из императоров Антонинов, вероятно, с философом Марком Аврелием. Обладая значительными родовыми богатствами, Иегуда вел княжеский образ жизни: этого требовал его сан представителя еврейского парода перед римским правительством. Такого же уважения к своему сану Иегуда требовал от всех законоучителей и членов Синедриона. При нем Синедрион достиг почти былого своего величия и имел полный состав членов (70), как во времена иерусалимского храма. Синедрион собирался сначала в Уше, а потом - в галилейских городах Тивериаде и Ципоре, где по большей части жил Иегуда Ганаси. Патриарх собственной властью назначал в общинах судей и учителей, от него зависело допущение законоучителей в Синедрион. При всей своей строгости, Иегуда отличался добротой и щедростью. Значительную часть своих богатств он употреблял на то, чтобы поддерживать несостоятельных ученых и учащихся. Многие школы содержались на средства щедрого патриарха. Даже из Вавилонии приезжали любознательные юноши в Палестину и здесь достигали ученых степеней, пользуясь покровительством Иегуды Ганаси.
52. Заключение Мишны. Самая важная заслуга Иегуды Ганаси состояла в том, что он, при помощи окружающих его ученых, собрал и окончательно привел в порядок все устные законы, выработанные еврейскими вероучителями в виде дополнений к писаным библейским законам; Иегуда опасался, чтобы "устное учение", передававшееся из рода в род, не было с течение времени забыто или искажено. Чтобы навсегда сохранить это учение, нужно было увековечить его в письменном памятнике. Эта работа, едва начатая при Акиве и Меире, деятельно продолжалась и была закончена при Иегуде Ганаси. При нем были включены в один сборник все законы, мнения и предания, хранившиеся в памяти ученых в течение нескольких столетий. Этот сборник получил название Мишна, то есть "Второучение", или дополнение к Моисееву первоучению, к Торе. Сначала Мишна была составлена только в качестве руководства для школ и законоведов, но с течением времени она сделалась священной книгой для народа и на нее смотрели как на прямое продолжение Моисеевой Торы.
Мишна (Второучение) состоит из шести отделов или "седарим": 1) Зераим, или собрание законов о посевах и поземельных обязанностях, о приношениях в пользу духовенства, бедных и т.п. Во главе этого отдела помещен трактат о молитвах и благословениях ("Берахот"), 2) Моэд, или законы о субботе, праздниках и постах, 3) Ношим - о браках, разводах и других вопросах семейного права, 4) Незикин - свод законов и рассуждений по гражданскому и уголовному праву; к этому отделу присоединен трактат "Абот", заключающий в себе нравоучительные изречения "отцов синагоги" от времен Великого Собора до Иегуды Ганаси, 5) Кодшим - законы о жертвоприношениях и обрядах иерусалимского храма, а также действующие законы о пище, 6) Тагарот, или законы о чистоте для священников и мирян. - Каждый отдел ("седер") разделяется на трактаты ("месихтот"), каждый трактат на главы ("пераким"), а каждая глава па статьи ("мишны" в узком смысле). Язык Мишны - древнееврейский, но с арамейскими оборотами речи и с примесью греческих и латинских терминов. Способ изложения в Мишне очень свовойразен. Рядом с законоположениями часто выставляются спорные мнения, которые высказывались различными учеными по поводу этих законоположений. При этом обыкновенно не указывается, какое именно мнение вернее, ибо книга предназначалась для ученых и учащихся, которые сами должны были определять степень верности того или другого мнения. Отсюда возникли впоследствии многочисленные толкования к Мишне, вошедшие в состав Талмуда.
Иегуда Ганаси занимал должность патриарха около сорока лет (до 210 г.). Перед смертью он передал сан патриарха своему старшему сыну Гамлиелю. Когда распространилась весть, что рабби Иегуда умирает, масса народа устремилась в Ципору, с тревогой справляясь о состоянии больного. Когда Иегуда скончался, никто не решался открыть возбужденной толпе страшную истину. Тогда верный ученик покойного, Бар-Капара, вышел к собравшемуся пароду в траурной одежде и сказал: "Ангелы и смертные боролись между собой за ковчег завета, ангелы победили - и священный ковчег похищен!". Народ понял, что означает это иносказание - и громкие рыдания огласили Ципору и ее окрестности. Вся дорога от Ципоры до Бет-Шеарим, куда отвезли для погребения тело патриарха, была усеяна пародом. В синагогах произносились речи о великих заслугах учителя, увековечившего "устное учение". Его потом так и называли просто Рабби (учитель), с опущением собственного имени. Иегуда Ганаси был последним из законоучителей, считавшихся творцами Мишны и известных под именем таннаев (учащие). Число таких таннаев, от Иоханана бен-Закая до Иегуды Ганаси, доходит до 120. Законоучители позднейшего времени назывались уже не таннаями, а "амораями" (толкователи).
Ближайшие ученики Иегуды Ганаси довели до конца начатое им дело собирания "устного учения". Хия, Ушая и другие собрали законы и отзывы ученых, которые не были включены в Мишну, и записали их в особых дополнительных сборниках, названных "Барайтой" и "Госефтой". Кроме того, появились книги имевшие целью связать Мишну и Тору путем толкова ния текста последней. Таковы: 1) Мехильта, или толкования текста на вторую часть Пятикнижия, 2) Сифра или Торат Коганим - толкования на третью часть Пятикнижия, где изложены законы о жертвоприношениях, 3) Сифре - толкования на законы последних двух частей Пятикнижия.

Глава 9
Евреи в Палестине до прекращения власти патриархов (200-425 гг.)

53. Патриархи и первые амораи. После Иегуды Ганаси не было уже в Палестине подобных ему патриархов, которые соединяли в себе сильную власть с большой ученостью. Сын и преемник Иегуды, Гамлиель III (с 210 г.), ничем не прославился. Внук составителя Мишны, Иегуда II Несиа, занимал должность патриарха более полувека (230-286 гг.). Он вел жизнь светского властелина и дружил с римскими сановниками. Тогдашний римский император Александр Север относился дружелюбно к евреям и уважал иудейскую религию. В покоях его дворца, рядом с изображениями греческих богов и героев, находилось также изображение родоначальника израильского племени Авраама. Над входом в императорский дворец были начертаны слова еврейского мудреца Гилеля: "Не делай другим того, что неприятно тебе самому!". Во время патриаршества Иегуды II Синедрион переместился из Ципоры в Тивериаду. Этот прекрасный город, стоящий на живописном берегу Генисаретского озера, сделался с тех пор постоянным местопребыванием патриархов и средоточием умственной деятельности палестинских евреев. Там находилась высшая школа законоведения, в которой преподавали лучшие законоучители.
Законоучители, жившие после заключения Мишны, назывались "амораями", то есть "толкователями". Первым из них был Иоханан бен-Нафха, в ранней юности посещавший школу Иегуды Ганаси. Иоханан основал в Тивериаде новую школу, куда стекались слушатели не только из Палестины, но даже из Вавилонии. В этой школе занимались исследованием собранных в Мишне законов, разбирали мнения прежних законоучителей, таннаев, и определяли в каждом случае, какое мнение верно и должно быть принято к руководству. Между новыми учеными были такие, которые считали Мишну второй Библией и не допускали никаких отступлений от ее слов. Но Иоханан держался того мнения, что законодательство должно изменяться и развиваться, а не стоять на одном месте. Поэтому он и его товарищи составляли дополнения (гемару) к Мишне, которая сама была дополнением к Библии. Главным сотрудником Иоханана в этом деле был Реш-Лакиш. Жизнь этого аморая была богата приключениями. В юности Реш-Лакиш скитался и сильно бедствовал. Нужда заставила его однажды бросить учение и поступить на службу в цирк, в качестве укротителя зверей. Тогда Иоханан, школьный товарищ Реш-Лакиша, спас его от нужды и бродячей жизни. Реш-Лакиш женился на красивой сестре Иоханана, возвратился к ученой деятельности и вскоре прославился как остроумнейший толкователь закона. Он нередко побеждал в школьных прениях даже своего ученого шурина.
После смерти этих двух первых амораев (около 280 г.), палестинские школы все более приходили в упадок. Вместо Иоханана и Реш-Лакиша, руководителями тивериадской школы сделались рав-Ами и рав-Аси; но при них эта школа уже не привлекала к себе такую массу учеников, как прежде. Многие ученые покидали Палестину и переселялись в Вавилонию, где еврейская наука процветала тогда в многочисленных академиях.
54. Христианские императоры Рима. В первые три столетия существования христианства римские императоры продолжали исповедовать языческую веру и часто воздвигали жестокие гонения на христиан. Только в начале IV столетия император Константин Великий обнаружил склонность к христианству. Приняв под свою защиту гонимых прежде христиан, он сначала не преследовал ни язычников, ни евреев. В 313 году он издал в Милане указ о том, что все религии в римском государстве пользуются одинаковой свободой. Но впоследствии Константин под влиянием христианского духовенства решил сделать христианство господствующей в государстве религией, а прочие религии подчинить ей. С тех пор стали преследовать евреев. Им запрещали обращать язычников или христиан в свою веру, ограничивали их гражданские права, налагали на них особенные, тяжелые подати. В 325 году Константин созвал в Никее, в Малой Азии, большой церковный собор, на котором было решено, чтобы христиане праздновали свою Пасху не одновременно с евреями, а в другие сроки, определяемые правилами церкви. С тех пор христианская религия все более стала отличаться от иудейской, а христиане все более отделялись от евреев.
При преемнике Константина, императоре Констанции, были запрещены браки между евреями и христианами. Стали мешать евреям изучать в синагогах свой закон, и поэтому многие законоучители должны были переселиться из Палестины в Вавилонию. В некоторых городах Палестины (Ципора, Тивериада, Лидда) выведенные из терпения евреи возмутились и напали а расположенных там римских солдат; но римский полководец Урсицин подавил восстание с крайней жестокостью (352 г.).
55. Император Юлиан и патриарх Гилель II. Надежда на лучшее время блеснула евреям в царствование племянника Константина, Юлиана, которого христиане прозвали Отступником. В юности Юлиан отступил от христианства, а сделавшись императором, решил восстановить в Римской империи языческую религию и древнюю греческую образованность. Будучи сам очень образованным человеком, Юлиан не притеснял христиан, но не позволял им также притеснять людей иной веры. С особенным сочувствием относился новый император к евреям, гонимым при его предшественниках. Он возвратил евреям все гражданские права и освободил их от лишних налогов. Не довольствуясь этим, Юлиан в особом послании к иудейским общинам возвестил им, что намерен на свой счет отстроить для них святой город Иерусалим (362 г.). В этом послании император почтительно называл тогдашнего еврейского патриарха, Гилеля II, своим "братом". Юлиан не замедлил исполнить свое обещание: он послал в Палестину чиновника с поручением приготовить все к постройкам в Иерусалиме. Был уже приготовлен строительный материал, были наняты рабочие, и началась уборка древних развалин, загромождавших улицы святого города, но тут произошло несчастье. Когда на месте старого иерусалимского храма рабочие стали копать фундамент, из глубины вскопанной земли вырвалось пламя и опалило нескольких рабочих. Народ увидел в этом какое-то страшное знамение Божие - и работы по постройке приостановились. Вскоре в Иерусалим пришла печальная весть, что император Юлиан погиб в походе против персов (363 г.). Вместе с ним погибла и последняя надежда иудеев на восстановление Иерусалима и храма.
При первых христианских императорах Рима патриархом палестинских евреев был упомянутый выше Гилель II. Вследствие гонений на нехристиан многие евреи покидали Палестину и переселялись в Вавилонию и другие персидские земли. Власть патриарха и Синедриона все более сокращалась. В прежние времена палестинский Синедрион делал ежемесячные наблюдения над состоянием луны (евреи считают месяцы и годы по луне, а не по солнцу) и через гонцов извещал общины Палестины и соседних стран на какой день приходится тот или другой праздник в ближайший месяц. Но когда в Палестине осталось мало евреев, а большая часть их была рассеяна по отдаленным странам, такой порядок оказался неудобным. Поэтому патриарх Гилель II составил первый еврейский календарь, по которому евреи всех стран могли бы сами определять числа каждого месяца и дни праздников, не дожидаясь известий от палестинского Синедриопа (359 г.). Таким образом была порвана последняя нить, связывавшая рассеянных в Передней Азии евреев с палестинскими законоучителями.
56. Последние патриархи. Иерусалимский Талмуд. Римские императоры после Юлиана окончательно утвердили христианство в своих владениях. Получив власть в свои руки, христианское духовенство в Римской империи сильно притесняло иноверцев, и в особенности евреев. Возбужденная проповедью своего духовенства, христианская чернь часто нападала на синагоги и разрушала их. Император Феодосии Великий еще иногда защищал евреев против подобных насилий, но после его смерти (395 г.), когда Римская империя окончательно распалась на Восточную и Западную (Византия со столицей Константинополь, Италия со столицей Рим), некому было заступиться за гонимых иноверцев. Византийские или восточные императоры всецело поддались влиянию епископов и других сановников церкви, которые смотрели на евреев как на безбожников. Феодосии II (408-450 гг.), по внушению духовенства, запретил евреям строить новые синагоги, занимать государственные должности и держать в своих домах христиан для услужения.
При Феодосии II жил последний еврейский патриарх в Палестине, Гамлиель VI. Император сначала утвердил Гамлиеля в его сане и присвоил ему звание "префекта (начальника) иудеев". Но когда патриарх позволил себе нарушить императорский указ, стеснявший права евреев (он своей властью разрешал строить новые синагоги), Феодосии лишил его почетного сана а затем совершенно упразднил должность патриарха в Палестине (около 425 г.). Так кончилась власть палестинских патриархов из рода великого законоучителя Гилеля, после трехвекового существования. Титул "патриарха" перешел к епископу иерусалимскому, высшему представителю восточной церкви.
В то же время пришли в упадок и школы палестинских евреев. В Палестине осталось уже очень мало законоучителей, преемников первых "амораев". Эти немногие законоучители решили собрать и записать все толкования и дополнения к Мишне, выработанные в прежних школах, для того чтобы эти толкования не затерялись при устной передаче. Собранные и записанные, все эти толкования и дополнения были присосдинены к Мишне под именем "Палестинской Гемары" (Гемара означает "дополнение" и вместе с тем "учение"). Мишна с Гемарой вместе получили впоследствии название Талмуд ("Учение"). Талмуд в том виде как он был составлен в Палестине, назывался Иерусалимским, в отличие от позднейшего Талмуда - Вавилонского. Время заключения Иерусалимского Талмуда совпадает приблизительно с эпохой последних патриархов.

Глава 10
Евреи в Вавилонии до заключения Вавилонского Талмуда (200-500 гг.)

57. Вавилонские евреи под властью Новоперсии. Евреи жили в Вавилонии с древнейших времен. По окончании вавилонского пленения, при Кире, не все изгнанники возвратились в Иудею, многие остались в Вавилонии и жили там особыми общинами, не смешиваясь с окружающим языческим населением. Пока существовал храм в Иерусалиме, вавилонские евреи поддерживали постоянные сношения со своими палестинскими соплеменниками: посылали жертвы для храма, а иные и сами отправлялись на большие праздники в святой город, на поклонение Богу. После разрушения Иерусалима римлянами связь вавилонских евреев с палестинскими поддерживалась тем, что и те и другие признавали над собой духовную власть Синедриона и великих законоучителей палестинских школ. Во время патриарха Иегуды Ганаси многие юноши приезжали из Вавилонии в Палестину, чтобы учиться в тамошних высших школах. Но после смерти Иегуды Ганаси, когда деятельность патриархов и Синедриона в Святой земле стала клониться к упадку, среди вавилонских евреев проявилось стремление к самостоятельной духовной жизни. Гонения, воздвигнутые на палестинских евреев христианскими императорами Рима, заставляли гонимых во множестве переселяться в Вавилонию, - и таким образом здесь размножались еврейские общины, к которым постепенно переходила "гегемония" (первенство) от палестинского еврейства.
После древних персов, покоривших Вавилонию при Кире, страной долгое время владели воинственные парфяне. Но в 226 году христианской эры пришел конец господству парфян. Персы возмутились против парфянского царя Артабана IV, свергли его с престола и избрали царем своего вождя Ардашира, из рода Сассанидов. Ардашир основал в Передней Азии сильное Новоперсидское государство, в состав которого входила и Вавилония. Вавилонским евреям эта перемена причинила сначала много горя. Новый царь восстановил древнюю религию персов, состоявшую в поклонении огню. Персидские жрецы, или "маги", стали притеснять иноверцев. Евреям запрещалось зажигать огонь в своих домах в дни персидских праздников, когда язычники совершали служение богу света Ормузду. Но эти притеснения продолжались недолго. Преемник Ардашира, воинственный царь Шабур I (241-272 гг.) возвратил евреям свободу вероисповедания и внутреннего управления. При нем и последующих персидских царях еврейские общины в Вавилонии процветали.
Самые большие и богатые общины находились в городах: Нагардее, Суре, Пумбадите и Махузе. Во главе всех еврейских общин стоял верховный начальник из евреев, носивший титул реш-галута, или экзиларх, что означает "начальник изгнанников". Экзилархи, подобно палестинским патриархам, вели свой род от царя Давида; власть их переходила от отца к сыну. Экзиларх считался высшим судьей и правителем вавилонских евреев. Через своих чиновников он собирал с евреев подати в пользу персидских царей, он назначал начальников для наблюдения за порядком в городах, населенных евреями, а также судей для разбора спорных дел. Экзилархи жили по-княжески, окруженные свитой чиновников и слуг. Персидские цари утверждали каждого нового экзиларха в его должности, и он считался одним из высших персидских сановников. Таким образом, евреи в Вавилонии, как некогда в родной земле, имели свое собственное внутреннее управление и могли свободно жить по своим законам. Эта внутренняя свобода (автономия) вызвала среди них подъем общественной деятельности и умственного творчества.
58. Рав и Самуил. Первые крупные еврейские школы в Вавилонии возникли вскоре после заключения Митны. Основателями их считаются: Абба Ариха, прозванный Равом, и Самуил Ярхинаи. В молодости оба эти ученые отправились из Вавилоняи в Палестину, чтобы там усовершенствоваться в науках в школе патриарха Иегуды Ганаси. Благодаря своим блестящим способностям, Абба и Самуил заняли первые места среди учеников патриарха и вскоре были возведены в звание законоучителей (рабби). После этого они возвратились в Вавилонию, решив посвятить все свои силы распространению знания на родине. Рабби Абба или Рав (учитель), как его для краткости называли, - открыл в городе Суре школу для изучения законов, по образцу палестинских школ (219 г.). Новая школа или академия ("иешива") привлекла множество слушателей; число их доходило иногда до 1200. Будучи богатым человеком, Рав содержал бедных учеников на свой счет. Чтобы дать возможность учиться и людям семейным или занятым, которые не могли поступать в школу в качестве постоянных слушателей, - устраивались ежегодно два раза, в конце зимы и в конце лета, большие академические собрания, известные под именем Калла. В этих собраниях, где присутствовали и постоянные воспитанники школы, и множество посторонних слушателей, повторялось вкратце все пройденное в школе за предыдущее полугодие. Тут же, накануне весенних и осенних праздников, читались общедоступные лекции для народа. Наплыв слушателей, приезжающих из разных городов Вавилонии на эти предпраздничные чтения, был так велик, что в Суре не хватало квартир для приезжих, и многим из них приходилось ночевать под открытым небом, на берегу Сурского озера. Такими способами распространялось знание во всех слоях народа.
Рав славился как великий законоучитель и первый толкователь Мишны (аморай) в Вавилонии. Он сочинял также гимны или молитвы для чтения в синагогах. Рав любил земледельческий труд и ставил его выше торговли. У него самого были большие поля в окрестностях Суры, и он лично наблюдал за их обработкой. Своему сыну Рав дал такой совет: "Лучше небольшой клочок земли, чем большой склад товаров". Около 30 лет заведовал Рав академией в Суре и умер в 247 году. Начал он свою деятельность при владычестве парфян, а кончил при господстве царей новоперсидских. Все вавилонские евреи при известии о смерти Рава наложили на себя 12-месячный траур.
Товарищ Рава, Самуил, заведовал академией в своем родном городе Нагардее. Эта академия существовала и раньше, но при Самуиле она впервые достигла славы и сделалась высшей школой еврейских наук. В отличие от других законоучитеяей, Самуил занимался не только исследованием религиозных законов, но и светскими науками: математикой, естествознанием и медициной. Как медик, Самуил приписывал происхождение большей части болезней испорченному воздуху. Любимейшим занятием его была астрономия в связи с календарными вычислениями. "Небесные пути, - говорил он о себе, - мне так же хорошо известны, как улицы Нагардеи". Самуил провозгласил одно правило, имевшее важное значение для евреев, рассеянных между другими народами. Он постановил, что общие гражданские законы каждого государства обязательны для всех евреев, живущих в этом государстве. Это значило, что законы, по которым евреи управляются в своей внутренней жизни, не должны противоречить законам тех государств, где евреи живут. Предание рассказывает, что персидский царь Шабур I лично знал и уважал ученого Самуила.
59. Вавилонские амораи. Рав и Самуил, принесшие с собой из Палестины учение Митны, были первыми "амораями" Вавилонии. Из основанных ими школ вышли многие славные ученые, которые, в свою очередь, учреждали школы и умножали число законоведов. То было замечательное время. Жажда знания охватила вавилонских евреев. Школа ценилась выше всего. Уважением в обществе пользовался не богатый, а ученый. Знание Мишны и множества устных к ней толкований сделалось обязательным для всякого образованного еврея. Еврейская наука, терявшая под собой почву в Палестине, поднялась и расцвела в Вавилонии. Главными академиями в Вавилонии считались сначала сурская и нагардейская. Но после смерти Самуила Нагардею постигло несчастье: пальмирский князь Оденат, в войне с персами, завоевал этот город и разрушил его (259 г.). Тогда академия из Нагардеи была на время перемещена в Пумбадиту.
Во главе сурской академии, после Рава, стоял Гуна. В молодости Гуна был скромным земледельцем; сделавшись ученым, он все еще продолжал сам обрабатывать свои поля; часто видели его возвращающимся вечером с поля, с заступом и лопатой на плечах. Впоследствии он разбогател, отдался науке и достиг почетного звания ректора сурской академии. Подобно Раву, Гуна содержал на свой счет несостоятельных учеников. Руководителем высшей школы в Пумбадите был Иегуда бен-Иехезкель. Он был чрезвычайно остроумен и часто устраивал в своей школе ученые споры, чтобы развивать умственные способности учеников. Пумбадитские ученые прославились как остроумнейшие спорщики: о них говорили, что они в своих рассуждениях способны "пропустить слона через игольное ушко". В то время пумбадитская академия приобрела большее значение, чем сурская. После Иегуды, начальником ее был Рабба бар-Нахмени, прозванный за свою горячность в ученых спорах "колебателем гор". При нем, во время предпраздничных народных чтений, в Пумбадиту съезжалось около двенадцати тысяч слушателей. Персидское правительство запретило евреям устраивать такие многолюдные съезды, а Раббу приказало арестовать. Рабба принужден был бежать из Пумбадиты и по дороге умер.
Пумбадитская школа особенно славилась при своем знаменитом руководителе Абае. Имя этого аморая часто встречается в Талмуде рядом с именем его товарища - Раввы (300-350 гг.). Абая заведовал академией в Пумбадите, а Равва - в городе Махузе. Между этими двумя учеными происходили постоянные прения по вопросам законодательства. Часто прения в их школах велись не для того, чтобы разъяснить тот или другой закон, а лишь для того, чтобы упражнять умственные способности учащихся. Абая и Равва ревностно заботились о распространении начального образования в народе; они следили за тем, чтобы в каждом городе была школа для юношества. По смерти Абаи большинство учеников пумбадитской академии перешло в Махузу, к Равве. Когда же умер и Равва, махузская академия также пришла в упадок. Вскоре Махузу постигла печальная участь: во время похода императора Юлиана, в Персию этот город был разрушен римскими войсками.
60. Рав-Аши и Вавилонская Гемара. Прошли два столетия с тех пор, как Рав и Самуил пересадили в Вавилонию палестинскую образованность. В течение этого времени сотни вавилонских амораев трудились над исследованием и расширением еврейских религиозных законов, правоведения и нравственного учения. Мнения и решения этих амораев излагались в академиях и передавались устно или в отрывочных записях. Таким образом, после заключения Мишны накопилось множество новых преданий, которые уже трудно было удерживать в памяти. Явилась потребность собрать и привести в порядок все эти устные предания, а затем записать их, чтобы они не пришли в забвение. Начало этому делу положил великий законоучитель рав-Аши (370-427 гг.).
Рав-Аши стоял во главе сурской академии. При нем эта академия снова достигла цветущего состояния, а глава ее прославился как самый ученый аморай в Вавилонии. Вся многолетняя ученая деятельность равАши была посвящена одной цели - собиранию устных преданий, выработанных в вавилонских школах, в качестве дополнений к Мишне. Вся совокупность этих преданий называлась Вавилонской Гемарой. Для достижения своей цели рав-Аши во время больших народных собраний в Суре читал слушателям определенные отделы Мишны в связи с относящимися к ним толкованиями амораев, то есть в связи с Гемарой. В течение тридцати лет была таким образом изложена в лекциях вся Мишна вместе с Гемарой, и этим было положено начало составлению Талмуда Вавилонского. За свои великие заслуги рав-Аши удостоился высшего ученого звания "Раббену" (наш учитель); потомство ставило его рядом с Иегудой Ганаси, составителем Мишны. Во время его управления сурской академией Сура сделалась местопребыванием еврейских экзилархов, которые раньше жили в Нагардее и Пумбадите. Ежегодно, после осенних праздников, устраивался в Суре особый народный праздник в честь экзиларха, как светского начальника вавилонских евреев.
61. Заключение Талмуда. После смерти рав-Аши гражданское положение вавилонских евреев ухудшилось. При царе Иездегерде II (438-457 гг.) в Новоперсидской империи возобновились гонения на иноверцев, не признававших огнепоклоннической религии Зороастра. По наущению персидских жрецов, или "магов", царь преследовал христиан и евреев, живших в его государстве. Евреям запрещалось даже праздновать субботу. Эти гонения усилились еще при следующем персидском царе, Фирузе, которого евреи прозвали "злодеем" (рашиа). В городе Испагани произошло столкновение между магами и евреями, причем два мага были убиты. За это Фируз велел вырезать половину еврейского населения Испагани, а еврейских детей отдать в персидские храмы, чтобы приучить их служить богу огня. Экзиларх вавилонских общин ГуниМари и два законоучителя были заключены в темницу и затем казнены (470 г.). Еврейские школы в Вавилонии были закрыты, а юные ученики насильственно обращались в религию персов. Тогда евреи стали массами выселяться из Вавилогош. Многие переселились в соседнюю Аравию, где с древнейших времен жило племя воинственных евреев, ведаик кочевую жизнь; часть переселенцев проникла оттуда в далекую Индию.
В это бедственное время оставшиеся в Вавилонии еврейские ученые решили приступить к полному письменному изложению устного учения, накопившегося после Мишны. Собирание устных преданий, начатое при рав-Аши, деятельно продолжалось после его смерти его преемниками и учениками. Закончить эту работу выпало на долю амораев, живших в конце V столетия христианской эры. В это время, после смерти жестокого Фируза, гонения на евреев в Вавилонии прекратились; академии в Суре и Пумбадите вновь были открыты. Начальником первой был аморай Равина, прозванный "последним амораем". Под его руководством ученые приступили к составлению Вавилонской Гемары. Они изложили все собранные раньше устные толкования и дополнения к Мишне в одном своде законов и мнений - и объявили этот свод "заключенным", то есть запретили прибавлять или изменять в нем чтонибудь. Вавилонская Гемара была распределена по порядку отделов и статей Мишны, так что за каждой статьей Мишны следовали относящиеся к ней толкования и рассуждения Гемары. Соединенные вместе, Мишна и Вавилонская Гемара составили огромный письменный памятник, получивший имя Талмуда Вавилонского (в отличие от более краткого и неполного Талмуда Иерусалимского). Таким образом, рав-Аши начал составление Талмуда, а Равина закончил его спустя 75 лет. Равина считается последним амораем, он умер в 499 году. Поэтому 500-й год христианской эры признается годом заключения Талмуда (430-й год после разрушения Иерусалима Титом).
62. Содержание Талмуда. Галмуд - это обширный сборник, состоящий из полусотни больших и малых трактатов (в печатных изданиях обыкновенно от 12 до 20 больших томов). Здесь сосредоточена большая часть того, что создано было еврейской мыслью от заключения библейской письменности до конца пятого века христианской эры. Это не произведение одного или нескольких ученых мужей, а памятник духовного творчества еврейского народа в течение семи столетий. Талмуд не похож на обыкновенный "свод законов", ибо в нем, кроме законов религиозных и гражданских, содержится еще масса сведений по другим отраслям знания, философии и морали. Сама законодательная часть изложена в Гемаре не в виде окончательных решений, а в форме рассуждений или прений между законоучителями. Объясняется это тем, что Талмуд, как означает и само его название (изучение, наука), был составлен первоначально не только в качестве книги законов, образующей дополнение к Библии, но также в качестве школьного руководства, по которому всякий еврей мог бы учиться, упражнять свой ум. Вместе с тем эта книга должна была служить для народа источником общих знаний и нравственных поучений. В Талмуде, наряду с религиозными и гражданскими законами, встречаются сведения по астрономии, медицине и естественным наукам, а чаще всего - нравственные поучения, философские мысли, исторические рассказы, народные предания.
Каждая книга Талмуда, по своему содержанию, состоит из двух слитых между собой частей: из галахи и агады. В галахе подробно обсуждаются и дополняются законоположения Мишны и указывается связь этих законов с библейскими. В агаде главное место занимают нравственные поучения, беседы о разных явлениях жизни, исторические предания. Изучающий Талмуд, утомленный трудными рассуждениями и словопрениями галахи, отдыхает на агаде, где он находит приятное и занимательное чтение. Здесь, среди прекрасных рассказов и преданий, разбросаны мудрые изречения, заключающие в себе самые возвышенные нравственные истины, какие высказывались после появления Библии. Впоследствии, когда Талмуд сделался предметом изучения в школах и синагогах, всякий находил в нем богатую пищу для ума: ученый углублялся в остроумные рассуждения галахи, а средний человек с увлечением читал поучительные рассказы и мудрые изречения агады.
В Талмуде, то есть в соединенных Мишне и Гемаре, древнее библейское законодательство завершило свое развитие. К законам Моисеевым прибавлена была огромная масса новых законов и обрядов, которым должен подчиняться еврей в своей домашней, общественной и духовной жизни. Каждая заповедь Торы разветвлялась в Талмуде на множество заповедей. Например, Тора предписывает отдыхать в субботний день от обычных работ; Талмуд же запрещает в субботу даже такие действия, которые не принадлежат к числу работ (носить мелкие вещи, зажечь свечу, сорвать цветок и т.п.). К запрещенным Библией родам пищи Талмуд прибавил множество новых. Нелегко было еврею соблюдать все эти многочисленные законы и обряды, но последние были необходимы ввиду особого положения еврейского народа. Евреи были рассеяны по всем частям света; для того чтобы они составляли один народ и нс могли смешаться с окружающими племенами, нужно было, чтобы евреи повсюду строго подчинялись законам своей веры и сохраняли свои национальные обычаи, отличающие их от прочих народов. К этой цели направлено все законодательство Талмуда. И этому законодательству действительно удалось сохранить еврейскую нацию в целости, вопреки всем гонениям, которым евреи подвергались в разных странах за свою веру и народность.
Вавилонский Талмуд сходен с Иерусалимским только в том, что у них Мишна одинаковая; Гемара же у них различная, причем в Вавилонском Талмуде она гораздо более обширна и полна. Вот почему впоследствии особенно сильно распространился, как свод законов и научное руководство, Вавилонский Талмуд Язык Вавилонского Талмуда состоит из смеси слов еврейских и арамейских (халдейских). В Мишне составленной в Палестине, преобладают еврейские слова и формы; в Гемаре же - арамейский язык, который был весьма близок к тогдашней разговорной речи вавилонских евреев.

Глава 11
Евреи на Востоке до конца эпохи гаонов (500-1040 гг.)

63. Смуты в Персия. Сабураи. После заключения Талмуда евреи в персидской Вавилонии переживали тревожные времена. Они сильно терпели от произвола сатрапов (провинциальных наместников) и от фанатизма магов, жрецов религии огня. В начале VI века страдания евреев дошли до того, что часть их восстала против персидского правительства. Во главе восставших стоял молодой еврей - экзиларх Мар-Зутра. Воинственный экзиларх изгнал персов из города Махузы и утвердился там со своей дружиной, в качестве независимого еврейского князя. Семь лет продолжалось княжение Мар-Зутры, но потом войска персидского царя завоевали Махузу, схватили Мар-Зутру и повесили его у махузского моста (около 520 г.). Евреев еще больше стали преследовать и притеснять.
В течение семидесяти лет после этого положение евреев под персидским владычеством менялось то к лучшему, то к худшему, исходя из того, какой царь управлял государством. Порядок и спокойствие в еврейской жизни упрочились только при последнем персидском царе Хозрое II (590-628 гг.), который прославился как завоеватель и мудрый правитель. При нем еврейские общества в Вавилонии снова стали управляться своими светскими начальниками, экзилархами, и своими законоучителями, стоявшими во главе талмудических школ.
Законоучители того времени назывались уже не "амораями", как прежде, а "сабураями", что означает "высказывающие мнение". Так как Талмуд был уже заключен, то к нему нельзя было прибавлять новые законы, а можно было только изучать и объяснять содержащиеся в нем законоположения. Это делали сабураи. Они изучали письменный текст Талмуда, исправляли его ошибки, вставляли иногда свои краткие объяснения, размещали отделы в известном порядке. Главные талмудические школы находились по-прежнему в двух вавилонских городах - Суре и Пумбадите.
64. Евреи в Сирин и Палестине под властью Византии. Когда великая Римская империя распалась па две половины: Восточную, или Византию, и Западную, или Италию (выше, 56), - Сирия и Палестина отошли к Византии. Здесь положение евреев было еще хуже, чем в Персии, так как христианская Византия вообще притесняла иноверцев. Христианское духовенство ненавидело евреев за то, что они оставались при своей старой вере, и побуждало императоров издавать для них стеснительные законы. У евреев постепенно отнимали свободу вероисповедания и другие гражданские права, но заставляли исполнять все гражданские обязанности и платить тяжелые государственные налоги. Византийский император Юстиниан (527-565 гг.) писал в своем указе о евреях: "Пусть стонут эти люди под тяжестью повинностей, но пусть не пользуются никакими почетными званиями; они должны оставаться в том же презренном состоянии, в каком они сами оставляют свои души". В "Юстинианов кодекс" (свод государственных законов) был включен ряд стеснительных для евреев предписаний. Видя беззащитность еврейских жителей, византийская чернь часто нападала на них, грабила и убивала.
Особенно угнетали евреев на их прежней родине, в Палестине. Византийцы строили здесь для себя церкви и монастыри, а евреям запрещали строить новые синагоги вместо разрушавшихся старых. В некоторых местах им вовсе запрещали селиться. Их не пускали даже в святой город Иерусалим. Значительная еврейская община осталась только в городе Тивериаде, где некогда жили иудейские патриархи. Много евреев жило также в Сирии, особенно в большом городе Антиохии, населенном греками-христианами.
Притеснения и обиды со стороны византийских христиан крайне раздражали евреев и доводили их иногда до открытого возмущения. В Антиохии между ними и греками произошло однажды кровопролитное столкновение. На этот раз евреи одержали верх: они убивали своих врагов, бросали их в огонь и даже умертвили антиохийского патриарха Анастасия. Но вскоре это восстание было подавлено, многие евреи были казнены или изгнаны из страны по приказанию императора Фоки (608 г.).
Через несколько лет евреи снова воспользовались случаем, чтобы отомстить своим притеснителям. В то время шла война между персидским царем Хозроем II и византийским императором Гераклием. Персы вступили в Сирию и приближались к Палестине. К ним примкнули палестинские евреи для совместной борьбы против ненавистных византийцев. Богатый Вениамин Тивериадский давал средства на вооружение своих соплеменников. В 614 году персы при помощи еврейских отрядов взяли приступом Иерусалим где евреям раньше строго запрещалось жить. Отсюда победители устремились в другие палестинские города, убивая везде монахов, разрушая церкви и монастыри с таким же остервенением, с каким византийская чернь прежде разрушала еврейские синагоги и школы. Около четырнадцати лет продолжалось владычество персов в Палестине. Но когда Хозрой был свергнут с престола и в Персии начались смуты (628 г.), византийцы снова усилились. Гераклий вновь покорил Палестину и жестоко наказал евреев за их союз с персами. Много евреев было перебито, а другие бежали в Египет. Недолго, однако, пользовались византийцы властью в Палестине. В то время на Востоке стала быстро распространяться религия Магомета; принявшие эту религию воинственные арабы отняли в Азии господство и у язычников-персов, и у христиан-византийцев.
65. Евреи в Аравии и Магомет. На Аравийском полуострове евреи жили с древнейших времен. Часть их поселилась там еще во время существования Иудейского государства, многие бежали туда позже из византийских и персидских земель. Арабы смотрели на евреев как на родственное им племя, ибо арабы вели свой род от Исмаила, сына родоначальника еврейского племени Авраама. И действительно, оба эти народа принадлежали к семитской расе и говорили на сходных между собой наречиях. Аравийские евреи и по образу жизни мало отличались от туземцев. Они жили в виде мелких "колен", или родов, называвшихся по имени общего предка (например: Бену-Кайнукаа, Бену-Надир, т. е. потомки Кайнукаа и Надира). Старший в роде считался его начальником. Евреи занимались скотоводством, но многие также вели торговлю с Индией, Персией и Византией. Подобно арабам, они отличались воинственным духом Только религия отличала их от арабов, которые были еще язычниками. Но в VI веке христианской эры еврейская вера стала распространяться среди арабов. Целые их роды иногда обращались в иудейство, следуя примеру своих старейшин. Переход в иудейство облегчался для арабов тем, что обрезание младенцев мужского пола было у них в обычае с древнейших времен.
В начале VI века в Южной Аравии, или Йемене, образовалось небольшое государство, где еврейская религия была господствующей. Йеменский царь Абу-Кариба, познакомившись с еврейскими мудрецами, принял иудейство и обратил в эту веру многих арабов (500 г.). Преемник его, молодой Юсуф Ду-Новас, был ревностным приверженцем иудаизма и сделался горячим защитником новых своих единоверцев. Узнав, что в Византийской империи христианские цари и духовенство притесняют евреев, Юсуф решил отплатить за это жившим в его государстве христианам. Он велел хватать проезжавших в Индию через Йемен византийских купцов и казнить их; он обложил всех христиан своего царства тяжелыми податями и притеснял их так же, как притесняли византийские императоры подвластных им евреев. Этим Ду-Новас возбудил негодование христианских царей, до которых дошли слухи о гонениях на христиан в Йемене. На помощь последним явился царь близкой Эфиопии (Абиссинии), Элесбаа, исповедовавший христианскую веру. Полчища зфиопов ворвались в Йемен и принялись опустошать страну. Арабо-еврейское войско Ду-Новаса не могло устоять против них. Предвидя неизбежную гибель, ДуНовас, чтобы не попасть в руки врагов, вскочил верхом на коне на высокий утес и бросился оттуда в море (530 г.). Так пало еврейское царство в Аравии.
Постоянное общение евреев с арабами подготовило последних к принятию веры в Единого Бога. В начале VII века появился в Аравии основатель новой религии, которая, подобно христианству, была основана на еврейском Священном Писании. То был арабский пророк Магомет. В юности Магомет вращался среди евреев и познакомился через них с Библией и основами единобожия. Эти религиозные понятия он впоследствии соединил с арабскими преданиями и создал новую религию - ислам ("преданность Богу"). Он объявил себя вдохновенным пророком, которого Бог послал, чтобы преобразовать "веру Авраама". Первая истина его религии гласила: "Нет Бога, кроме (Единого) Бога, и Магомет - Его пророк!". Многие арабы приняли новую веру и признали Магомета пророком. Сначала Магомет пытался склонить к своему учению и евреев, но они, за исключением немногих, не хотели признать его Божьим посланником, стоящим выше библейских пророков. Поэтому, когда основатель ислама утвердился в городе Медине (622 г.) и получил власть над массой "правоверных" арабов, он вступил в борьбу с евреями. Распространяя свою религию "посредством меча", Магомет и его воины нападали на еврейские племена Бену-Кайнукаа и Бену-Надир. Евреи оказывали мужественное сопротивление, но не могли устоять против арабских воинов; многие из них бежали в другие страны, а попавшие в плен были казнены по приказанию "пророка". Одну из пленниц-евреек, красивую Зайнаб, пророк взял себе в жены. Эта храбрая женщина решила отомстить врагу своего народа и поднесла однажды Магомету кусок отравленного мяса. Один из приближенных "пророка", отведавший этого мяса, умер, сам же пророк, успевший выплюнуть отраву, спасся от смерти. Когда Магомет спросил Зайнаб о причине ее поступка, она ответила: "Ты причинил моему народу неимоверные страдания - и я поэтому думала, что если ты только простой завоеватель, то я, отравив тебя, доставлю моему народу спокойствие, если же ты пророк, то Бог тебя предупредит о моем намерении - и ты останешься невредимы. Магомет велел ее казнить.
Этими столкновениями объясняется то обстоятельство, что в "Коране" - священной книге магометан - сохранилось много враждебных отзывав Магомета о еврействе. Сначала евреям действительно приходилось много страдать от религиозной нетерпимости магометан, но в позднейшее время вражда двух родственных религий ослабела и евреи в магометанских странах могли жить спокойнее, чем в христианских.
66. Первые халифы. Новые экзилархи. Перед смертью Магомет завещал арабам распространять его религию во всем мире посредством оружия. Как только пророк умер (632 г.), воинственные арабы ворвались во все страны Передней Азии, провозглашая: "Нет Бога, кроме Бога, и Магомет - Его пророк!". Первые арабские халифы (наместники пророка) были отличными полководцами. Во главе своих войск они завоевали Сирию, Палестину, Персию и Египет. Особенно прославился второй халиф, храбрый Омар. В 638 году он отнял у византийцев Палестину. Овладев Иерусалимом, он заложил там мечеть (магометанский храм) на месте бывшего храма иудейского. Иерусалим, бывший раньте священным городом для евреев и христиан, сделался отныне священным и для магометан, или "мусульман" (правоверных). Омар не позволял евреям жить в этом городе и вообще притеснял как их, так и христиан.
В завоеванных арабами Персии и Вавилонии положение евреев упрочилось при четвертом халифе, Али (660 г.). Покорив все страны Передней Азии и Северной Африки, победители-арабы успокоились и стали водворять порядок в завоеванных странах. Арабские халифы давали евреям полную свободу во внутреннем их управлении. Евреи в Вавилонии вновь получили право иметь над собою начальника из своих соплеменников. Первым таким начальником, или экзилархом, при господстве арабов был Бостанай, потомок прежних экзилархов, ведших свой род от царя Давида. Предание рассказывает следующее о том, как Бостанай достиг власти. Один царь велел истребить весь род еврейских экзилархов в Вавилонии. Приказ был исполнен, осталась в живых только вдова убитого экзиларха Ханиная, которая была беременна и тоже ожидала смерти. Вдруг ночью царю приснилось: будто он срубил все деревья роскошного сада ("бостан"), но когда он поднял секиру на последнее дерево, пред ним явился седой старец, который ударил его по лицу секирой так, что царь упал, обливаясь кровью. Царь стал умолять старца о пощаде и поклялся, что не тронет последнего дерева и будет его оберегать. Проснулся царь и заметил у себя на лбу следы крови. Тогда призвал он к себе одного еврейского мудреца, который растолковал ему сон так: срубленный сад - это род иудейского царя Давида, уцелевшее дерево - это дитя, которое вскоре родит вдова убитого экзиларха. Царь велел окружить вдову наилучшим уходом, и когда она родила сына, дал ему имя Бостанай, по имени сада, или "бостана", виденного им во сне. Бостанай, к радости всех вавилонских евреев, вырос и приобрел большие познания в религиозных законах. Царь любил скромного и кроткого юношу и назначил его экзилархом. Арабские халифы утвердили Бостаная в сане экзиларха, а один из них дал ему в жены прекрасную Дару, дочь персидского царя, которая попала в плен после покорения Персии арабами.
67. Экзилархи и гаоны. После смерти халифа Али во всех владениях бывшей Персии царствовали халифы из арабского рода Моавия, или Омайады (661 - 750 гг.). Столица их находилась в главном городе Сирии, Дамаске. При этих халифах самоуправление евреев в Вавилонии окончательно упрочилось. Установилась двоякая верховная власть над еврейскими общинами: светская и духовная. Светская власть принадлежала экзилархам из рода Бостаная. Они были представителями вавилонских евреев перед халифами и местными арабскими властями. Экзилархи вели жизнь богатых и влиятельных сановников, носили роскошные одежды в знак своего достоинства, имели свою почетную свиту и выезжали в парадных каретах. Доходы на содержание своего двора экзиларх получал с известных округов, по указанию халифа, а также имел право облагать подвластные ему общины особыми податями.
Представителями духовной власти у вавилонских евреев были начальники двух главных талмудических школ или академий, находившихся в Суре и Пумбадите. Эти начальники получили новый титул: гаоны, что означает "великие, превосходительные". Сурский гаон считался старшим духовным сановником, а пумбадитский - вторым после него. Наравне с экзилархом, гаоны были верховными судьями евреев. Хотя сан экзиларха был наследственным в роде Бостаная, тем не менее утверждение в этом сане зависело от обоих гаонов. Для этого установлено было особое торжество. Почетнейшие представители еврейских общин и ученые, с гаонами Суры и Пумбадиты во главе, вводили новоизбранного экзиларха в синагогу при большом стечении народа. В субботнее утро в синагоге происходило торжественное богослужение, при котором экзиларх восседал на высокой, роскошно убранной трибуне, имевшей форму башни. Тут прежде всего подходил к трибуне сурский гаон, преклонял пред экзилархом колено и затем садился рядам еним справа, то же делал и пумбадитский гаон, садясь затем с левой стороны князя. Чтение Торы открывал сам экзиларх, который после этого произносил какую-нибудь ученую проповедь; если же он не мог сам читать проповедь, то за него говорил сурский гаон. В заключение читалось особое благословение ("Иекум пуркан") экзиларху, главам академий, всем законоучителям и учащимся и всем еврейским общинам, поддерживавшим академии своими пожертвованиями. Все торжество заканчивалось парадным шествием из синагоги во дворец экзиларха, где давали обед ученым и знатным особам, а также арабским государственным сановникам.
Во внутренней жизни евреев гаоны имели еще большее значение, чем экзилархи. Еврейские общества управлялись в то время по своим собственным законам, изложенным в Библии и Талмуде; главными же законоведами были гаоны, которые поэтому имели большое влияние на жизнь народа. Заведуемые ими академии в Суре и Пумбадите были переполнены учеными и учащимися. Здесь изучали и толковали Талмуд и разъясняли его законы. Ученые из различных мест собирались сюда дважды в год, весной и осенью, и под руководством гаонов обсуждали все дела, касающиеся общественной и духовной жизни евреев. Не только из Вавилонии, но и из других стран обращались к гаонам за разъяснением спорных религиозных вопросов, гаоны давали свои решения по этим вопросам, и таким образом они сделались законодателями для евреев всех стран, где господствовали арабы. Еврейские общины Персии, Сирии, Палестины и Египта имели постоянные сношения с вавилонскими: все они объединились под общей духовной властью гаонов. Один из вавилонских гаонов, Ахай переселился в Палестину и там написал свою знаменитую книгу "Шеелтот" ("Вопросы"), которая заключает в себе разъяснения талмудических законов и религиозные поучения. Благодаря деятельности гаонов, среди евреев всех стран распространялось знакомство с Талмудом, который таким образом сделался священной книгой для народа.
68. Багдадский халифат. Секта караимов. В VIII веке в Восточном халифате начались смуты, приведшие к падению дамасской династии Омайадов. Последний дамасский халиф погиб в борьбе, и царская власть перешла к новому роду - Абассидов. Абассидский халиф Аль-Мансур (754 г.) перенес столицу арабского государства из Дамаска в город Багдад в Вавилонии. Отсюда все государство получило название: Багдадский халифат. Оно включало Персию, Вавилонию, Армению, Сирию, Палестину и Египет. Евреи всех этих стран, таким образом, входили в состав одного государства. Их главный духовный центр по-прежнему оставался в Вавилонии, там находились их экзилархи и гаоны, управлявшие всеми еврейскими общинами.
В это время среди евреев произошел религиозный раскол. Многие были недовольны тем, что Талмуд сделался почти такой же священной книгой, как Библия; они находили крайне стеснительными строгие законы, установленные Талмудом, и не хотели подчиняться им. Как некогда цадукеи восстали против "устного учения", так и теперь появилась партия, которая утверждала, что от Бога исходят лишь законы Торы, а не законы Талмуда. Во главе этой партии стал Анан бен-Давид, из рода вавилонских экзилархов.
Около 760 года умер один экзиларх, не оставив детей. Между двумя родственниками его, братьями Ананом и Хананией, возгорелся спор: каждый хотел получить для себя сан экзиларха. Ученые сурской и пумбадитской школ и тамошние гаоны отвергли Анана, как вольнодумца, и выбрали экзилархом его брата. Приверженцы Анана возмутились и признали его своим экзилархом. Споры дошли до халифа Аль-Мансура. Халиф принял сторону избранного гаонами экзиларха и велел посадить Анана, главаря раскольников, в темницу. Когда Анана освободили из заключения, он покинул Вавилонию и переселился со своими приверженцами в Палестину. Ожесточенный против гаонов, Анан открыто выступил против талмудического иудейства. Он образовал из своих последователей особую религиозную общину, или секту. Подобно древним цадукеям, он приписывал божественное происхождение только библейским законам; все же религиозное законодательство, выработанное под именем "устного учения" со времен Эзры и вошедшее в Талмуд, он считал творением людей. Устное учение, по мнению Анана, не обязательно, оно составляет даже прямое нарушение библейского завета, гласящего, что к закону Моисееву нельзя ничего прибавить и от него ничего нельзя убавить. Любимым изречением Анана было: "Ищите хорошо в Писании!". Последователи этого учения называли себя сначала ананитами, по имени своего учителя, но впоследствии присвоили себе наименование караимов, то есть "людей писания", или библейцев. Своих противников они называли "раббанитами" - приверженцами учителей Талмуда, носивших титул "рабби. Боясь преследований в Вавилонии, где была сильна власть гаонов, караимы переселялись в Палестину. Анан, как гласит предание, построил особую синагогу для своей общины в Иерусалиме. Свое вероучение ок изложил в "Книге законов" ("Сефер га-мицвот"), от которой сохранились только немногие отрывки.
Караимы отличались от талмудистов в способах исполнения важнейших законов и обрядов. Субботу они соблюдали очень строго. Придерживаясь буквального смысла Библии, они не зажигали огня даже до наступления субботнего вечера и проводили этот вечер в потемках, не употребляли горячей пищи в субботу, старались не отлучаться в этот день из своих домов, не делали никаких работ даже для опасно больных, и т. п. (Позднейшим караимским ученым пришлось смягчить эти субботние строгости.) Установленный при патриархе Гилеле II еврейский календарь караимы отменили и снова ввели первобытный способ определения дней праздников по наблюдениям за новолунием. Пятидесятницу (Шевуот) они праздновали в 50-й день после первой пасхальной субботы, что выходило всегда в воскресенье. Пасхальную "мацу" (опресноки) они пекли непременно из ячменной муки, чтобы она напоминала о "хлебе бедности", как говорится в Пятикнижии. В праздник Кущей караимы не употребляли пальмового и миртового букетов при богослужении, а только украшали ими свои кущи. Хануку, или национальный праздник Хасмонеев, они вовсе не праздновали, так как о нем не упоминается в древних книгах Библии, но Пирум праздновался ими два дня. Пост по случаю разрушения Храма караимы перенесли с 9-го дня месяца Ава на 10-й. Караимы изменили также содержание и порядок молитв, законы о пище и убое скота; у них запрещены браки даже между дальними родственниками. Иные религиозные законы соблюдались у караимов еще строже, чем у талмудистов. Основатель караимской секты Анан умер, по преданию, в Палестине. Караимы считали его святым человеком, талмудисты же проклинали его, как вероотступника. Вражда между сектантами и талмудистами была так сильна, что они не заключали между собой браков и не ели вместе, как последователи двух различных религий. Мало-помалу караимы совсем отделились от большинства еврейского народа и составили как бы особую народность, как некогда самаритяне. Ученики и преемники Анана во многом изменили V дополнили его учение.
69. Умственная жизнь во время гаонов. В Багдаде ком халифате, существовавшем около 200 лет, арабы достигли наивысшей степени своего культурного развития. В этом обширном государстве процветали торговля и промышленность, развивались науки и искусства. Распространению образованности содействовали просвещенные халифы, вроде Гаруна аль-Рашида и Аль-Мамуна (786-833 гг.), имена которых прославитись во всем мире. Евреи не отставали от арабов в умственном развитии. Кроме людей, занимавшихся изучением Талмуда и религиозной письменности, были среди евреев ученые астрономы, медики, математики и философы, писавшие свои сочинения на арабском языке. В то время талмудистам часто приходилось спорить с караимами о правильном толковании тех или других мест Библии. Эти споры привели к тому, что еврейские ученые стали больше заниматься исследованием библейского языка и его грамматики. (Евреи на Востоке говорили и писали тогда по-арамейски или по-арабски.) Прежде всего надо было установить правильное чтение библейского текста. Священные книги писались с древнейших времен без гласных знаков, т. е. точек и черточек, заменяющих в еврейском языке гласные буквы. Правила для чтения этого сплошного текста, состоявшего из одних согласных букв, хранились в устных преданиях и назывались "массорами" (предания); они были известны опытным чтецам, переписчикам Библии и вообще людям книжным. Для народа же чтение Библии без гласных знаков было крайне затруднительно. Вдобавок такое чтение допускало весьма частые ошибки, ибо в еврейском языке одно и то же слово может иметь различные значения, смотря по тому, какие гласные знаки к нему приставить. И вот в VIII веке еврейские ученые в Вавилонии и Палестине выработали целый ряд знаков, которые ставились под или над буквами библейского текста и показывали, как надо читать всякое слово. В словах, допускавших разночтение, установлен был один обязательный способ чтения, на основании древних преданий, или "массор". Ученые, занимавшиеся этим, получили название "массоретов".
Изучение библейского языка приохотило многих писать на этом языке. Сочинялись молитвы и религиозные гимны в своеобразных стихах. Такие стихи назывались "пиутим", сочинители их - "пайтаны" (поэты). Многие из этих гимнов читались в синагогах, в виде дополнений к праздничным молитвам, и вошли в состав "Махзора".
70. Гаон Саадия. Во время арабского владычества на Востоке духовные вожди еврейства - гаоны - выдвинули из своей среды немало выдающихся деятелей. Но никто из них не приобрел такой славы, как гаон Саадия бен-Иосиф. Саадия был не только законоведом-талмудистом, но и великим мыслителем, усвоившим себе все науки того времени. Он родился в 892 г. в Египте, где тогда процветала арабская образованность. Изучив еврейскую и арабскую письменность, Саадия с юных лет начал писать книги. На 23-м году он написал по-арабски сочинение против караимов под заглавием "Опровержение Анана". Здесь он доказывал, что библейское учение не может существовать без устных преданий, изложенных в Талмуде, ибо многие законы Библии выражены неясно, и иные основы веры (как, например, воздаяние после смерти) даже не указаны в Пятикнижии. Сочинение Саадии вызвало бурю среди караимов. Известнейшие караимские ученые возражали молодому писателю в целом ряде книг, защищая свое учение. Саадия отвечал им и в то же время писал сочинения по еврейской грамматике и переводил Библию и Мишну на арабский язык. Ученые труды Саадии и его славная борьба с караимами сделали его имя известным далеко за пределами Египта.
В это время умер главный гаон в Суре, в Вавилонии. Вавилонские законоучители пригласили на эту почетную должность Саадию, которому тогда минуло только 36 лет (928 г.). Саадия прибыл из Египта и занял место начальника древнейшей вавилонской академии, но ненадолго. Вскоре возгорелся спор между ним и тогдашним экзилархом, Давидом бен-Закаем. Экзиларх Давид решил какой-то спор о наследстве не по закону, а по личным корыстным соображениям, и потребовал, чтобы гаоны сурский и пумбадитский подписались под этим приговором. Пумбадитский гаон исполнил требование Давида, Саадия же отказался подписать решение экзиларха, как противозаконное. Экзиларх послал непокорному гаону строгий приказ повиноваться, угрожая ему в противном случае отрешением от должности, но все было напрасно. Тогда раздраженный экзиларх лишил Саадию гаонского звания и назначил на его место другого ученого Саадия, в свою очередь, наложил проклятие на Давида и вместе со своими приверженцами избрал другого экзиларха. В Вавилонии образовались две враждебные партии: Давидова и Саадиева, из коих каждая старалась склонить на свою сторону багдадского халифа. Благодаря щедрым подкупам, партия Давида одержала верх при багдадском дворе Саадия, лишенный своей должности, должен был удалиться из Суры (933 г.). Он поселился в Багдаде и жил там в совершенном уединении четыре года. Он всецело отдался своим научным работам и написал несколько книг по богословию, философии и языкознанию. Между тем умер халиф, отрешивший Саадию от должности, и партия опального гаона снова усилилась. Нашлись люди, которые решили помирить экзиларха с Саадией. Вскоре состоялось это примирение. Саадия снова занял место гаона в Суре. Но перенесенные огорчения и напряженная умственная деятельность надорвали его здоровье. Саадия умер в 942 г., имея только 50 лет от роду.
Главный труд Саадии, обессмертивший его имя, называется "Верования и мнения" и посвящен исследованию сущности еврейской религии. Эта книга, написанная автором по-арабски, была впоследствии переведена на еврейский язык (под названием "Эмунот ве-деот"). Саадия пытался разрешить здесь вечный спор между верой н знанием, религией и наукой. Он борется и против суеверия толпы, и против безверия многих ученых. "Сердце мое болит, - пишет он, - когда думаю о некоторых разрядах разумных существ, и душа чоя тревожится за участь народа нашего, детей Израилевых. Я вижу в наше время многих верующих людей, вера которых не чиста и мнения которых лишены ясности; с другой стороны многие отрицатели гордятся тем, что они все уничтожают, считают себя выше людей убеждения, а между тем сами заблуждаются. Видел я, как одни тонут в море сомнений, а другие погружены в пучину заблуждений, и нет пловца, который извлек бы их оттуда". Саадия доказывает, что главные истины еврейского вероучения основаны на фактах и не противоречат разуму.
Саадия излагает сущность иудаизма в следующем виде. Бог сотворил мир не из готовой материи, а сотворил материю. Творец мира сего един по существу; при создании мира Он руководствовался определенной целью. Венец творения есть человек, в которого вложена разумная душа, способная отличать добро от зла и познать истину. Но человек не мог бы сам найти истинный путь в жизни, если бы на помощь ему не явился Бог. Бог дал людям откровение (синайское), то есть совокупность заповедей и законов, которые направляли бы деятельность человека к благим целям. Человеку предоставлена свободная воля: он волен исполнять или нарушать заповеди откровения; отсюда - понятия о заслуге, о добродетели и грехе. Добрые, богоугодные дела очищают и возвышают душу, дурные поступки помрачают и пятнают ее. Справедливость требует, чтобы праведники достигали блаженства, а грешники страдали вследствие своих отступлений от истинного пути; но так как в земной жизни полное воздаяние по заслугам невозможно, то окончательное справедливое воздаяние происходит только в будущей жизни. Смерть есть не конец бытия, а переход к иному существованию: праведные души возносятся к месту блаженства и покоя, а грешные скитаются по вселенной. В определенное Богом время произойдет воскресение мертвых, связанное с пришествием Мессии. Воскресение мертвых Саадия понимает в смысле учения Талмуда, т. е. что воскреснут и телесные оболочки мертвецов. По пришествии Мессии водворится на земле высшая справедливость.
71. Последние экзилархи н гаоны. В эпоху Саадии еврейская образованность в Багдадском халифате достигла своего полного расцвета. Но вскоре началось уже распадение Багдадского халифата; вместе с тем близилась к упадку общественная и духовная жизнь вавилонских евреев. Власть экзиларха, как верховного начальника общин, теряла свое прежнее значение. После смерти Давида бен-Закая пост экзиларха оставался долгое время незанятым. В то же время пришла в упадок сурская академия. Евреи соседних стран, поддерживавшие своими денежными пожертвованиями этот рассадник талмудического знания, перестали посылать в Суру деньги - и академия закрылась. Еврейская община в Суре сделала последнюю попытку, чтобы спасти свою древнюю школу. Предание рассказывает, что четыре ученых отправились для собирания пожертвований в пользу школы в далекие страны. Но корабль, на котором они плыли по Средиземному морю, был схвачен арабскими матросами. Взятые в плен ученые были увезены в разные страны: двое попали в Египет и Северную Африку, третий - в Испанию, четвертый - неизвестно куда. Эти ученые занимались насаждением талмудического знания в тех местах, куда их забросила судьба. Благодаря их деятельности, еврейским общинам Африки и Европы не приходилось так часто, как прежде, обращаться к вавилонским гаонам за разрешением религиозных вопросов.
После упразднения сурской академии осталась только академия в Пумбадите, во главе которой стояли местные гаоны. Последними гаонами в Пумбадите были Шерира и его сын Гай. В отличие от Саадии, оба эти гаона были строгими талмудистами и не занимались ни светскими науками, ни философией. Из трудов Шериры наибольшее значение имеет его "Послание" ("Игерет рав-Шерира"), в котором вкратце излагается история составления Талмуда и деятельности гаонов. Гаон Гай написал несколько книг по еврейскому законоведению, но в народе особенно распространился его сборник нравоучительных изречений под названием "Мусар гаскель" ("Разумные поучения"). Гай умер в 1038 году. Начальником пумбадитской академии и гаоном был провозглашен Хизкия, правнук бывшего экзиларха Давида бен-Закая. Хизкия должен был соединить в своем лице сан экзиларха с саном гаона, но он властвовал недолго. По чьему-то доносу багдадский халиф велел схватить еврейского князя и бросить его в темницу, где Хизкия вскоре умер (1040 г.). Сыновья его бежали в Испанию. Власть экзилархов и гаонов в Вавилонии утратила свое значение, талмудические школы пришли в упадок, ученые покидали родину Талмуда и переселялись в другие страны. Старая Вавилония, имевшая духовное первенство среди евреев, должна была уступить это первенство ("гегемонию") другим странам, где для евреев началась новая жизнь. Эти страны находились уже не на Востоке, а на Западе, в Европе.
 
Top
[Home] [Library] [Maps] [Collections] [Memoirs] [Genealogy] [Ziemia lidzka] [Наша Cлова] [Лідскі летапісец]
Web-master: Leon
© Pawet 1999-2009
PaWetCMS® by NOX